Почему в Латвии топливо такое дорогое? Ну, есть пара-тройка факторов…

Латвийские розничные продавцы топлива стараются не переходить «психологический рубеж» — два евро за литр дизеля. Чего не скажешь о Литве, где с этим сейчас проблем нет: на ряде заправок соседней страны цена составляет 2,1 евро, а ещё на нескольких (например, MSI или «Orlen») — почти два, то есть 1,99 евро за литр.

Взлетевшие терминалы и заводы поставки не увеличивают

Цена бензина в Балтии уже довольно давно «неприлично» ниже, чем у дизеля. Затраты на производство (а также транспортировку и хранение) бензина ниже, чем у дизельного топлива. То есть в Европе в последнее время довольно успешно удаётся производить бензин, однако с поставками дизеля дела обстоят не столь блестяще. В Европейский союз по-прежнему напрямую или окольными путями поступает российская сырая нефть, однако топливные потоки иссякают по вполне понятным причинам: Вооружённые силы Украины методично разрушают нефтеперерабатывающие заводы глубоко на территории страны-агрессора настолько успешно, что Россия вынуждена уже не экспортировать, а импортировать бензин из Беларуси, Индии и даже Марокко. Сейчас украинские дроны больше сосредоточены на уничтожении складов товаров «Wildberries», соответственно меньше охотятся на топливные заводы и терминалы, однако вряд ли такая важная вещь, как российская нефтяная и топливная индустрия, надолго останется без внимания — и её ещё порядком попортят.

Точно так же российские дроны и ракеты находят лазейки в украинской ПВО и разрушают энергетическую инфраструктуру Украины, не брезгуя и такими мелкими объектами, как АЗС. В целом огромные объёмы нефти и топлива сгорают и улетучиваются в атмосферу, создавая не оборот в мировой экономике, а выбросы CO₂. Недавно биржевые аналитики из Trading Economics добавили удары Украины по российским НПЗ в число факторов, вызывающих беспокойство и способных повлиять на мировые цены на сырую нефть и топливо.

Ормузская «затычка» в узком горлышке бутылки

Однако несравнимо большие и главные опасения по-прежнему вызывает злополучный Ормузский пролив, о котором постоянно появляются противоречивые новости, поскольку ситуация порой меняется буквально за несколько дней или даже часов.

Сейчас она крайне нестабильна и непредсказуема. Очень позитивной, радующей инвесторов и подбадривающей рынок новостью стало заявление президента Ирана Масуда Пезешкиана о том, что «лучше прекратить войну сегодня», когда Иран находится «в положении силы и достоинства». Это было 21 августа. Также министр финансов США Скотт Бессент заявил на CNBC, что США, скорее всего, не вернутся к крупномасштабным боевым операциям, но усилят экономическое давление на Иран. Представитель армии США на CNBC сообщил, что с начала мая армия помогла танкерам перевезти через Ормуз более 660 миллионов баррелей нефти.

Казалось бы, новости позитивные, но есть одно «но». Уже ранее СМИ было известно, что тот же Скотт Бессент на пресс-конференции изложит меры, предупредив, что США могут ввести то, что он охарактеризовал как «самые жёсткие санкции в истории». Президент Дональд Трамп также пригрозил наказаниями странам, которые продолжают торговать с Тегераном. Усилия США по изоляции Ирана могут повысить риск мести и более глубоких сбоев на мировых энергетических рынках.

Таким образом, дальнейший сценарий развития событий может быть таким: несмотря на слова Пезешкиана, Иран, реагируя на введённые против него экономические санкции, может перейти к более интенсивным угрозам Ормузскому проливу и странам региона с помощью ракет и дронов. Скорее всего, все запасы Иран ещё не израсходовал и, возможно, произвёл дополнительные.

Это заставляет цену на сырую нефть, которая немного снизилась, напряжённо стоять на месте в ожидании возможного скачка.

Цена сырой нефти (WTI, или индекс Западного Техаса) 24 августа колебалась около 85,3 доллара за баррель. Нефть марки Brent вчера стоила примерно 92,8 доллара за баррель. Вчера наблюдалось снижение цены на полтора-два процента, однако за последний месяц цена на сырую нефть выросла на 3,75 %. А если смотреть в годовом исчислении — то есть по сравнению с периодом до войны на Ближнем Востоке — получается 31,78 %. Увы! Хотя ещё в начале июля был момент, когда цена на сырую нефть упала до 65,5 доллара за баррель. Многие эксперты уже начинали беспокоиться, что если такая тенденция продолжится, это приведёт к ситуации, когда торговля нефтью и топливом может стать нерентабельной.

Нельзя ожидать, что цены на латвийских АЗС мгновенно отреагируют на котировки сырой нефти, поскольку между ними есть промежуточное звено: латвийские продавцы ориентируются на европейский эталон Platt для бензина и дизеля. Если цифры Platt не начнут резко расти или падать, существенно не изменится и цена на латвийских заправках.

Есть места, где топливо ещё дороже, чем у нас

Латвия со своими ценами на дизель, бензин и газ на АЗС находится в Европе примерно посередине. Средняя цена дизеля в ЕС чуть выше двух евро за литр. Самая высокая цена на дизельное топливо — в Дании: 2,4 евро. Ещё очень дорого оно в Нидерландах (2,3 евро), Германии (2,2 евро), Финляндии (2,1 евро) и Франции (2,0 евро).

