Ожирение: было и не стало? Главный врач AIWA Clinic о современных возможностях бариатрической хирургии

О современных возможностях бариатрической хирургии рассказывает хирург AIWA Clinic Игорь ТРОИЦКИЙ – маститый доктор, к которому едут корпулентные люди из разных стран мира. Устав от проклятых килограммов и мучительной многолетней борьбы за себя, они оказываются в AIWA Clinic. И возвращают себе не просто стройность и эстетическую красоту тела, они обретают самое главное — здоровье.

– Коробит, когда людей полных называют толстяками. Окружающие люди не знают и не понимают проблем мужчин и женщин, страдающих ожирением. Полному худеть невероятно трудно, подчас обычными методами даже уже и невозможно, как бы кто ни старался. Не у каждого есть та самая железная воля, граничащая с самоотречением…

– Ожирение – это болезнь. И это огромная проблема! Большая часть людей с морбидной формой полноты никогда и не была в нормальном весе, с детства или подросткового возраста они имеют солидный перевес.

«Морбидное» означает болезненное — во всех смыслах этого слова — состояние: как в плане субъективных ощущений полного человека, так и объективной картины состояния его здоровья. К нам в клинику люди попадают, когда уже ничего не помогает, а критический вес тела становится реальной угрозой здоровью. Повторю, ожирение – это не косметическая проблема, а медицинский диагноз.

Мои пациенты – люди, которые окончательно устали бороться с лишними килограммами, выдохлись и почти уже отчаялись. Начиная с юношеского возраста они пробуют различные диеты, таблетки, упражнения в спортзале, заклинания магов и бог знает что еще. Иногда худеют, но потом опять поправляются еще больше…

– Доктор, как определить ту грань, когда полнота уже не приятная округлость фигуры, а злое ожирение, требующее как вариант оперативного лечения?

– Все знают про индекс массы тела (ИМТ). Показания к бариатрической хирургии строгие: операции по уменьшению веса проводятся только для тех пациентов, у которых ИМТ приближается к 40 и более. Если таковой показатель равен 35, то об операции можно думать, если у пациента констатированы сахарный диабет второго типа, гипертония, заболевания костей, суставов, боли в спине и др. Если ИМТ составляет 30, то операция допустима, если человек страдает сахарным диабетом второго типа или имеет еще ряд причин… Обычно мы рекомендуем не ждать, когда ИМТ достигнет 40 и поползет выше, всегда лучше своевременно провести операцию и жить далее более здоровыми и счастливыми.

– Нарисуйте, если можно, портрет вашего пациента.

– Это дама 42 лет и весом 116-120 кг при росте 168 см.

Однако есть самые разные люди. К нам активно едут из Великобритании, Норвегии, Финляндии, Швеции, Дании, Голландии и даже из Южной Африки. Особенно много англичан, так как в их стране огромные очереди на бариатрические операции, список ожидания может быть до пяти лет. А у нас в клинике и цены ниже, если говорить о среднеевропейских, и попасть к нам можно значительно быстрее. Среди этой категории наших пациентов 85 процентов иностранцев и только 15 процентов латвийцев. Такой перевес мы связываем с тем, что у жителей нашей страны не имеется достаточно денег и нет почти никакой информации о важности лечения ожирения и бариатрических операциях.

– Согласна, про бариатрию у нас говорят мало, и все больше какие-то ужасы…

– История бариатрической хирургии ожирения насчитывает более 60 лет, за это время были предложены, опробованы и отвергнуты десятки различных операций. Но теоретическая основа бариатрии проста: если человек не в силах справиться с постоянным накоплением жира в организме, надо сделать так, чтобы это стало возможным. То есть целью таких вмешательств становится необходимость добиться того, чтобы пациент съедал как можно меньшее количество пищи, в то же время не страдал морально и получал все требующиеся питательные вещества.

Благодаря бариатрии в течение одного года — двух лет можно потерять до 80 процентов лишнего веса. Ко мне сегодня, например, заехала бывшая пациентка — я не сразу ее узнал, раньше дама весила 150 кг! А теперь со мной говорила женщина, скинувшая более 80 кг, забывшая про тяжелую гипертензию (высокое давление), одышку, боли в суставах и апноэ (храп) во сне. Все у нее наладилось к тому же и в карьере, и дома. Таких историй – каждая вторая.

