Его убили, а он смог вывести огромное количество людей в центр города: зачем России нужен Марш Немцова

А потом его убили, и кое-что сделалось вдруг понятным. Развалилась, пройдя через серию совсем нелепых скандалов, Демократическая коалиция, которая, казалось, могла что-то сделать на выборах в Думу. Впала в небытие партия ПАРНАС (не то чтобы она и при Немцове была особенно влиятельной, но его депутатский мандат из ярославской думы оставался едва ли не последним козырем оппозиции, оставался возможностью — для всех, а не только для членов ПАРНАСа — поучаствовать в федеральных избирательных процедурах). Это именно он — веселый, модный, несерьезный — умел убедить самых разных людей действовать сообща. Это его талант (и его опыт, конечно, опыт жизни в большой настоящей политике). Он сдерживал, он собирал.

Это именно он — веселый, модный, несерьезный — умел убедить самых разных людей действовать сообща.

Его убили, и он смог вывести огромное количество людей в центр города. Никакой Собянин не рискнул запрещать марш памяти. Его убили, а у него получилось

Ну и потом — не сочтите мои слова за цинизм — такая, как у него, смерть, это ведь тоже оценка. От самых строгих судей — от врагов. Тут нет, разумеется, никакого упрека другим оппозиционным политикам: спасибо, как говорят в кино, что живые. Но раз убить решили его, значит, его и считали самым опасным. Ну, как минимум, самым дерзким.

Хорошо помню первый Марш Немцова — людей море, флагов российских море. И общая растерянность — оказывается, так теперь можно. Можно просто взять и убить оппонента действующей власти прямо перед Кремлем. Но еще — шальная немного мысль. Вообще-то до того оппозиция готовила марш с веселым названием «Весна». Московская мэрия запрещать не стала, но предложила окраину для проведения. Оппозиционеры тут же начали ссориться — кто-то готов был согласиться на предложение, кто-то настаивал на акции в центре столицы, пусть даже несогласованной. И было заранее ясно, что народу в любом случае придет мало, что получится что-нибудь нелепое и смешное.

Акция для всех

Собираясь в субботу на марш — пять лет со дня убийства, страшный юбилей, — я (признаюсь еще раз), думал, что народу придет совсем мало. Все против: слухи об эпидемии коронавируса, ненужный скандал вокруг дела придуманной на территории Российской Федерации силовиками и запрещенной все на той же территории группировки «Сеть», спровоцированный публикацией одного прибалтийского таблоида, четкое понимание того, что вечного президента с его «народным голосованием» за поправки в Конституцию не остановить…

Простояв на легком морозце в очереди к рамкам металлоискателей примерно полчаса, я не раз успел над собой посмеяться.

Людей было много. Больше двадцати тысяч, говорят. Ну, наверное. Много больше, чем я ожидал увидеть. Самые разные люди. Раньше модно было спорить — помолодел протест или постарел, безмысленные школьники выходят на улицы или бессмысленные ветераны? Не знаю, почему так получилось, и повод ли это, чтобы делать многозначительные выводы, но здесь были все. Совсем пожилые люди и совсем молодые. Хорошо одетые и одетые кое-как. Марш Немцова оказался общим делом.

То же и с лозунгами, с кричалками, с плакатами. Флаги России и несколько флагов Украины (они особенно завели государственных пропагандистов, но об этом чуть позже). Плакаты в поддержку политзаключенных, плакаты против пыток — их было много, и это, кстати, делает честь российскому гражданскому обществу, и даже, пожалуй, больше — делает осмысленным само это словосочетание. Призывы не голосовать за путинскую Конституцию. Требования отправить в отставку засидевшегося вождя.

Видел даже одну старушку с плакатиком «Руки прочь от Павла Грудинина!» В толпе над ней подшучивали, но грубого слова не позволил себе никто.

Немцова убили, а марш его памяти — живой, и это — способ о сегодняшних проблемах еще раз высказаться. Спасибо, что собираете, Борис Ефимович. Этого, наверное, мало, чтобы вытащить родину из ямы, но без вас бы и того не получилось

А еще запомнился листок бумаги с черными буквами. «ФСБ — Пензец!» Явная (и остроумная, кстати) отсылка к «пензенскому делу». Хотя, наверное, все-таки чрезмерно оптимистичный получился слоган. Ну, посмотрим.

Знак качества от пропагандистов

Марши в разных городах не кончились еще, а всех бойцов пропагандистского фронта — от самых дешевых, явно работающих в соцсетях за еду, и вплоть до самого Владимира «Вечернего» Соловьева — уже мобилизовали. Отправили объяснять, почему Марш Немцова провалился. И скорбят-то оппозиционеры неправильно, и лица у них слишком веселые, и лозунги их к памяти убитого политика не имеют никакого отношения, и флаги у них — сплошь бандеровские.

Ваш вой, дешевые мои, тоже вроде знака качества. Раз вас корежит, значит, все правильно делаем.

Немцова убили, а марш его памяти — живой, и это — способ о сегодняшних проблемах еще раз высказаться. Спасибо, что собираете, Борис Ефимович. Этого, наверное, мало, чтобы вытащить родину из ямы, но без вас бы и того не получилось.

В самом начале марша обратил внимание на человека с бейджиком организатора. Сверху надпись — «Марш Немцова», ниже буквы помельче, сослепу не разглядел. Почудилось — «Безысходность». Удивился, подошел ближе. Нет, конечно, там было написано «Безопасность».

Не знаю про безопасность. Нынешняя Россия — не то место, где чувствуешь себя в безопасности. С безысходностью как раз проще, этот товар сегодня не в дефиците. Но, пожалуй, на марше Немцова про эту самую безысходность хоть и ненадолго, а все-таки получается забыть.

Иван Давыдов, «Новое время».