«Территория Путина»: россияне, уехавшие в Сербию из-за войны, попали под пресс местных «активистов» и властей

Вскоре он заметил особенно возмутительный мурал: на торце дома в одном из спальных районов кто-то нарисовал нескольких мужчин, позирующих на фоне веера из автоматных дул. Зернову показалось, что это Путин, Кадыров и Пригожин (в действительности это были портреты участников войны рангом пониже — трех командиров ЧВК Вагнера, впрочем, нарисованы они настолько плохо, что принять их можно за кого угодно).

Слоган «Украине — смерть» под этими фигурами окончательно «взорвал мозг», говорит Илья. Он пришел в такую ярость, что отправился закрашивать граффити прямо посреди дня — и нарвался на жильцов дома. Как выяснилось, они присматривали за муралом. Кто-то из них заметил активиста из окна своей квартиры.

Разбираться с Зерновым из дома выскочили трое мужчин, вооруженных палками. Они схватили Илью и оттащили его на лавку. Потом начали кому-то звонить. Когда из-за угла дома быстрым шагом вышел человек буквально с лицом Владимира Путина, Зернов решил, что сходит с ума. «Я даже в полицию потом долго не хотел звонить, — вспоминает он в разговоре с „Медузой“. — Просто не знал, как буду им все это объяснять».

Человек приблизился, и стало ясно, что на нем маска Путина (что не сделало сцену более реалистичной). Он с размаху ударил Илью по голове. Позже врачи установили, что ему пробили барабанную перепонку. Оглохнув и оцепенев, Зернов с трудом сфокусировал взгляд на острие направленного на него ножа: «Черный такой, складной. А пырнут меня им, не пырнут, я не понимал».

«Ахмат — сила! — вдруг по-русски и c сильным акцентом — но не кавказским, а сербским — произнес мужчина. Он поводил перед носом у Зернова ножом; в другой руке у него обнаружился кастет: — Я чеченец. Извиняйся!»

Когда Зернов отказался просить прощения, «Путин» заметно удивился и снова ударил активиста. По-видимому исчерпав свой русский, он перешел на жесты: задрал на себе куртку, показал футболку с белой буквой Z, угрожающе ударил кулаком в ладонь. А потом открыл на своем телефоне гугл-переводчик и написал в нем одну фразу: «Ты заложник — делай, что тебе говорят».

Затем мужчина в маске кому-то позвонил. Внимательно выслушал рекомендации, следом обменялся сообщениями. Закончив разговор, показал Зернову переписку в телеграме — несколько фраз на чистом русском там явно были оставлены для Ильи: «Зачем ты сюда приперся, молокосос, наслушавшийся западной пропаганды? За испорченную стену придется отдать 500 евро».

Когда из-за облаков выглянуло солнце и перфорированную маску просветило насквозь, Илье удалось рассмотреть мужчину. Несколько дней спустя, разыскав и изучив соцсети других нападавших (они, в отличие от «Путина», своих лиц не скрывали), Зернов понял, что его избил Миша Вацич, лидер местного движения «Сербские правые» — того самого, которое и сделало граффити с командирами Вагнера (и множество других рисунков в поддержку России и войны). «Они ведь так и говорили, что это их муралы. Их район», — вспоминает Илья.

Петербургский протестный художник Глеб Пушев, который теперь живет в Белграде, останавливается у большого сербского флага, нарисованного на углу дома. «Видишь, видишь его? — Глеб прикасается рукой к свежему слою краски. — Это же тут [раньше] Путин был! Смотри: ухо, скула».

В центре флага, где положили особенно толстый слой краски, можно действительно разглядеть глаза Путина, а чуть ниже — линию плеч в костюме. Российского президента на этом здании нарисовала компания сербских подростков (писать это граффити они пришли с бойцовскими собаками); с тех пор его несколько раз портили, восстанавливали и закрашивали снова.

«Территория победы», которую российским активистам удалось отвоевать у сербских правых, в последние месяцы стремительно сокращается, признает тем не менее Пушев. Закончились, например, массовые антивоенные акции, которых с начала вторжения только в Белграде было около трех десятков.

«Когда Сербия кренится в сторону России, важно регулярно устраивать истерику, — рассуждает Глеб. — Я бы хотел, чтобы снова были митинги. У нас ведь были огромные марши, на которых мы скандировали „Нет войне!“ — а потом все чего-то испугались. Первый удар, и мы уже лежим».

Этим «ударом» стала целая серия нападений на антивоенных активистов — в первую очередь на участников «Российского демократического общества» (РДО). Так, в мае 2023 года толпа пророссийски настроенных жителей Белграда окружила активистов на улице — после того как они выкрикнули «Слава Украине!». «Один из наших споткнулся, и его начали забивать как собаку», — вспоминает участница РДО Мария Выговская.

