Хотите был «в пастолах, но свободными»? Тогда отделяйтесь: пара тезисов о Каталонии

Ближе к концу XX столетия в менеджменте стал популярным лозунг «Малое – прекрасно!». Тогда пошла модная волна превознесения малого бизнеса, как будто размер имеет значение. Важен, однако, ведь не размер, а конечный результат. Наплевать, с какой численностью работников или с какой капитализацией на биржах фирма изготовила, скажем, смартфон. Интересен, прежде всего, комплекс его потребительских качеств. Ну и, само собой, цена. А до всего остального потребителю дела нет.

От фирм перейдем к государствам. Либертарианец, если он не анархо-капиталист подобно Мюррею Ротбарду, не может начисто отвергать необходимость государства и предаваться утопиям его замены коллективным добровольным сотрудничеством. Идея последнего ничуть не более реалистична, чем идея коммунизма. И кстати, между ними есть что-то общее. Но тогда вопрос: что либертарианец ожидает от государства?

Единственный верный ответ: охраны прав на его индивидуальный свободный выбор. Во-первых, от покушений на них других индивидов; во-вторых, и это самое проблемное, но и самое важное: от покушений со стороны самого государства-охранника. Недаром известный экономист Джеймс Бьюкенен писал о необходимости «клетки для Левиафана».

Зависит ли качество индивидуальной свободы от размера государства? В данном случаем под последним имеем в виду не степень поглощения им экономики, а территорию и население, им контролируемые. Ответ – нет!

Однако некоторые заблуждающиеся либертарианцы отвечают на этот вопрос «да!». И логика их такова: чем больше государств, тем больше будет конкуренция между ними за привлекательность для людей. И тогда в условиях свободного их передвижения между государствами они будут устремляться туда, где больше свободы. Следовательно, свобода индивида – это первое, о чем придется заботиться этим многочисленным малым государствам.

В этих рассуждениях – сразу две ошибки. Во-первых, люди чаще стремятся не туда, где свободнее, а туда, где сытнее. Вот, например, современная Эстония занимает 10-е место по уровню экономической свободы в мире, а Германия – 23-е (рейтинг Economic Freedom of the World). Тем не менее беженцы (те самые, что последние годы атакуют Европу) рвут в Германию и ни о какой Эстонии даже слышать не хотят. Больше халявы!

Вторая же ошибка – еще хуже. Вот есть такое государство, как Эритрея. Население около 6 млн. человек. Площадь 121 тыс. кв. км. Эритрея в 90-е гг. прошлого века отделилась от Эфиопии и оформилась как самостоятельное государство. И что? Сегодня в рейтинге Freedom House она по уровню политических и гражданских свобод занимает 176-е место в мире среди 180 стран. Эфиопия (96 млн. человек, площадь 1 млн. 104 тыс. кв. км.) все же не столь одиозна (142-е место, рядом с Пакистаном).

Между прочим, и по уровню ВВП на душу населения (в долларах по паритету покупательной способности) Эфиопия впереди Эритреи: $ 1 945 в Эфиопии против 1 409 в Эритрее в 2016 году по статистике МВФ. Хотя Эритрея отрезала Эфиопию от Красного моря и заняла самый географически привлекательный регион ранее единой страны. Кстати, это чем-то напоминает расположение Каталонии в Испании, хотя последняя, естественно, оставшуюся Испанию от моря в случае отделения не отрежет.

Так что малое – далеко не всегда прекрасно.  Так-то, господа либертарианцы!

Отделение оправданно?

Для либертарианца отделение оправданно только в том случае, если оно расширяет возможности свободного выбора индивидуума. Вот если бы Каталония отделилась от франкистской Испании под лозунгами такой свободы − тогда, конечно. Но генерал Франко уже давно закатал бы Карлеса Пучдемона в тюрьму и надолго. Если не навсегда. И оставалась в те времена каталонцам лишь одна свобода: болеть за «Барселону» против «Реала».

В современной Испании национальные регионы обладают очень большой автономией, о которой их российские аналоги могут только мечтать и им завидовать. И свой государственный язык, и свои органы власти с очень большими полномочиями по отношению к центральному правительству. Они – действительные, а не фиктивные автономии. Если бы кто в российском национальном регионе о чем-то подобном только заикнулся, мгновенно бы попал под 280.1 УК РФ. А то и еще под гораздо худшую статью. Единственное у нас исключение – это «блистательный Рамзан», но это уже из серии «права не дают, права – берут». И попробуй отними!

