Оптимисты пока в меньшинстве. По нескольким причинам.
Но о них чуть позже, а сначала о приятном. На этой неделе ЕС подвел первые итоги начавшегося оживления. Статистика оказалась обнадеживающей.
Рост безработицы в крупнейшем политическом союзе планеты с населением 450 млн человек почти прекратился, а бизнес и население вновь поверили в возможность зарабатывать: начавшийся в мае рост широкого индекса деловых настроений резко ускорился в июне и уже отыграл почти треть карантинного падения.
Локомотивом оживления выступают крупнейшие европейские экономики, сильно пострадавшие от коронавируса. Франция отчиталась о почти полном восстановлении индекса настроений потребителей, а Испания — о невиданном скачке розничных продаж почти на 20%.
«Худшее позади», — оценила ситуацию глава европейского центробанка Кристин Лагард.
«Но самое сложное — впереди», — предупредила она.
Экономический кризис только начинается, согласился с ней новый премьер-министр Франции Жан Кастекс, назначенный в конце недели. В своем первом выступлении в новом качестве он сказал в пятницу:
«Кризис в экономике и социальной сфере уже дает о себе знать. Мы должны подготовить страну к надвигающемуся кризису».
Деньги на это есть не у всех стран-членов ЕС. Зато они могут рассчитывать на общий котел, в который Еврокомиссия обещает собрать триллионы евро на антикризисные меры.
Однако 27 стран блока уже несколько месяцев спорят о том, как именно это сделать, кому сколько достанется и на каких условиях. В середине июля лидеры ЕС впервые за долгие месяцы пандемии соберутся на личную встречу в Брюсселе и попытаются все же согласовать современный аналог послевоенного «плана Маршалла», призванный обеспечить восстановление, рывок в будущее и перевод экономики на «зеленые» рельсы.
Задача — не только сохранить за ЕС место второй экономики мира вопреки «брекситу» и коронакризису, но и попытаться догнать и перегнать США и третью экономику планеты — Китай в технологиях и инновациях, чтобы обеспечить Старому Свету место в новой постковидной эре.
«Шаг вперед, два — назад»
Июньская статистика обнадеживает не всех. Тонущая экономика, похоже, достигла дна и начинает понемногу всплывать. Но путь до поверхности займет не один месяц, и чем дольше она будет лишена кислорода, тем больше пострадает. Чтобы предотвратить отмирание тканей и органов, экономику придется подключить к системе жизнеобеспечения. То есть накачать ее деньгами.
Поэтому продолжительность кризиса имеет решающее значение: чем быстрее мир выйдет из него, тем меньше потом возвращать по кредитам на лечение за счет повышения налогов и затягивания поясов.
«То, что мы оттолкнулись от дна, конечно, не может не радовать. Но этот факт сам по себе ничего не говорит нам о том, каким именно будет восстановление», — предупредил на этой неделе один из руководителей европейского центробанка Филип Лейн.
Поскольку все будет зависеть от неизвестной, пока не поддающейся прогнозированию, — от того, как поведет себя вирус.
«Мы в своих сценариях учитываем частичные перебои в этом и следующем году. Потому что ситуация может развиваться по сценарию «шаг вперед, два — назад», когда вроде все улучшается, но вдруг появляются локальные проблемы», — сказал Лейн, экономист и бывший глава центробанка Ирландии.
Локальные вспышки инфекции заставляют власти вновь вводить карантин, и это подрывает веру в будущее — а с ней и скорость оживления деловой активности. Запуск двух главных двигателей экономического роста — потребления и инвестиций — невозможен до тех пор, пока люди и компании боятся второй волны пандемии и откладывают траты и вложения.
«Именно поэтому мы считаем, что полное восстановление экономики будет долгим. Ведь оно зависит не только от скорости и полноты снятия карантина, но и от того, как часто приходится прибегать к новым ограничениям в экономике», — сказал Лейн.
По текущим оценкам европейского ЦБ, докризисного уровня Европа достигнет только к концу 2022 года.
И по пути ее ждут неприятности, на которые намекает та же статистика, что вселила оптимизм в утомленных мрачными новостями комментаторов.
Пусть в опросах менеджеры компаний и делятся ожиданиями подъема, они же признают, что заказы от покупателей их товаров и услуг в июне продолжали снижаться — как на внутреннем европейском рынке, так и из-за границы. То есть ожидания несколько опережают реальность.
