Путин закручивает репрессивные гайки, ибо уже и ему понятно, что Россия стала не та: мнение

За точку отсчета этого окончательного разлада в современном российском государстве, пожалуй, можно принять декабрь 2019 года, когда Александр Лукашенко фактически отказался сделать Белоруссию частью России. И тем самым нарушил первоначальный план, позволявший Владимиру Путину сызнова сыграть роль «собирателя земли русской» и триумфально продолжить, уже в новом качестве, свое пребывание у власти. После чего российскому правителю срочно пришлось импровизировать.

Здесь необходимо вспомнить о том, почему вдруг возникла эта комбинация с Белоруссией, ведь после очередных выборов Путина не прошло и двух лет. Все дело в том, что верховная власть, словно следуя худшим историческим примерам, уже вскоре после продления своих полномочий начала терять легитимность, и сразу по многим причинам. Причем этот процесс, судя по всему, стал необратимым. Но верить в этот печальный факт кремлевским обитателям, разумеется, не хотелось.

Кроме того, надо сказать, что все развивалось по такому сценарию ровно с того самого времени, как у правящей верхушки созрела мысль о необходимости долгого и счастливого путинского царствования. Из чего можно заключить, что Кремль сам себя загнал в политический цугцванг, никто его не неволил. А потому, в полном соответствии с шахматной теорией, любой следующий ход только ухудшает позицию этих деятелей, что со всей очевидностью показывают текущие события.

У Путина началась полоса невезения 

Между тем 2020 год уже нанес ощутимый удар по имперским амбициям Москвы. Крупные политические просчеты в отношениях со странами ближнего зарубежья, их правительствами и народами, копившиеся два десятилетия, в конце концов, дали знать о себе в полной мере. Все, точно по какому-то злому волшебству, начало валиться из державных рук, ничего не выходило. И Российская Федерация раз за разом оставляла рубежи, которые с давних пор удерживали Российская империя и Советский Союз.

Революционные события в Белоруссии стали для кремлевского руководства не только неприятной неожиданностью, но и прекрасной возможностью избавиться от строптивого «батьки». Поддержи тогда Россия гражданское общество в его противостоянии с правящим режимом, и она заслужила бы безграничную признательность многих белорусов. Но вместо этого Кремль пошел на поводу у Лукашенко, теряя симпатии родственного народа. По всему видно, что украинский урок не пошел впрок политическим дельцам, которые в принципе не способны мыслить широко и рационально.

А дальше — больше. Неожиданная для Москвы смена политических декораций в Киргизии. Откровенный неуспех пророссийских партий на парламентских выборах в Грузии. Знаковая победа Майи Санду над Игорем Додоном в Молдавии. И, как апогей всех неудач, фактическое поражение России в азербайджано-армянской войне за Карабах. Во всяком случае, как минимум два очевидных последствия этого вооруженного конфликта — возвращение, после столетнего отсутствия, Турции на Южный Кавказ и возникшее у армян ощущение брошенности, если не сказать больше, трудно назвать внешнеполитическими достижениями. Как бы ни пытались доказать обратное госпропагандисты.

Что ни говори, а прошлый год вообще поставил крест на многих тщеславных устремлениях Кремля. Злосчастный COVID-19, само существование которого разные власти долго и упорно отрицали, напрочь испортил сценарий главных торжеств. Изменение Конституции, задуманное как всенародный праздник, обернулось «голосованием на пеньках», а юбилейный парад был нехотя перенесен с 9 мая на 24 июня. И в довершение всех несчастий коварный коронавирус регулярно загонял главного российского начальника в онлайн. В общем, все это напоминало не подлинно великую державу, а какую-то «империю на пеньках», не более того.

Предчувствие неизбежного

Почти тридцать лет спустя после краха СССР распад империи все еще продолжается. Соответственно, российское влияние на постсоветском пространстве постепенно ослабевает, а повторно вызвать «крымский эффект» у верховной власти никак не получается. Ко всему прочему, внешнеполитические авантюры в Венесуэле, Сирии, Ливии, ЦАР, Судане не вселяют подлинного энтузиазма даже в самых верноподданных. Такое очевидное крушение великодержавных замыслов подрывает саму основу путинского мифа, превращая всесильного властелина в простого смертного, лишая царственного владыку неотъемлемых компонентов сакральности — мощной харизмы и безраздельного обладания сокровенным знанием.

 Десакрализация власти тем временем идет полным ходом. В частности, об этом позволяют судить всевозможные журналистские расследования о жизни первого лица государства, появившиеся в последние месяцы. Впрочем, так всегда и бывает в тех случаях, когда начинает рваться социальная ткань общества. Хрестоматийный пример, который нельзя не вспомнить, это, конечно же, обвальное падение престижа русской монархии вследствие связей императорской четы с Григорием Распутиным. Со всеми вытекающими из этого последствиями в виде социальных катаклизмов.

Связь различных общественных явлений, между прочим, не сразу становится явной. Верно говорят, что большое видится на расстоянии, то есть по прошествии какого-то времени. «Росбалт», кстати, уже писал о политической значимости целого ряда событий прошлого, совершившихся в августе и повлиявших на дальнейший ход российской истории. Но и в 2020 году в последний месяц лета возникли обстоятельства, которые, как теперь очевидно, могут привести к самым неожиданным результатам. Впрочем, об этом немного позднее, буквально через абзац.

С некоторых пор несомненно существует одна закономерность. Эффектность очередной победы Путина вскоре почти нивелируется последующими крупными инцидентами. Например, от его пафосного переизбрания до страшного пожара в «Зимней вишне» в марте 2018 года прошла всего неделя. Также было и с «обнулением». Арест Сергея Фургала вызвал непрекращающиеся, пусть и уже изрядно ослабевшие, протесты в Хабаровске. К тому же общественное возмущение, выплеснувшееся в этом дальневосточном городе в июле, наложилось на начавшиеся в августе по всей Белоруссии антилукашенковские демонстрации.

Минск и Хабаровск разделяют девять тысяч километров. Однако, казалось бы, несвязанные события в этих двух городах, вероятно, привели к тому, что в Томске 20 августа был отравлен Алексей Навальный. Как бы то ни было, но характер авторитарной власти, по-видимому, позволяет сделать и такое предположение. Естественно, тогда изводители даже представить себе не могли, чем эта скверная история обернется. Да ведь цугцванг на то и цугцванг, чтобы зарвавшийся игрок делал ход, который ведет к проигрышу.

Хорошо известно, что Дональд Трамп не отреагировал должным образом на это злодейство. И, видимо, Москва полагала, что Вашингтон и впредь будет соблюдать нейтралитет в отношении Навального. Однако 18 августа демократы официально выдвинули Джо Байдена кандидатом в президенты США. Правда, в ту пору его победа была под вопросом. Теперь все иначе: сочетание различных факторов вызвало эффект синергии. И еще за месяц до начала работы новой администрации Госдеп официально обвинил сотрудников ФСБ в использовании «Новичка» для отравления российского оппозиционера.

Позиция у Кремля, что и говорить, не выигрышная. Байден грозит новыми санкциями, международная общественность взбудоражена, а тут еще надо определить свое отношение к возможному возвращению Навального в Россию. Вот и получилось так, что события завязались в довольно причудливый узел. Тем не менее о нынешних настроениях за кремлевской стеной нужно судить не по ироничной реакции Путина на разоблачения «берлинского пациента», а по тем репрессивным законам, которые обрушились на страну в конце прошлого года. Должно быть, даже за краснокирпичной оградой понимают, что «транзит» в ситуации цугцванга еще неизвестно, чем закончится.

Роман Трунов, Росбалт.