Тройное убийство на даче в Саулкрасты

Заключение экспертизы

Глубокой ночью в дом к соседям Карповских прибежала бледная, насмерть перепуганная Ольга — невестка Бориса, сына главы семьи. Из ее бессвязного бормотания было понятно только одно: произошла ужасная трагедия. Еще больший ужас царил в комнате супругов. На двуспальной кровати лежали окровавленные тела. Как было видно, Александр Федорович произвел выстрел в себя, дернув за шнурок, привязанный к спусковому крючку ружья, а до этого убил жену.

Его сын Борис — студент медицинского института — находился в состоянии, близком к помешательству. Он рассказал, что в половине четвертого утра услышал выстрелы, доносившиеся из родительской комнаты. В последние дни отец был каким–то странным, поэтому сын побоялся открывать дверь, вдруг выстрелят и в него. Было темно, почти ничего не видно. Когда юноша сдергивал с отца одеяло, то ружье упало на пол. Вокруг головы на подушке растекалась густая кровь. Точно такой же след виднелся и на материнской подушке.

— За несколько дней до этого у нас с отцом был странный разговор, — вспоминал Борис, — тот переживал по поводу пропажи сестры. Я его успокаивал, уверяя, что она найдется и мы опять будем вместе. На это отец как–то странно произнес: «Не с вами, со мной». Смысл этой фразы я понял после того, как передал слова матери. Та расплакалась и объяснила, что у отца во время войны было душевное расстройство, и в связи с этим его даже комиссовали». Выписку из истории болезни нашли, разбирая бумаги покойного. В ней говорилось, что Александр Карповский в 1943 году находился на излечении в Свердловской психиатрической больнице с диагнозом «шизофрения».

Ружье все время висело в спальне супругов Карповских, над кроватью. Судебная экспертиза установила, что смерть наступила в результате ранений в голову, причиненных огнестрельным оружием — охотничьим двуствольным ружьем шестнадцатого калибра, производства тульского оружейного завода. Оно было зарегистрировано на имя Александра Карповского. Патроны были снаряжены дробью. Выстрел в Антонину Карповскую был произведен с расстояния приблизительно в 70 сантиметров. Ствол ружья во время второго выстрела был в 2–4 сантиметрах от головы Александра Федоровича. Спусковой крючок был им спущен посредством шнурка, перекинутого через торцевую часть приклада.

В итоге на основании заключения судебно–медицинской экспертизы, подтверждающего, что Александр Карповский мог убить жену, а потом себя в состоянии нервного возбуждения вызванного приступом психической болезни, а также выводов баллистиков следователь вынес постановление о прекращении уголовного дела.

Направили на доследование

Казалось бы, что все точки над i были расставлены. Но в прокуратуру стали поступать анонимные письма, авторы которых сомневались в том, что произошло самоубийство. И вышестоящее начальство сочло, что следствие было проведено поверхностно, так как разрабатывалась только одна версия — самоубийство. Поэтому постановление о прекращении дела отменили. Создали следственную группу. В нее вошел и Виктор Д.

В первую очередь проверили, каким было состояние здоровья погибшего. Ведь не мог же шизофреник руководить строительным трестом. И оказалось, что никто из латвийских врачей о психических заболеваниях не знал. Лишь из военного архива сообщили, что Александр Карповский был призван в армию в ноябре 1942 года. Он прослужил несколько месяцев в запасном полку, после чего был направлен в психбольницу, где его признали больным шизофренией и уволили из армии по болезни. По всей видимости, таким образом предприимчивый человек избежал отправки на фронт.

Новый следователь внимательно изучил материалы уголовного дела. Повторный осмотр дачи уже не имел смыла. Комната, где погибли супруги, уже давно была приведена в порядок. Оставались лишь фотографии, сделанные оперативной группой на месте происшествия в то утро трагедии. Прежде всего удивляло положение тела покойного. Оно было расслабленным, спокойным, будто человек спал. А ведь после отдачи от выстрела рука бы откинулась в сторону, тело бы несколько развернулось. Также и ружье наверняка упало бы на пол. А ведь сын Борис, первым оказавшийся на месте трагедии, уверял, что ружье лежало на кровати, поверх одеяла.

Повторно допросили и свидетелей. Они уверенно заявили, что выстрелы прозвучали один за одним с интервалом не более чем 3–5 секунд. За это время Александр Федорович не мог, выстрелив в жену, обойти кровать, лечь, накрыться одеялом, перекинуть через приклад веревку, привязанную к спусковому крючку и выстрелить в себя. Это наглядно продемонстрировал проведенный следственный эксперимент. В итоге было решено провести повторную судебно–медицинскую экспертизу с эксгумацией трупа. Оказалось, что покойный никогда не страдал психическими заболеваниями. Также не мог он и совершить самоубийство таким образом. Вывод был ясен — супругов Карповских убили.

Кто же убийца?

Убийца отлично знал, где находится ружье, как можно незаметно проникнуть в спальню и так же покинуть место преступления. Так что его надо было искать среди хороших знакомых супругов Карповских. Но если принимать во внимание выгоду, то больше всего от смерти родителей выиграл сын. Он получил квартиру в городе, дачу, сбережения. Однако у него было алиби — показания будущей супруги Ольги. Она заявляла, что Борис в ту ночь спал вместе с ней. Девушку решили допросить повторно. Оказалось, что по просьбе парня она дала заведомо ложные показания. В ту ночь они спали в разных комнатах. Мало того, Борис уверял, что отец убил дочь Ларису и закопал ее в подвале, как раз под своей спальней. И действительно в ходе обыска на даче в этом же месте нашли полуразложившийся труп.

Круг подозреваемых сомкнулся. Бориса Карповского арестовали. Но он все отрицал, даже несмотря на неопровержимые факты. Так, веревка была привязана к одному спусковому крючку, а выстрел был произведен из другого. Патроны были одного калибра, но разной маркировки. Это подтвердила экспертиза. Да и дверь в комнату в момент убийства была открыта, а не закрыта, как уверял на первом допросе Борис.

Тогда обвиняемый решил изменить тактику и попытался повеситься в камере, разорвав чехол от тюфяка и сделав из него петлю. Тогда же он признался в том, что задушил свою сестру, а труп закопал в подвале. Затем он стал склонять родителей к самоубийству. Когда это не удалось, убил их из ружья, тщательно инсценировав самоубийство. Столь резкая смена тактики вместе с попыткой залезть в петлю поставила под сомнение психическое здоровье самого Бориса. Однако заключение врачей–психиаторов было категоричным: это симуляция.

Дело по обвинению Бориса Карповского в убийстве сестры, отца и матери было передано в суд. Его признали виновным и приговорили к исключительной мере наказания — расстрелу. Приговор был приведен в исполнение.

Александр ВАЛЬТЕР.

15 января 2015. №02