Цивилизация призраков: смогут ли монстры информации взять власть над человечеством?

Мир – это имитация?

— Что значит «жидкий мир», Татьяна Владимировна?

— Это не только метафора — в ходу термин liquid world. Один человек может быть представлен в 10 лицах и никнеймах, и при этом мы не знаем, где он действительно находится, и более того, знать не хотим. Странный мир — непонятно, все в нем живые люди или нет.

И есть основания волноваться: пошла мода на все цифровое. Даже в Эрмитаже проходит выставка с картинами, нарисованными искусственным интеллектом. На фестивале искусств в Сочи оркестр под управлением Юрия Башмета исполнил музыку, написанную нейросетью. Компьютер уже заменяет юристов, журналистов, врачей. С этим ничего не поделаешь.

Те, кто слишком долго сидит в Сети, все больше утрачивают связь с реальностью — они ушли в параллельный мир и общаются там с сотнями людей. Из этих сотен кто живой, а кто имитация? Петя Иванов, с которым общается Маша Сидорова? Он тот же самый Петя утром, днем, вечером, завтра и послезавтра? Сколько этих Петь — может, это программа, которая сама себя дублирует? Сделать такое очень легко. Поскольку Маша Сидорова — девочка простая, книжек не читала и не планирует, язык у нее совсем примитивный, и сгенерировать его в компьютере ничего не стоит.

Кроме того, разъехалось само время — к примеру, если вы летите в самолете, то который у вас в действительности час? Он через секунду уже другой. Люди общаются онлайн, находясь в разных часовых поясах, — недаром появилось дурацкое выражение «доброго времени суток».

А «умные» дома? Пишут: мол, так далеко шагнул прогресс, что можно включить кофеварку у себя на даче, находясь на борту того же самолета. Но зачем мне это делать? Мы настолько заняты глобальными вещами и спасаем человечество, что, приехав домой, не можем сами ткнуть пальцем в кнопку, чтобы сделать себе кофе? А «умный» холодильник, который вместо меня будет решать, что, в каких количествах и когда купить в супермаркете?

Все это похоже на сон или бред. Мы еще здоровы, не сошли с ума?

— Сегодня для людей, которые потеряли своих близких, создают чат–боты, имитирующие личности умерших — цифровые копии человека на основе его поведения в соцсетях. С этими копиями можно пообщаться виртуально. Как вам такое?

— Многие люди всю жизнь общаются с живыми собеседниками и даже с родными, членами своей семьи главным образом по электронной почте. В чем тут разница, если вдуматься? Впечатление такое, что реальный мир людям вообще–то не необходим, человек согласен на подделку, лишь бы было не так страшно существовать…

Контроль над монстрами

— Нейрофизиологи говорят, что познать человеческий мозг невозможно. Может, это сделает за нас искусственный интеллект?

— Это не исключено и было бы очень страшно. У нас и сейчас–то слабый контроль над тем, что происходит в данной сфере. А тогда мы его потеряем вообще.

Если искусственный интеллект будет настолько силен, что сможет разгадать тайну мозга, это будет означать, что он на порядки сильнее нас — и, следовательно, делать нам здесь больше нечего. Я вечно пугаю всех тем, что недалеко то время, когда искусственный интеллект осознает себя как некую индивидуальность. В этот момент у него появятся свои планы, мотивы, цели, и, я вас уверяю, мы в них никак не войдем. Ну разве что он захочет с нами играть, как в тараканьи бега.

— Может, пока не поздно, пора заканчивать с созданием искусственного интеллекта?

— Зачем? Прогресс не остановить. Но мы должны изучать это, держать ушки на макушке, чтобы не пропустить момент. Потому что монстры, которые гоняют единицы и нули у себя в цифровой черепушке, могут взять власть, как в дешевом фантастическом сценарии, — например, устроят блэкаут во всех столицах мира или организуют какую–нибудь генетическую штуку с саранчой — сделают так, что она начнет плодиться как чумовая и сожрет весь мир…

Касты образования

— Вы сказали, что способность получить высококлассное образование может стать элитарной привилегией: произойдет разделение на тех, кто будет способен читать сложную литературу, и тех, кто читает вывески, клиповым образом хватает информацию из Интернета.

