«Не быть великому искусству в вольном Арканаре»: завещание Германа

Как и предсказывал Алексей Герман,— и для этого предсказания не обязательно быть Германом,— с годами язык его последнего фильма стал понятнее. Как предупреждал Мандельштам, «в последнее время я становлюсь понятен решительно всем. Это грозно». И для Германа, и для Мандельштама лучше было бы в самом деле оставаться недопонятыми — лучше в самом прямом, бытовом и репутационном смысле.