Прогулки по Юрмале: как зарождался курорт на Рижском взморье

Московский архитектор Марина прислала редкую открытку с видом курзала в Карлсбаде — нынешних Меллужи. И написала: «Купила на выставке в Москве и решила сделать вам подарок». Спасибо, подарок отличный! Карлсбадский курзал на открытках мне не встречался. Это единственное, что сохранилось сегодня от некогда главного здания поселка…

Были на Рижском взморье уголки и позвонче, но самый первый курзал построили именно в Карлсбаде — в 1827 году. В Кемери — спустя десять лет, в Дубулты — через двадцать, а в Майори — лишь в 1870–е.
Курзалы (или, как их называли на немецкий манер, кургаузы) были неотъемлемой частью известных курортов. С концертными залами для выступлений оркестров, ресторациями, библиотеками, гостиничными номерами, а иногда — с казино.

Посреди рыбацких хижин

Курзал стал первым солидным строением в поселке. Он поднялся посреди двух десятков рыбацких домишек. Владелец здешней земли Карл фон Фиркс назвал курзал, как и сам курорт, с претензией — Карлсбад. Не смутило то, что в Европе уже есть знаменитый курорт с таким названием (нынешние Карловы Вары). Балтийский станет не хуже!

Строятся ванные заведения, аптека, почта, еще один кабачок. Появляются и курортники — петербургские литераторы, мелкие чиновники. На рубеже XIX–XX столетий Карлсбад притягивает латышскую интеллигенцию. Курорт хорошеет, и все же до немецкого Карлсбада ему далеко. Да и на местном штранде его затмевают Кеммерн, Дуббельн, Майоренгоф, Эдинбург, Бильдерлингсгоф…

На месте меллужского парка

Старинная открытка дает представление о карлсбадском курзале. Это было внушительное деревянное строение, окруженное забором, с мансардной крышей. Курзал находился на месте нынешнего меллужского парка, поэтому даже из комнат верхнего этажа моря было не увидеть. Не случайно приехавший на курорт в 1901 году писатель Леонид Николаевич Андреев предпочел снять комнату ближе к морю — на улице Якобштадской, ныне Екаба.

Открытка с деревянными мостками, песком на проезжей части — иллюстрация к тому, что пишет о курорте Андреев.

«…Поручив свой багаж фурману, я иду пешком по деревянным мосткам, проложенным по лесу и на улицах, заменяющим наши тротуары. Начинаются дачи и улицы. Дачи похожи на все дачи в мире, улицы — узенькие проходы, до краев заполненные песком. Как едет по этому песку мой фурман — не знаю, но когда мне приходится сойти с мостков, уступая кому–нибудь дорогу или пересекая поперечную улицу, нога вязнет в песке по щиколотку…»

За курзалом видна площадь, на которой находился рыночек. Он был знаменит на всю округу клубникой «викторией».

Меллужи I и Меллужи II

Первая мировая война не пощадила центр поселка: большинство деревянных строений, в том числе курзал, сгорели. В 1920–е на его месте разбивают парк, возводят эстраду. Современные путеводители с восторгом пишут о том, что там уже звучали латышские песни. Верно. Только симфонические оркестры из Петербурга, Варшавы, Москвы и Гельсингфорса, до Первой мировой каждый сезон приезжавшие на Рижское взморье, забывают сюда дорогу.

В 1920–е Карлсбад переименовали в Меллужи. Сначала — в Меллужи I, потому как следующая станция называлась Меллужи II. Только в 1939 году на месте одной появились Пумпури, вторая стала просто Меллужи.

За станцией — еще одна достопримечательность. Школа, построенная в 1934–м. Знакомым всегда показываю и достопримечательность 1970–х — уголок за меллужским рынком, где тогда была турбаза Пумпури.

