Гуси-лебеди: как русская модель променяла подиум на деревню

Жительница Пензы Дарья Морозова была вполне успешной моделью, пока не уехала жить в деревню и не занялась там совсем негламурным делом — разведением гусей… О необычной русской красавице пишет «Собеседник».

26-летняя Даша живет в деревне Потодеево вместе с мужем Эдуардом и детьми — 6-летним Арсеном и 3-летней Ариной.

В Наровчатском районе, да и в областном центре, их знают как крепких фермеров. Морозовы выращивают гусей, которые продаются в местных магазинах; перед праздниками их расхватывают, как горячие пирожки.

С буклетов покупателям улыбается красавица. Она настоящая, нерекламная: это сама Дарья, глава фермерского хозяйства. Когда-то она была моделью и точно так же улыбалась со страниц глянцевых журналов.

«Без коленок»

— В 14 лет я пошла в модельное агентство, — рассказывает Дарья. На селянку она и сейчас не похожа. — Это было не для карьеры, мама отправила меня туда, чтобы я повзрослела: перестала лазить с мальчишками по гаражам, научилась одеваться, краситься и вести себя в обществе. Я была очень худая и считала себя гадким утенком…

Даша и правда повзрослела, а кроме того, начала зарабатывать, снимаясь для журналов и магазинов одежды, участвуя в модных показах. Ее стали приглашать на работу в Москву.

— Гонорары меня вполне устраивали, — вспоминает она. — За одну съемку у нас в Пензе платили 15-20 тысяч рублей. В Москве за показ я получала тысячу долларов, а если работала три дня, могла привезти домой три тысячи…

К сожалению, истории о модельной карьере через постель оказались не стереотипом, и идти этим путем Морозовой не хотелось.

— Я по-другому воспитана, — объясняет Даша. — Многих вещей я себе никогда не позволяла. Например, надо пройти по подиуму в купальнике перед несколькими мужчинами. А у них слюни текут, и они могут попросить тебя присесть на коленку. Знаю девушек, которые присаживались и получали выгодные контракты. А я пробегала, как сквозь огонь, «без коленок»…

«У вас не получится»

После школы Дарья поступила на экономический факультет в местный филиал Финансового университета при правительстве РФ. Параллельно устроилась менеджером в автосалон и еще подрабатывала моделью. В автосалоне познакомилась с Эдуардом, руководителем строительной фирмы, поняла, что это ее человек, и стала его женой.

Эдуарду Морозову в наследство досталась избушка с участком земли в 130 км от Пензы, в деревне Потодеево. Он построил на ее месте новый дом и привел туда Дашу. Муж каждый день мотался на работу в областной центр, а жена уволилась, занялась домом и ребенком — в семье родился сын Арсен.

— Родственникам моя идея уехать в деревню, разумеется, не понравилась, — вспоминает Дарья. — Мама видела меня моделью или владелицей бутика. Мне говорили: зачем ты едешь в эту грязь и глушь?! Но я хотела семью. По-моему, чем раньше ее создать, тем лучше: пока люди становятся на ноги, они привыкают жить для себя…

Первое время Морозовы радовались прелестям загородной жизни: купили двух лошадей, устраивали пикники. Сразу по приезде завели десяток кур, чтобы к завтраку всегда было домашнее яйцо.

— Местные смотрели на нас скептически, были уверены, что молодежь просто балуется, а потом вернется в город, — говорит Дарья. — Но наши куры единственные в деревне неслись зимой, потому что мы утеплили для них помещение…

Это были их первый эксперимент и первая победа. Но скоро романтический период действительно прошел и начались однообразные деревенские будни с дорогами, по которым нельзя пройти, и хмурыми лицами соседей. Дарья заскучала по городской движухе — ей, со школы привыкшей зарабатывать, нужно было занятие.