Есть страны, где и цена бензина превышает два евро, и снова выделяется Дания, где 95E стоит 2,4 евро. Цена 95E выше двух евро также в Нидерландах, Финляндии и Германии. В значительной степени на цены влияет налоговая политика — акциз и НДС, однако это лишь один из факторов в более широком комплексе различных влияний. Но в сравнении Латвии и Литвы акциз выглядит весьма весомым: в Латвии акциз на дизель составляет 0,467 евро, а в Литве — 0,554 евро. Вот почему сейчас в Литве цена выше двух евро, а в Латвии — ниже. В Латвии акциз на дизельное топливо в ответ на рост цен после начала блокады Ормузского пролива был снижен, и пониженная ставка будет действовать до 31 декабря 2026 года (изначально планировалось до 30 июня).

Те, кто бурит и качает, балансируют и стабилизируют рынок

Ещё один фактор, существенно влияющий на цены на нефть и топливо, — решения стран альянса ОПЕК+. Они направлены на удержание цены в разумных пределах — на то, чтобы она не повышалась.

В начале августа 2026 года альянс ОПЕК+ договорился увеличить квоты на добычу нефти в сентябре на 188 000 баррелей в сутки.

Объём добычи повышается на 188 000 баррелей в день, продолжая тенденцию предыдущих месяцев, чтобы сбалансировать рынок и стабилизировать цены.

Один из тормозов — Венесуэла

Когда в мире относительно спокойно, дикие колебания на бирже порой возникают из-за всяких мелочей, слухов, высказываний должностных лиц, в которых спекулятивно усматривают нечто, на самом деле несущественное. Но сейчас у рынка нет времени на глупости, потому что многие события в мире действительно имеют реальный вес. На все них биржа даже не успевает реагировать.

Помимо Ормузского пролива или «пролива» между Россией и Украиной существуют и другие «бутылочные горлышки», которые вредят обороту мирового сырья. Одно из них — например, Венесуэла. По данным Reuters, танкеры ждут до 30 дней, чтобы загрузить венесуэльскую нефть, потому что устаревшие терминалы, перебои с электроэнергией и проблемы с качеством сырой нефти создают фактическое ограничение экспорта. Похоже, это ограничение составляет примерно 1,25 миллиона баррелей в сутки. Государственная компания Petroleos de Venezuela (PDVSA) и её партнёры в последние месяцы не смогли существенно увеличить экспорт выше этого уровня, несмотря на рост добычи, сокращение запасов и высокий спрос на тяжёлую венесуэльскую нефть. Эта ситуация «слабого места» особенно сложна для Вашингтона, который после пленения президента Николаса Мадуро в январе пытался оживить венесуэльскую добычу и экспорт. По информации должностных лиц Министерства энергетики США, более 500 000 баррелей венесуэльской сырой нефти в сутки уже поступают на американские НПЗ, большая часть — на заводы побережья Мексиканского залива, специально приспособленные для переработки венесуэльской нефти. Трейдеры Vitol и Trafigura с января в соответствии с договорённостью с Вашингтоном экспортировали более 140 миллионов баррелей венесуэльской сырой нефти и топлива. Однако проблема заключается в дополнительной загрузке баррелей на суда.

Терминал Jose, через который проходит около 70 % венесуэльского экспорта, страдал от перерывов в погрузке из-за поломок оборудования, отключений электричества и проблем с качеством. На близлежащем Guaraguao в середине августа полностью функционировали лишь два из семи причалов. Некоторые места у причалов до сих пор занимают старые танкеры, попавшие под санкции, которые прибыли в годы «тени» Венесуэлы и так и не ушли. Вашингтон обещает способствовать реконструкции энергетического сектора Венесуэлы инвестициями на 100 миллиардов долларов, однако до сих пор акцент делался на увеличении добычи сырой нефти, пишет издание Oilprice.

Венесуэла, которой «для полного счастья» не хватало только двух разрушительных землетрясений магнитудой выше 7, — это ещё не всё, что влияет на цены, развитие мировой экономики и благосостояние людей в мире.

Плохо, когда не хватает, и плохо, когда слишком много

Совершенно скверная вещь — чудовищная жара и засуха, которые мучили центральную и южную части Европы. Уровень воды в Рейне, Дунае и других реках настолько низкий, что в Венгрии и Румынии пришлось останавливать работу атомных электростанций, потому что буквально не хватало воды для охлаждения оборудования.

Война и природные катастрофы создают кризис дефицита — не хватает топлива, электричества, воды. Но ещё более разрушительными для экономики бывают кризисы перепроизводства — как в XVII веке в Нидерландах, когда люди считали, что луковицы тюльпанов имеют огромную ценность: некоторые сорта стоили столько же, сколько дом, лошади и земельные участки. А потом в несколько мрачных февральских дней 1637 года цена тюльпанов упала с 200 до одного гульдена.

Такое же помешательство в наши дни — безумно завышенная стоимость акций компаний искусственного интеллекта (ИИ). Однако сейчас с новыми технологиями всё идёт только в гору, и никто не может предсказать, когда ИИ переживёт свой февраль 1637 года.