– Да, и я думаю об этом с ужасом. Так уже и пошло. Модная тема — давайте все переведем на онлайн. Это делать, разумеется, надо. Чем слушать учительницу Марью Петровну, которая 50 лет тому назад прочла плохой учебник по педагогике и с тех пор морочит голову детям, прививая им ненависть к знаниям, лучше поставить онлайн–курс настоящего профессионала. Но лишь в дополнение, разумеется, к той программе, которую учащиеся получают на «живых» занятиях.

Дело в том, что любовь к знаниям — позитивный вирус, который переходит лично от учителя к ученику, и никак иначе. Известно, что крупные элитарные университеты в мире даже близко не подпускают онлайн–образование. Они говорят: смотри на здоровье, и даже сами проводят онлайн–курсы, но не учитывают их в зачетах и не принимают как реальный курс.

Специалисты уже осознали, что онлайн–образование вместо реального, а значит, дорогого, — это «для бедных». Еще немного — и мы получим кастовое общество. В серьезных дорогих западных школах, где уж совсем элита из элит, гаджеты запрещены вообще — разрешают на час вечером, позвонить маме и подружкам. Читай книги, учи латынь. Вот откуда пойдет настоящая элита, а не оттуда, где предлагают выучить английский онлайн за 5 дней, и желательно во сне.

Но это влечет подчас страшные социальные последствия. Если будут касты, значит, одни будут только жевать, глотать, пить пиво и красить губы, а другие что? На каком языке эти касты будут общаться?

— Вы сказали: «Отнюдь не все могут выдерживать высшее образование. Да и всем оно, может, и не нужно. Возможно, не каждому нужно читать Гомера». Но кто возьмет на себя смелость решать: читать этому ребенку или нет?

— Нужно брать за пример советское образование, и не поверхностно, как сейчас, а фундаментально: все должны учить всЕ. Уж кто сколько поймет и как сможет воспользоваться — другой вопрос. Никто не знает, что из кого получится. Поэтому человек, который говорит: «Этих учим, а этих нет», — преступник. Эйнштейна до 5 лет вообще считали недоразвитым. Таких примеров миллион.

Человек, с которым имеет дело учитель, — возможно, будущий Нильс Бор или Иммануил Кант. Откуда ты знаешь? Постепенно, естественным путем все отсеется: кому–то подойдет не высшее, а ремесленное образование. Может быть, девочка, которая сейчас не дружит с математикой, будет плести такие кружева, что все ахнут!

— Есть шутка: «Интересно, что делают люди, которые вместо «спасибо» пишут «спс», с кучей освободившегося времени?»

— К этому сейчас все и идет. Настает цивилизация праздности. На вопрос: «Что будут делать люди, которые с помощью новейших технологий освободились от изнурительного труда?» — идеологи цифровизации отвечают: «Займутся творчеством». Но, знаете, нет такой силы, которая убедила бы меня, будто все они станут играть на лютне и писать сонеты. Вероятнее, что они сопьются, сядут на наркотики и будут убивать друг друга, — то есть произойдет то, что происходило всю историю человечества.

Говорят, дескать, искусственный интеллект вызовет к жизни большое количество рабочих мест, появятся новые специальности. Однако захотят ли переучиваться те, у кого сейчас нет времени полностью написать «спасибо»?

— Закончилась ли эволюция мозга?

— Поживем — увидим. Человек — очень молодой вид, которому всего 200–250 тысяч лет. На эволюционной шкале это ноль. А дельфинам как виду 60–70 миллионов лет. Поэтому еще не вечер.

Мы не нагружаем и не тренируем свою память. Наоборот, как дурачки, перекладываем то, что могло развивать наш мозг, в телефон. Великий нейрофизиолог Наталья Бехтерева советовала мне выбросить все телефонные книжки, запоминать номера абонентов вживую. Я не выбросила, а вместо этого записываю все, чтобы не забыть. Кроме того, зачем мне помнить, если всегда есть Okay, Google, который выдаст тебе все что хочешь? Но это плохая идея, суррогат…

Владимир КОЖЕМЯКИН.