– Давайте поговорим о самой операции. Что происходит при закрытых дверях операционной?

– Колдуем, конечно! Что же еще? Если серьезно, то операций две: шунтирование (первый вариант) и уменьшение желудка. Из всех бариатрических операций в мире 60-65 процентов приходятся сегодня именно на второй способ. Чтобы вы понимали: когда речь идет об уменьшении желудка, то удаляется его часть. Совсем. И когда пациент потом ест, пища быстро попадает в его тонкий кишечник, мозг получает сигнал, и человек чувствует сытость.

Не вдаваясь в медицинские подробности, скажу еще только, что обе операции мы проводим лапароскопическими методами (через мини-проколы в области живота), что делает их малоинвазивными и щадящими.

Замечу, что, как и при любой хирургической операции (даже по удалению аппендицита), бариатрия имеет какой-то процент возможного риска, о чем я всегда говорю своим пациентам. Важны профессионализм хирурга, оборудование операционной и тысячи других вещей, включая его величество случай…

– Ваши коллеги мне рассказали, что только в прошлом году вами сделано 380 бариатрических операций. Успешных, что важно.

– Опыт — сын ошибок трудных… Знаете, сегодня в интернет-пространстве все можно узнать про каждого доктора: пациенты часто делятся своими эмоциями и результатами врачевания. У меня пока не сложилось только с одной дамой, которая захотела через какое-то время после проведенной операции набрать вес обратно. Но люди есть люди, каждый индивидуален.

– Доктор, а как вы пришли в бариатрию? Зачем?

– Мне нравится делать операции, которые реально превращают больных людей (по большей части это так), не способных даже подняться на третий этаж без лифта, в счастливых, энергичных, красивых и здоровых… Это, скажу я вам, разительная метаморфоза.

После окончания Рижского медицинского института имени Страдиня мне посчастливилось пять лет поработать в одноименной больнице, где до этого проходил интернатуру под руководством блестящего хирурга — профессора Яниса Гардовского. Потом были клиника «Бикур-Холим» и много операций, самых разных. В 2005 году в Литве у профессора Алмантаса Маляцкиса одним из первых латвийских хирургов я освоил метод лапароскопии и начал так оперировать. Потом увлекся бариатрией: не представляете, сколько и где я стажировался, в каких медицинских центрах мира и до какого пота, чтобы освоить эту область хирургии…

– Вы из семьи врачей?

– Нет, журналистов: папа долгие годы писал статьи в «Советской молодежи», а мама — в журнале «Наука и техника». А вот родная тетя – врач-уролог, сейчас живет в США. В пору детства и юности вся наша большая семья обитала в одной необъятной коммунальной квартире на улице Фридриха Энгельса (теперь это Гертрудес) в Риге. В мед мечтала поступить моя двоюродная сестричка, а я просто пошел с ней, что называется, за компанию. И ни разу не пожалел о сделанном выборе: люблю свое дело и не собираюсь ничего в этом смысле менять. Как для каждого хирурга, который более 20 лет в профессии, красота каждой проведенной операции для меня, видимо, как наркотик… Живу работой, ненормальный я человек. Семья как-то терпит.

— Доктор, а как вы отдыхаете? Что читаете?

— Сплю по ночам, так и отдыхаю. А читаю много, хотя урывками и чаще по утрам, пока пью кофе. Обычно это детективы или книги, посвященные яхтенному спорту и устройству лодок (это мое хобби).

– А знаете, доктор, пожалуй, я доверилась бы вам как врачу. Удачи!

Людмила ВЕВЕРЕ.

СПРАВКА. Хирург Игорь Троицкий, кроме бариатрических, проводит лапароскопические операции: кишечника, желудка, на толстой кишке, на щитовидной железе и желчном пузыре, делает проктологические операции. Оперирует диафрагмальные, паховые и абдминальные грыжи.

Больше информации о многопрофильной клинике хирургии AIWA Clinic на сайте – aiwaclinic.lv или по адресу Рига, ул. Маскавас, 241, Тел. 20022581.

Информация об операциях, консультациях и запись к доктору