Джон Уоррен, ставший русским, разрушает стереотипы о чопорности англичан

Ведущий программы «Поедем, поедим!» на российском НТВ разрушает стереотипы о чопорности англичан: с открытой улыбкой, он прекрасно шутит на иностранном для него русском языке и моментально располагает к себе.

На вопрос, почему он приехал в Россию, англичанин Джон Уоррен отвечает так: «Потому что тут просыпаешься утром и никогда не знаешь, чем закончится день». В 22 года выпускник кафедры политики и экономики факультета иностранных языков Бристольского университета решил покинуть Туманный Альбион ради страны изучаемого им русского языка.

Сначала занимался в России импортом зерна, работая в филиале швейцарской компании в Москве, затем — экспортом семечек в Ростове-на-Дону, после переключился на производство английских колбасок…

С бизнесом у Джона так и не сложилось. Он пережил российский дефолт, потерял крупную сумму, дважды уезжал обратно на родину, однако спустя какое-то время упрямо возвращался: «Я так просто не сдаюсь!» Как будто знал, что его ждет что-то еще.

Интуиция Джона не подвела. Его звездный час пробил в 2012 году, когда он стал лицом канала НТВ. С кулинарным шоу «Поедем, поедим!» Уоррен объехал почти всю Россию; он прекрасно разбирается в русской кухне и надеется осуществить заветную мечту — получить российское гражданство. «Мне не нужны квартиры в Саранске или Грозном. Я просто хочу иметь российский паспорт! Я ваш навеки и уезжать отсюда не собираюсь», — говорит телеведущий.

— Джон, ваша ироничная манера ведения программы «Поедем, поедим!» и стремление везде сойти за своего парня наводят на подозрения: не засланный ли вы казачок? Признавайтесь, на кого работаете?

— В октябре исполнилось 25 лет, как я живу в России, и за это время вы не первая, кто обвиняет меня в шпионаже или пытается вербовать! Нет, я слишком яркий, чтобы быть шпионом. (Смеется.) Секрет лишь в том, что я очень интересуюсь Россией. В английском есть слово «nosy». Оно переводится как «любознательный», но имеет немного отрицательный оттенок: это тот, кто постоянно куда-то сует свой нос. Я как раз из таких.

— Вы начинали в России как бизнесмен, а теперь “засунули свой нос» на российское телевидение. Знаете, сколько русских журналистов мечтает вести свою программу на ТВ? Как это получилось у вас — англичанина?

— Заниматься бизнесом в России очень сложно. К тому же я не оканчивал бизнес-школ и не умею считать деньги. Но и журналистом я не являюсь! Просто в какой-то момент я понял, что бизнес и шоу-бизнес в России чем-то похожи. Я продавал здесь семечки, зерно и колбасу, а потом попробовал продать себя. И у меня получилось. Теперь у меня есть «крыша» под названием НТВ! (Смеется.)

— Я не ошибусь, если скажу, что на кастинге вы покорили продюсеров своим знанием русского языка?

— Да. Это было решающим обстоятельством: никто из иностранцев, не имеющих русских корней, не говорит по-русски так, как я. Этим я горжусь и хвастаюсь! Но я никого не пытался покорить, все получилось само собой. Если бы вы прожили 25 лет в Англии, вы тоже говорили бы на английском не хуже меня.

— Когда я прочитала, что вы были женаты на русской девушке, подумала, что вам пришлось выучить русский язык ради нее…

— Все началось гораздо раньше. О том, что я хочу выучить русский, я знал уже в 13 лет. Это же очень логично! Если ты англичанин, понятно, что с английским у тебя проблем нет. С французским тоже, потому что каждый год на каникулы родители возят тебя во Францию. Итальянский и испанский — очень простые языки. Нужно было смотреть дальше. Я мог бы, конечно, выучить японский, но моя европейская внешность все равно не позволила бы мне стать похожим на японца. И я выбрал русский. В России я могу сойти за своего.

— Вашему знанию русского все делают комплименты. А мне запомнилось заседание Русского географического общества, на котором Владимир Владимирович Путин сделал вам замечание, сказав, что вы еще недостаточно хорошо выучили наш язык.