Зомби-работники
С безработицей тоже сложности: пусть она и перестала расти, но все было бы намного хуже, если бы не гигантская господдержка: во многих странах зарплаты в частном секторе на время карантина выплачивались из казны.
За счет налогоплательщиков таким образом искусственно поддерживается и оплачивается трудоустройство более 40 млн сидящих дома европейцев. Это каждый третий работник в крупнейших странах: Германии, Франции, Италии и Испании.
К осени эти дотации иссякнут, и Европа может отправиться по американскому пути, где безработица из-за карантина взлетела с 3,5% до 15%. В ЕС же она выросла всего на десятые доли процента: с 6,4% до 6,7%.
«Практически незаметный рост безработицы в еврозоне отражает успех краткосрочной политики поддержки занятости и сокращение трудоспособного населения за счет тех, кто временно лишился возможности искать работу. Оба эти фактора скоро уйдут в прошлое, и безработица резко увеличится в ближайший год или около того», — не спешит радоваться июньским данным аналитик Джессика Хиндс из Capital Economics.
Многие из тех, кто сейчас сидит дома и получает зарплату от государства, рискует по окончании этой программы вместе с господдержкой лишиться и работы: фирмы будут сокращать персонал, как только им придется снова платить из своего кармана.
Такая участь грозит примерно 9 млн человек, подсчитали экономисты страховой компании Allianz.
«Мы называем их зомби-работниками. Чтобы избежать отложенной массовой безработицы, придется предпринимать экстренные меры», — пишут они.
К концу года, по оценкам европейского центробанка, безработица может достичь 10%.
Из комы выйдут не все и не сразу
И даже если восстановление европейской экономики будет идти по плану, не прерываясь на вторую волну пандемии, возврат к прежним темпам роста будет неравномерным. Одни страны выйдут из кризиса быстрее, у других это займет больше времени, предупредил вице-президент европейского центробанка Луис де Гиндос.
«Нет ничего необычного в том, что экономика восстанавливается, когда снимают карантин. Как нет ничего необычного и в том, что мы не знаем, что случится, когда закончится лето, — сказал он. — Нас больше тревожит другое: похоже, мы видим признаки восстановления на двух разных скоростях».
Экономики притормозили во всех странах, но некоторые избежали серьезного падения, и они быстрее вернутся к созданию богатства, постепенно отрываясь от партнеров по экономическому и валютному союзу. Это беспокоит центробанк, отвечающий за финансовую стабильность в ЕС, сказал де Гиндос.
И вовсе не обязательно те страны, на которые пришлась основная смертность от коронавируса, понесут самые серьезные убытки.
Единый рынок ЕС объединяет 27 стран, поэтому спад потребления, инвестиций и торговли приносит общую экономическую боль всем его участникам, вне зависимости от того, как они справились с медицинской проблемой.
Словакия, например, одной из первых ввела карантин, и в итоге смертность на душу населения там оказалась в сотни раз ниже, чем в наиболее пострадавших Испании, Италии и Франции, и в десятки раз ниже, чем в относительно легко отделавшейся Германии.
Однако спад экономики и всплеск безработицы в Словакии — наравне, если не хуже, чем у тройки аутсайдеров, и намного хуже, чем в Германии.
Избежали излишней смертности и Хорватия с Грецией, однако они сильно зависят от туризма, и их восстановлению помешают закрытые границы. По оценкам Еврокомиссии, они потеряют почти 10% экономики, тогда как другие отделаются снижением на 6-7%.
На пути оживления бизнеса и потребления встают не только потеря доходов, но и вынужденные траты. Испания, например, предупредила на этой неделе, что ей придется увеличить налоги, поскольку без этого не изменить аховое положение медицины, выявленное коронакризисом, — в стране худшие показатели смертности в Европе.
И даже Германия — луч надежды и свет в конце туннеля — тускнеет на глазах. Крупнейшая европейская экономика восстанавливается, однако далеко не теми темпами, на которые рассчитывала.
Еще месяц назад институт Ifo, замеряющий температуру немецкой экономики, предсказывал 10-процентный отскок в следующем году. А теперь он ждет роста ВВП лишь на 6,4%.
Министр экономики Германии Петер Альтмайер в воскресенье дал еще более скромные оценки: спад на 6% в текущем году и рост всего на 5% в 2021-м. Восстановление начнется в лучшем случае в октябре, а занятость не вернется на докризисный уровень до конца 2022 года, сказал министр в интервью воскресному изданию таблоида Bild.
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.