Теперь об экономике. Наши массовые СМИ откуда-то подхватили непроверенную информацию о том, что Каталония – самый богатый регион Испании. На самом деле по региональному ВВП на душу населения он в Испании лишь четвертый: после Мадрида, Страны Басков и Наварры. Даст ли отделение больше экономического благополучия? Вряд ли.

Первое. Да, верно, что Каталония передает за год центру 7% своего ВВП (16 млрд. евро). Но на эти деньги центральное правительство осуществляет общегосударственные функции. В случае превращения в самостоятельное государство придется содержать свою армию, охранять границы, тратиться на внешнюю политику. Да и самим вкладываться в крупные инфраструктурные проекты. 

Второе. Сецессия не приведет к более быстрому экономическому росту, а с гораздо более высокой вероятностью замедлит его. Почему? А потому, что Каталония в составе целого (Испании) – это одна экономическая система. Она входит в ЕС и зону евро. Разрыв же с ЕС дорого обойдется региону. Сепаратисты втюхивают населению, что Каталония останется в Евросоюзе, но это вовсе не так. А значит, торговые связи с остальной Испанией и Европой выйдут из-под режима свободной торговли. Да и свободное передвижение граждан новоявленного государства за его пределы будет, как минимум, не столь простым. Что касается евро, то оно сможет обращаться (см. Черногория), но не более того. Капитал же еще до референдума начал бегство из региона, многие крупные фирмы перерегистрируются в Мадриде. И этот процесс только разворачивается. Что там будет с рабочими местами на фоне и без того высокой безработицы?

Третье. Переходный период потребует больших единовременных затрат. На фоне падения экономического роста и снижения налоговых поступлений. Следовательно, бюджетный дефицит вырастет. Но одновременно заметно вырастет и стоимость заимствований. Одно дело давать в долг всей Испании – члену ЕС и еврозоны, другое – какому-то отколовшемуся от нее куску. Скорее всего, уровень жизни в этом обломке начнет не расти по отношению к Испании, а скатываться в направлении уже упомянутой Черногории.

Можно еще долго продолжать, но остановимся на главном для либертарианца. Являются ли власти Каталонии апологетами большей свободы? Может быть, они хотят вырваться из лап брюссельской бюрократии и построить свой лучший мир на основе свободной рыночной экономики? Увы!

Качество регионального правительства Каталонии на фоне других региональных правительств стран ЕС довольно низкое: в соответствующем рейтинге Еврокомиссии оно в нижней трети списка (130-е место из 199). Особо отмечается высокая коррупция в регионе. В то же время в том же рейтинге центральных правительств Испания – в середине списка (13-е из 27).

Почему-то ни один возликовавший от стремления каталонцев к сецессии либертарианец не обратил внимания на главное: а кто движет этим процессом? Сторонников отделения в местном парламенте чуть больше половины (72 человека из 135), и представляют они отнюдь не либералов-рыночников. Все наиболее левые партии входят в число сепаратистов, включая радикально левую CUP (Candidatura d’Unitat Popular). Тогда как либералы-рыночники (пусть и достаточно умеренные с точки зрения либертарианца, но все же не троцкисты из CUP) − все против отделения.

Локальная бюрократия обычно хуже центральной. По России мы это хорошо знаем. И Испания – не исключение. Сецессия – это бунт местной бюрократии против центральной. Тому же Пучдемону приятнее быть премьер-министром независимой страны и летать в качестве такового с визитами в США или Китай, чем прозябать почти никем не замечаемым за пределами страны региональным политиком. Как-то Наполеон сказал: «Революция – это 10 тысяч вакансий». Сецессия – это разновидность революции, и принесет она не меньше новых мест в бюрократическом аппарате новой Каталонии.

Скажи мне, кто твой друг…

Если все вышесказанное не убедит либертарианца в том, что эта сепаратистская затея очень далека от его представлений о свободе, то остается один и последний аргумент. На прошедших  не так давно «навальниках» в Москве и Питере некие молодые люди сбоку от митингующих размахивали очень ладно скроенными красно-желтыми полосатыми флагами с врезкой со звездой. Явно фабричной работы. Флаги сепаратистов (я их называю моча с кровью) никакого внимания полиции не привлекали, как и сами их носители. Интересно, такой же была бы реакция на флаг какой-нибудь Ингерманландии?

Возьми, уважаемый либертарианец, за правило: если Кремлю это нужно, то со свободой что-то не так…  Во всяком случае, не так, как тебе в идеале хотелось бы.