Зато мы делали ракеты: как советскую Латвию готовили к ядерной войне

«Россия уже в настоящее время нарушает этот договор»

Такие «очень серьезные подозрения» витают в уме у руководителя внешнеполитического ведомства ЛР. «Какой смысл у договора, если производятся ракеты, которые также угрожают Европе? — риторически вопрошает шеф национальной дипломатии. Один нюанс: США считают, что Россия уже в настоящее время реально нарушает этот договор и развивает системы оружия, которые этим договором запрещены. С этой точки зрения мне понятны опасения США».

Как известно, по договору Горбачева — Рейгана «под нож» пошли 2 692 ракеты, причем СССР уничтожил львиную долю. На 1 846 советских баллистических ракет среднего радиуса действия РСД–10 «Пионер», Р–12, Р–14 (по классификации НАТО — SS–20, SS–4 и SS–5 соответственно), крылатых ракет наземного базирования РК–55 (SSC–X–4), ракет малой дальности ОТР–22 «Темп–С» и ОТР–23 «Ока» (SS–12 и SS–23) пришлось только 846 американских баллистических ракет среднего радиуса действия Pershing–2 и крылатых ракет BGM–109G, а также ракет малого радиуса Pershing–1A.

Если последний начал разрабатываться в 1961 году, то советская «Ока» — только в конце 70–х, то есть была на момент заключения договора новейшей системой. Генералы РВСН СССР рвали волосы от идиотизма Михаила Сергеевича и Эдуарда Амвросиевича…

Но не только количественная и качественная асимметрия договора в пользу американцев делала его односторонней уступкой. Дело в том, что за рамки была вынесена тема крылатых ракет морского базирования. Именно этот класс стал в 90–е годы XX века и в первые два десятилетия XXI столетия основной ударной силой ВМФ США. Итого, по данным на 2016 год, у американского флота может быть одновременно установлено от 4 671 до 7 743 КР Tomahawk на более чем 120 надводных и подводных носителях.

Это было у станции Залите

Но вернемся в прошлое и вспомним, что с середины 50–х Латвийская ССР служила одним из выдвинутых на Запад форпостов Ракетных войск стратегического назначения. Первые ракеты, размещенные на территории республики, прибыли сюда в 1954 году. Это были те самые Р–5М (по натовской классификации — SS–3), что проделали в 1962 году путь через Атлантику, чтобы воткнуться в «мягкое подбрюшье» США с баз на Кубе.

У нас их поместили в районе Барты близ Лиепаи — 117–й ракетный полк 50–й ракетной армии (штаб в Смоленске), 2 дивизиона по 4 ракеты. Территория запретной зоны была гигантской — 2 623 гектара воинской части 42341 обнесли колючей проволокой.

С хуторов Калнаи, Плацены, Пурвичи, Земтури, Пурви, Книпупьи, Мазтури, Бирзмали «попросили» колхозников, выделив им 154 711 рублей компенсации. Технику завозили ночами по специально проложенным в болотистых лесах гравийным дорогам. Комплексы простояли там до 1968 года, когда были расформированы.

Более современная в/ч 54117 располагалась в лесу близ железнодорожной станции Залите, что в 20 км от Елгавы, по линии до Крустпилса. На вооружении полка стояли ракеты Р–12 — эта база именовалась объектом «Двина» и включала в себя 4 шахты баллистических ракет со всей необходимой инфраструктурой.

Максимальная дальность полета составляла 4 500 км, вес с жидким топливом — 86 тонн, длина — 24,3 метра, вес боеголовки — 1,5 тонны, мощность заряда в тротиловом эквиваленте — 1–2,3 мегатонны.
Но почему так мало, только четыре ракеты? Оказывается, еще столько же располагалось в Плокстине, в соседней Литве. Ибо границы союзных республик для РВСН были чистой условностью, одна и та же часть могла располагаться в двух субъектах СССР. Оба эти дивизиона ликвидировали в конце 80–х по горбачевско–рейгановскому пакту.