В гостевых домиках летом останавливалось пол–Союза. Нас турбаза привлекала шашлычной — это было одно из редких мест в Юрмале, где без суеты и давки можно было побаловаться шашлычком. Тот, кто хотел отдыхать с музыкой, шел в ресторан «Лайкс» — по проспекту Меллужи. В 1990–е деревянное здание ресторана снесли.

По улице Капу

В Меллужи, за бывшим рынком, начинается улица Капу. Одна из самых протяженных, самых красивых пешеходных артерий взморья. Пролегает через три поселка — Меллужи, Асари, Вайвари.

В 1970–1980–е по обеим сторонам Капу тянулись деревянные дачки с флюгерами и мансардами, поднявшиеся при царе. В одной из них по соседству с Капу, на улочке Екаба, в 1901–м останавливался Леонид Николаевич Андреев. В те времена улица называлась Яковлевской, и именно на этот адрес приходили писателю письма из Петербурга — от невесты. С этого же адреса уходили ответы.

В 1982 году мы вместе с литератором Гарри Гайлитом начали готовить публикацию для журнала «Даугава» о пребывании Андреева на взморье. Было известно, что поселился писатель в Карлсбаде, нынешних Меллужи, письма к нему адресовали на Яковлевскую «штрассе», но где она находилась — никто не знал. Через несколько дней Гарри неожиданно сказал:

— Так я снимаю дачу на этой улице. Нынче это Екаба. Латышская транскрипция Яковлевской…

Нашли мы и дачу, в которой жил писатель. Она была частично перестроена под корпус пионерского лагеря.

…Спустя годы, в 1995–м, ваш автор вновь заглянул на маленькую улочку — все деревянные строения были разрушены или подожжены. Начиналась «великая латвийская приватизация». От большинства деревянных домов самой Капу тоже уцелели единицы.

Сегодня на месте стареньких дач — каменные особняки. Круто! Хотя меня эта роскошь не заставляет замедлить шаг. Очень похоже на виллы Готланда или финских курортов. А вот деревянных дач в «чеховском стиле» в Западной Европе почти не увидеть — разве что под Питером. В Сестрорецке, Комарово…

По местам пионерлагерей

Пионерских лагерей на Капу было не так много — «Медик», «Вэфовец», возможно, еще один–два. Пытаюсь вычислить, где же находился «Медик» в Меллужи? С однокурсниками два месяца мы проходили там «пионерскую практику» — вожатыми.

Вдоль Капу стояло несколько деревянных корпусов, но сейчас кругом виллы. Ландшафт «причесан» до неузнаваемости: «американские» газончики, фонтаны, скульптуры в греческом стиле…

Солдатам Первой мировой

В Асари дачи уступают место старинному кладбищу. Есть там и памятник русским солдатам, погибшим в Первую мировую. Установили его, между прочим, при Карлисе Улманисе — в 1939–м. Во время Первой мировой эти места превратились в прифронтовую полосу — писатель Всеволод Витальевич Вишневский, который тогда с родителями жил неподалеку, вот что вспоминал:

«…бесконечная прибрежная полоса прибоя превращалась в учебный плацдарм. В дюнах саперы рыли окопы, а чуть поодаль учились штыковому бою запасники Рижского второочередного полка…»

Легенда Дюнной улицы

Некоторые название улицы Kapu связывают с кладбищем. Мол, так переводится слово с латышского. На самом деле это Дюнная улица, потому что по–латышски KApu (с гарумзиме) — «дюнная».
Легенда повествует, что эти места с давних пор манят любителей сокровищ. Несколько столетий назад на рейде во время шторма затонуло судно — то ли из Испании, то ли из Англии — с несметными сокровищами на борту.

Ящики с драгоценностями стихия выбросила на побережье как раз в районе улицы Капу — ближе к Асари. В семьях рыбаков легенда передавалась из поколения в поколение, и, судя по тому, что здесь нередко находят разрытые дюны, легенда по–прежнему жива. Надо же хоть во что–то верить в нынешней Латвии…

Илья ДИМЕНШТЕЙН