Четыре месяца спустя, 17 декабря 2022-го, четверо мужчин с повязанными на лицах шарфами напали на общее собрание РДО — оно проходило в белградском пабе, переполненном из-за футбольного матча. Юрию Курочкину опять досталось: он получил удар по голове и лишился бело-сине-белого флага. Другой активист Тимофей Ануфриев пытался преследовать нападавших, но безуспешно: «Мы прошли до конца дома и увидели пять-шесть человек в балаклавах. Они с криками „Слава России!“ заехали мне по лицу — и тут же запрыгнули в ждавшую их машину и умчались».

…Правыми активистами эта история не ограничилась. У россиян, выступающих против войны с Украиной, начались проблемы непосредственно с сербскими властями.

Четверых из них или перестали впускать в Сербию, или лишили права на пребывание, когда они уже находились в стране. Согласно их переписке с МВД Сербии (есть в распоряжении «Медузы»), россиян всякий раз признавали «угрозой» на основании оценки «госоргана, отвечающего за национальную безопасность», то есть Агентства безопасности и информирования (БИА), аналога российской ФСБ.

Последний случай произошел 4 ноября 2023 года: в страну не пустили как раз Илью Зернова. Сейчас он живет в Германии; в ноябре Зернов пытался попасть в Белград на судебное заседание по делу о нападении. На вопрос о причине запрета на въезд пограничники ответили Илье так: «Вы сами знаете».

«Сербии как будто не хочется становиться хабом для антивоенной диаспоры, — рассуждает Зернов. — Знакомый в местном МВД мне сказал, что русских здесь любят, „но Путина любят еще больше“».

Провластные сербские СМИ тоже критикуют эмигрантов из России: там их описывают как «сообщество эротоманов», испытывающих «тягу к кокаину» и склонных к «параноидальным вспышкам». Более того, по утверждению этих изданий, группа российских либералов, финансируемая из «иностранных посольств», одновременно и снимает в Белграде изощренную порнографию про «оргии французского двора конца XVIII века», и закупается оружием «на черном рынке».

«Это какой-то мир гомоэротических фанфиков, посвященных вымышленным отношениям между представителями либеральной общественности в Сербии», — резюмирует сооснователь РДО Владимир Волохонский, часто фигурирующий в публикациях.

Сербские активисты, оппонирующие местным властям, убеждены: атаки правых радикалов, критические материалы в СМИ и проблемы с документами — это полноценная кампания против россиян, не поддерживающих войну. И она связана с «государственным заказом».

Например, все того же Мишу Вацича в сербском парламенте прямо обвиняли в организации «провокаций» по просьбе спецслужб, а созданное им движение «Сербские правые» исследователи считают правительственным проектом. На «заказ» со стороны официального Белграда указывают и «сигналы», которые российские активисты получали от местного МВД.

Если за преследованием действительно стоят сербские силовики, просьба об этом могла прийти только из Москвы, убежден Никитин: «БИА просто поступил заказ, чтобы вся эта антивоенная деятельность прекратилась».

Сербскую спецслужбу до ноября 2023-го возглавлял Александр Вулин — чиновник, известный своей антизападной позицией. Занимая эту должность, Вулин регулярно встречался с секретарем российского Совета безопасности Николаем Патрушевым (некоторые считают его «главным» и самым влиятельным путинским силовиком), в том числе после начала российско-украинской войны. На одной из таких встреч, в 2021 году, Вулин даже передал Патрушеву записи прослушки с семинара российских оппозиционных муниципальных депутатов, прошедшего в Белграде. Вулин же инициировал создание российско-сербской «рабочей группы» по «наблюдению за активистами оппозиции, неправительственными организациями и независимыми журналистами».

Китайского лидера в Белграде тоже ценят.

«ВНЖ начали вот так отнимать, только когда Вулин стал главой БИА», — соглашается с трактовкой Никитина глава белградского Центра политики безопасности Предраг Петрович. Впрочем, 3 ноября 2023 года Вулин подал в отставку. Он объяснил свое решение давлением со стороны США и Евросоюза. По словам чиновника, его уход стал «условием для невведения санкций против Сербии». В июле 2023-го Вулина включили в санкционный список США, в обосновании это решение напрямую связывается с продвижением интересов России в регионе.

Эксперт Фонда Карнеги Максим Саморуков, давно изучающий Балканы, так описывает позицию властей Сербии: «Давайте уберем [из страны] самых активных [оппозиционных россиян], чтобы не вызывать излишней аллергии у Москвы».