— Одно из самых ярких событий в моей жизни, на самом деле. Это был юбилейный XV съезд Русского географического общества. Меня пригласили как иностранного журналиста, который давно живет в России и ведет на вашем ТВ программу.

Я рассказал про свою работу, упомянул, что готов развивать внутренний туризм вместе с РГО. Волновался, конечно! Владимир Владимирович отметил мое знание русского языка: «Когда Джон заговорил, я подумал: ну почти как русский, вообще без акцента. А когда сказал: «Езжу и ем», — я подумал: нет, пока не дорос. Надо еще выпивать научиться». (Смеется.)

Я очень жалею, что у меня не было продолжения того разговора с президентом! Иначе он убедился бы, что я на самом деле уже больше русский, чем англичанин. И выпивать уже умею! (Смеется.) Как ведущему кулинарной программы мне часто приходится это делать, потому что мне везде рады: встречают хлебом-солью, домашней самогонкой. Почему я должен говорить, что не пью? В этом отношении я максималист.

— Будучи ведущим кулинарной программы, вы взяли какой-нибудь оригинальный рецепт на вооружение?

— Недавно мы вернулись с Чукотки, так вот чукчи делают интересное блюдо. Они убивают моржа, отрезают хвост и закапывают в землю. Два-три месяца эта тушка разлагается, потом ее выкапывают и едят! Тухлое мясо! Очень интересное блюдо.

— Дома такого не приготовишь…

— Дома я практически уже не готовлю. Это то же самое, как если бы Марат Сафин играл в свободное время в теннис.

— Я знаю, что этим летом к вам в Москву приезжал ваш сын, который сейчас живет в Англии…

— Да, в этом году я видел Алекса два раза: мы вместе ездили на съемки программы «Поедем, поедим!» в Хорватию и еще неделю он был со мной в Москве.

— При всей любви к России образование ему вы все-таки решили дать на своей родине…

— Если бы он остался в Ростове-на-Дону, он был бы просто красивым ростовским парнем, без вариантов. Но Алекс ведь наполовину англичанин. В какой-то момент мне захотелось, чтобы эта английская чаша его весов перевесила. Он до четвертого класса жил в Ростове, там его самые близкие друзья, одноклассники.

Когда Алекс получит образование в Англии, у него будет выбор, как ему строить свою жизнь дальше: оставаться в Лондоне или возвращаться в Россию. Я думаю, он выберет второй вариант. У Алекса даже девушка из Ростова, но сейчас она тоже учится в Англии.

— После развода с мамой Алекса — ростовской журналисткой Еленой Домриной вам удается сохранить с сыном тесные отношения?

— Когда после четырех лет нашей совместной жизни брак распался и я стал редко видеться с Алексом, понял, что не смогу быть ему отцом в полном смысле слова. Зато смогу стать ему одним из лучших друзей. Думаю, в долгосрочном плане я тогда сделал правильный выбор. Сейчас в наших отношениях произошли какие-то метаморфозы: мы стали более дружны, чем отец и сын.

— Ваша бывшая супруга не была против, что вы отправили сына учиться в Лондон?

— Она была категорически против! Тем более когда я сказал, что это будет школа для мальчиков. Лена долго возмущалась, говорила, что будет скучать, а я пытался ей объяснить, что речь идет не о ней, а о будущем нашего сына. Сегодня все это уже в прошлом.

Два года назад я снимал программу «Поедем, поедим!» в Ростове-на-Дону, и Лена пришла увидеться со мною. Пришла вместе со своим новым мужем. Мы давно не общались, и я решил спросить ее: «Лена, ну как тебе наш Алекс?» Она сказала: «Джон, спасибо тебе огромное. Ты во всем был прав».

— После развода вы не разочаровались в русских женщинах?

— Нет, наоборот. Я до сих пор считаю, что русские женщины очень женственные и самые красивые в мире. Они хотят быть женщинами просто на уровне какой-то национальной идеи. В Европе сейчас это теряется.

— То есть вы готовы жениться на русской еще раз?

