Застрявшие в Ормузском проливе суда могут разнести по всему миру опасные водоросли и беспозвоночных

Суда месяцами стоят на якоре, и инвазивные биологические виды получили беспрецедентное количество времени, чтобы закрепиться на их корпусах. Как только эти суда снова начнут курсировать по всему миру, эти организмы получат возможность массово распространиться по нашей планете. Ученые назвали это биоинвазивным суперраспространением (bioinvasion super-spreader even).

В Персидском заливе застряли около 1500 судов, еще несколько сотен стоят в Оманском.

Худший сценарий

Если судно где-то останавливается надолго, начинается процесс, известный как биообрастание: к его корпусу прикрепляется множество морских микроорганизмов, водорослей и беспозвоночных, и все это начинает расти.

«Существует целый ряд организмов, как правило, беспозвоночных и водорослей, которые мы называем сидячими или малоподвижными, и они живут, прикрепляясь к поверхности», — объясняет профессор Марио Тамбурри, ведущий автор исследования и морской эколог из Университета Мэриленда в США.

Он опубликовал это предупреждение вместе с соавторами из США, Аргентины, Португалии, Саудовской Аравии, Новой Зеландии, Финляндии, Южной Африки, Канады и Израиля.

По словам Тамбурри, каждый раз, когда в море появляется новое сооружение, его сначала колонизируют бактерии и другие микроорганизмы. Так появляется биопленка.

«Потом биопленку колонизируют споры макроводорослей, например, ламинарии, или личинки беспозвоночных, таких как усоногие, черви и тому подобное… эти сообщества растут и расширяются, потому что им для жизни необходимы твердые поверхности», — рассказывает он.

На дне Персидского залива очень мало твердого грунта. В основном оно состоит из песка, грязи и ила, поэтому как только эти организмы получают твердую поверхность, например, корпуса кораблей, они прикрепляются к ней, объясняет Тамбурри.

А поскольку это крайне важный мировой маршрут, то там уже много вызывающих биообрастание организмов из других уголков мира.

Сейчас из-за закрытия Ормузского пролива огромное количество очень крупных судов простаивают очень длительный период. Это беспрецедентная ситуация для современной истории. Так, блокировка Суэцкого канала в Египте в 2021 году длилась шесть дней. В 2024 году обрушение моста в американском порту Балтимор вызвало перебои в судоходстве на 11 недель, но это, по словам Тамбурри, коснулось «горстки судов».

Обычно суда в районе Персидского залива оставались в порту от одного до трех дней. Инвазивные виды, по словам ученых, нарастают на корпусе судна, стоящего в порту около 10 дней.

В 2023 году Международная морская организация рекомендовала судам, которые простаивают длительное время, бороться с обрастанием и очищать корпус, прежде чем снова выходить в море.

Многие суда в Персидском заливе стоят на месте уже несколько месяцев.

«Если бы вам нужно было придумать наихудший сценарий развития событий, связанных с обрастанием судов и распространением инвазивных видов, вы бы не смогли придумать ничего более идеального», — говорит Тамбурри.

В конце февраля, когда началась война и Ормузский пролив был закрыт, вода только-только начала прогреваться — а сейчас, в жаркий сезон, многие беспозвоночные и водоросли начали бурно размножаться.

«Потепление часто стимулирует организмы к размножению, нересту, росту, поиску новых мест обитания, новых поверхностей для роста… если бы пролив закрыли в середине зимы, риски были бы ниже», — говорит Тамбурри.

Как отмечается в статье, при температуре 30°C одна взрослая особь Amphibalanus improvises может выпускать до 36 личинок в день. Это хорошо адаптирующийся усоногий рак (к роду усоногих принадлежат, например, морские желуди), уже широко распространившийся по миру благодаря судоходству.

На каждом судне за такой длинный период простоя образуется миллион личинок, подчеркивается в статье. И учитывая, что в регионе застряли суда со всего мира, то они и распространятся по всему миру.

«Дело просто в огромных размерах, масштабе и размахе», — говорит Тамбурри.

Огромный вред

Организмы, попадающие в новые места обитания, могут нанести огромный экономический и экологический ущерб, подчеркивает ученый.

Они могут вытеснять местные организмы и вызывать локальное вымирание, влиять на рыболовство и аквакультуру и даже засорять системы охлаждения электростанций, добавляет он.

«Как только инвазивные виды укореняются, особенно в морских системах, их очень трудно искоренить».

Помимо этого, говорится в статье, они могут переносить вредных паразитов и патогены, а теплые воды региона Персидского залива могут способствовать распространению жароустойчивых штаммов. Если их занести в другие места, они могут стать более жароустойчивыми, чем местные виды, в случае повышения температуры в будущем.

Обрастание вредит и самим судам: они становятся тяжелее, а сопротивление воде усиливается, что замедляет их скорость. Чтобы сохранить скорость, им приходится жечь больше топлива.

«Даже просто слой микробной биопленки, разрастающийся на корпусе, может увеличить расход топлива на 2-5%, — объясняет Тамбурри. — Если же на корпусе разрослись ракушки и мидии, то расход топлива может увеличиться на 25%».

Бороться с обрастанием помогает специальная краска с токсичными биоцидами, которые отталкивают эти организмы.

«Эти краски хорошо работают, когда суда много движутся…но они не очень эффективны, когда суда простаивают долгое время», — объясняет Тамбурри. По его словам, в этой ситуации краски не справляются.

Исследователи пришли к выводу, что наиболее уязвимыми к инвазивным видам могут оказаться несколько портовых городов: Джидда в Саудовской Аравии, Мумбаи в Индии, Коломбо в Шри-Ланке, Сингапур, Александрия в Египте, Пирей в Греции, Альхесирас в Испании и Роттердам в Нидерландах. Ученые учитывали такие факторы, как интенсивность судоходства, время в пути и условия окружающей среды.

По словам Тамбурри, «чрезвычайно восприимчивы» будут порты со схожими условиями окружающей среды, такими как теплая соленая вода.

Важность международного сотрудничества

Ученые считают, что в идеале суда следует очистить до того, как они покинут залив.

Организмы нужно собрать и утилизировать, чтобы они не попали в воды других регионов, а еще важно избежать повреждения противообрастающей краски, содержащей токсины и микропластик.

Но сделать это не так просто, суда большие, обросли сильно, их много.

Современные технологии робототехники позволяют одновременно чистить суда и собирать то, что счищается, но это новые технологии, которых у большинства служб по очистке судов в Персидском заливе нет, отмечает Тамбурри. Кроме того, судов слишком много, и службам не справиться с таким объемом работы.

Учитывая масштабность проблемы, необходимость срочно возобновить судоходство и эвакуировать застрявшие экипажи, а также учитывая ряд логистических ограничений, ученые признают, что вряд ли очистка судов перед отплытием будет приоритетом.

Поэтому в этой ситуации крайне важно международное сотрудничество. Порты, ожидающие суда из этого региона, должны быть готовы к их очистке по прибытии, чтобы снизить риск распространения инвазивных видов.

«Мы практически уверены, что после открытия пролива произойдет вторжение инвазивных видов, — говорит Тамбурри. — Некоторые инвазивные виды могут оставаться просто фоном и не оказывать серьезного влияния. Но некоторые оказывают».

Ученые подчеркивают: станет ли это «биоинвазивным суперраспространением», зависит не столько от того, что наросло на судах, сколько от того, какие меры будут приняты в ответ на это на международном уровне.