Елгавские крылатые

Новое — хорошо забытое старое. Сегодня США обвиняют Россию в создании крылатой ракеты большого радиуса действия наземного базирования 9М729. Сам этот индекс говорит о том, что изделие находится на фазе заводских испытаний и не имеет войскового наименования.

Американцы уже окрестили этот агрегат SSC–X–8, приписывая ему дальность полета свыше 5 000 км и, что самое главное, способность выстреливаться из пусковых установок «Искандер–М». Так что американцы, глядя со спутников, никогда не определят, что у машины в «трубе» — баллистическая ракета со скромным радиусом действия в 500 км или крылатое чудовище, способное покрыть всю Европу.

Пока что была информация об опытной эксплуатации 4 изделий в 630–м ракетном дивизионе на полигоне в Капустном Яру (Волгоградская область), но кто знает — может быть, они уже в Калининграде? Так что разрыв судорожным Трампом договора может превратиться в очень неприятный сюрприз для европейских союзников по НАТО…

А между тем именно латвийская Елгава служила местом опытной эксплуатации предшественника данной ракеты — комплекса РК–55 «Рельеф». Данное обозначение он получил за «прошитые» в компьютерной памяти карты Западной Европы. Огибая горы, по руслам рек ракета с турбореактивным двигателем несется к цели с относительно малой скоростью — дозвуковыми 800 км/ч. Сравнительно малый, всего 200–килотонный, ядерный заряд компенсируется высокой точностью попадания. Высота полета — от 15 до 200 метров — практически исключает возможность перехвата.

Именно таким ракетам в 1988 году на Елгавском аэродроме в присутствии американских сенаторов в прямом смысле ломали крылья. Но, как выяснилось, ноу–хау русские конструкторы сохранили. Теперешняя разработка производится в КБ «Новатор» в Екатеринбурге, и ничего подобного в распоряжении НАТО нет. Ибо Tomahawk хоть и массовая ракета, но — ближнего боя.

Тайна бетонных ангаров Тукумса

Сегодня этот аэродром носит имя «Юрмала», хотя расположен ближе к Тукумсу по шоссе Рига — Вентспилс, за сосняком, скрывающим его от проезжих авто. Его планировалось сделать местом посадки бизнес–джетов богатых любителей русской попсы, но печальный финал курортного фестиваля поставил этот проект под вопрос. Так или иначе, терминал построен и ждет своей судьбы. А между тем это тоже было одним из мест, откуда могла нанести ядерный удар авиация ВМФ СССР!

Тактические бомбардировщики Су–24 были не самым страшным вооружением в/ч 23543. Сигнализация «Сосна», проволока под током, фотоэлементы и телекамеры охраняли 24 ядерных боеприпаса разных типов. Атомные бомбы РХ–24 (масса 430 кг), РХ–26 (1030 кг), РХ–244Н предназначались для поражения наземных целей. РХ–28 (290 кг), РХ–40 (430 кг) — для уничтожения подводных лодок, сбрасывались на парашютах. Длина бомбы превышала 2 метра. Причем для сброса РХ–40 могли применяться и противолодочные вертолеты Ми–14!

Специальные автомобили ВМ46–3 и ВМ47–3 на базе «ЗИЛ–136» и «Урал» доставляли ядерные заряды с места их выгрузки с пришедшего с главного склада близ Себежа поезда в Яунсатском карьере близ Тукумса. Транспортировка происходила по ночам. 32 офицера в части имели допуск к работе с боеголовками, в том числе для монтажа их на крылатой ракете класса «воздух — земля» Х–28, предназначенной для уничтожения радиолокаторов противника.

Чтобы опробовать свое умение, летчики–балтийцы летали из Латвии в соседнюю Белорусскую ССР, стреляя ракетами — естественно, в неядерном исполнении — на 41–м полигоне в Брестской области. Хотя сейчас в белорусских СМИ проходят сведения, что там, в районе Мерлинских болот, крупнейший авиационный полигон в Европе все же стал местом ядерных взрывов малой мощности. В таком случае это были самые близкие к Латвии атомные испытания.