— Да! Единственное, что меня огорчает в этом смысле, — моя работа. Потому что это даже хуже, чем дальнобойщик или моряк дальнего плавания. Они уезжают на три месяца, и их можно вообще не ждать, а я то там, то здесь. Приезжаю на выходные, потом опять исчезаю. Какая девушка выдержит это? Я хотел бы иметь еще детей, но как мне с кем-то познакомиться, если я постоянно в разъездах?

— Джон, у вас есть необычное увлечение — вы играете в оркестре на духовых инструментах…

— Я играл в детстве и даже получал стипендию! (Смеется.) Я учился в самой старой школе в Англии, в Винчестере, она считается одной из лучших. Я играл на валторне, фортепиано и пел в хоре. И даже дирижировал симфоническим оркестром! А теперь я скромный ди-джей, который играет на частных дружеских вечеринках. Я обожаю музыку, жить без нее не могу.

— Что слушаете?

— Что угодно: клубную музыку, техно, транс. Очень люблю классику и даже шансон. Если вдруг завтра нужно будет стать слепым или глухим, я выбрал бы слепоту, потому что я еще не наслушался музыки.

— А из русской музыки вам что-то нравится?

— После развода у меня были, наверное, самые серьезные отношения с девушкой по имени Алена. Так вот я никогда не забуду, когда мы во время… как это — «шоколадно-букетный роман»?

— Конфетно-букетный период.

— Вот-вот! (Смеется.) Мы по очереди ставили друг другу музыку, которая нам нравится. И она мне включала вот это, знаете: «Фантазер — ты меня называла…» Очень люблю эту песню! Нравятся «Три счастливых дня» Пугачевой. Считаю, что Алла Борисовна может спокойно уходить со сцены: ее песни — вечные.

Слушаю Земфиру, люблю первый альбом «Виа-гры», обожаю «Високосный год». Причем я слушаю музыку и автоматически запоминаю текст.

— Джон, а как насчет какого-нибудь пожелания российским читателям?

— Я надеюсь, что сложные времена, через которые Россия проходит сейчас, — это все временно. Абсолютно убежден, что Россию ждет прекрасное будущее, потому что это великая страна.

— Родной язык еще не забыли?

— Бывают дни, когда я вообще не общаюсь на английском — не с кем. Но читаю обязательно. И даже в ресторане всегда прошу принести меню на английском. Мне так вкуснее, на родном языке… (Смеется.)

штрихи к портрету

Джон Уоррен — коренной британец, хотя и родился в Майами. На изучение русского языка его вдохновил Гимн СССР, который Джон услышал в детстве, посмотрев по телевизору хоккейный матч между командами СССР и США на Олимпиаде 1980 года в Лейк-Плэсиде. Сборная СССР тогда выиграла со счетом 4:3.

За четыре года, которые мистер Уоррен является ведущим кулинарной программы «Поедем, поедим!», он побывал в самых разных уголках России, а также изрядно поездил по зарубежью.

Поедем, победим!

Сразу две авторитетные премии — от популярного журнала и на всероссийском журналистском конкурсе — недавно достались программе «Поедем, поедим!» (НТВ), которую ведет подданный Великобритании Джон УОРРЕН…

Сама программа — путевые и одновременно гастрономические заметки — держится, конечно, не только на выверенном концепте, но и, как часто бывает, на фигуре самого ведущего. У Уоррена амплуа эдакого забавного англичанина и одновременно спартанское спокойствие иностранца, который еще в начале 1990-х приехал в Россию, был женат, стал известным телеведущим.

Англичане славятся своей твердостью, и Джон не исключение: достаточно напомнить, что он долго работал в Ростове-на-Дону, говорят, терял большие деньги, а на телевидение попал и вовсе случайно: разговорился у себя дома с одним знакомым телевизионщиком — и вот, поехал есть и удивлять.

Впрочем, сам Джон считает себя не просто ведущим, но и послом двух стран. И это, конечно, важно подчеркнуть: когда Россия в не самых безоблачных отношениях с некоторыми державами, именно такие передачи позволяют наводить мосты, ну или хотя бы просто не забывать: все мы люди и все любим вкусно поесть…

Валентина ПЕСКОВА.