Экоферма экс-модели

На участке Морозовых был заболоченный клочок земли — там раньше протекал ручей. Он-то и навел Дашу на мысль, что стоит начать разводить водоплавающих птиц — например, гусей. Опыта у модели и хозяина строительного бизнеса не было решительно никакого, за знаниями Дарья пошла в Интернет — пришлось проштудировать кучу научной литературы.

Параллельно Морозовы стали скупать участки у местных. У многих из них не было документов, и поэтому узаконить купленное удалось лишь спустя несколько лет. Морозовы вывезли с земель несколько десятков «КамАЗов» мусора и огородили территорию. Деревенские зашептались пуще прежнего.

Морозовы, однако, не обращали на это внимания: у Даши появилась цель, и она пошла к ней с крейсерской скоростью. В Москве был куплен инкубатор, а из Мордовии Морозовы привезли 500 гусиных яиц.

— Нам все говорили, что 500 яиц — это много, — рассказывает Даша. — Попробуйте вырастить 50 гусей, а если не получится, ничего не потеряете. Гуси действительно птицы капризные, за ними нужен внимательный уход. Но выращивать 50 гусей не имеет смысла…

Морозовы оказались правы: из 500 яиц у них вылупились 430 гусят. По словам Дарьи, это максимальный результат. Супруги докупили еще полторы тысячи голов гусиного молодняка и через четыре месяца после старта уже могли резать взрослых гусей и продавать мясо. Год назад бывшая модель зарегистрировала собственное хозяйство «Экоферма Дарьи Морозовой».

«Жду третьего»

Даша говорит, что с фермерством все оказалось непросто. Например, многие программы поддержки есть только на бумаге, а по факту не работают. Скажем, Морозовы могли бы получить субсидию на покупку яиц, но столкнулись с популярным нынче ответом: «Денег нет».

Пробовали недавно выиграть грант на организацию убойного цеха, который помогал бы развиваться и зарабатывать не только им, но и всему фермерскому кооперативу, который организовала Дарья.

— В итоге тем, кто хотел замораживать импортные ягоды или лепить полуфабрикаты из привозного мяса, деньги дали, а мы, производители, должны обходиться своими силами, — говорит она.

Сейчас Морозова бьется над тем, чтобы получить кредит на развитие хозяйства, но банки динамят: последние четыре месяца она занимается переоформлением бумажек на заявку. Говорит об этом с грустью, но без отчаяния: морозовские гуси пользуются спросом, приносят прибыль, и планов у бывшей модели много.

Морозовы запускают цех по производству комбикорма: свой будет дешевле покупного. Хотят наладить реализацию гусиных пера и пуха, открыть фермерский магазин с гусятиной, ищут новые каналы сбыта.

Есть представление, что любая работа в сельском хозяйстве — это грязь и вонь. Даша в грязи не ходит и не живет — ферма выглядит опрятно. Кормит и ухаживает за птицами скотник, а забивают их под конец сезона нанятые работники.

— Когда мы с мужем создавали свое хозяйство, объехали всю Европу, — рассказывает Дарья. — Одно дело читать, как там у них, другое — видеть своими глазами. В Швейцарии, глядя на чистеньких коровок, чистенькие сарайчики, мы чуть не плакали…

Даша хочет, чтобы в Потодеево было, как в Швейцарии. Морозовы сделали в деревне тротуар, против которого местные, как ни странно, возражали: мол, жили же как-то без него. Выкупили здание, где раньше располагался банк, и собираются открыть детский клуб. Он наверняка не будет пустовать: в Потодеево 500 жителей, и дети среди них тоже есть.

— У нас хорошие деревня и район, нужно только дать им шанс на развитие, — замечает Дарья.

Об упущенных модельных возможностях она не жалеет. Говорит, подруги, которые добились контрактов с крупными агентствами, не могут устроить личную жизнь — некогда, а у нее в 26 лет муж, дети и собственное успешное хозяйство. На вопрос, что же дальше, Даша смеется и показывает на живот:

— Жду третьего…

Ольга КУЗНЕЦОВА.