«Неаткарига»: наш Сейм становится копией Госдумы по уровню маразма

«Шестой созыв Российской Государственной думы в этом месяце принял свои последние нормативные акты и завершил работу. За пять лет российские законодатели изрядно потрудились – приняли более 300 законов, которые что-то запрещают, ограничивают, ликвидируют, закручивают гайки и натягивают вожжи, — пишет обозреватель «Неаткариги» Марис Краутманис.

Под занавес своей работы в июне депутаты приняли своеобразный венец своей законотворческорй деятельности – «антитеррористический пакет», поданный стальным российским политиком Ириной Яровой («Единая Россия»). Появился ряд нововведений, от которых не только террористов бросает в дрожь.

За оправдание терроризма в интернете придется провести в тюрьме до семи лет. Телекоммуникационным предприятиям нужно будет по полгода хранить sms и разговоры всех клиентов. Три года хранить данные о разговорах и sms. Год хранить данные и про общение в интернете. Интернет-коммерсанты должны будут сообщать Федеральной службе безопасности содержание переписки заинтересовавших ФСБ людей. Еще строже закон относится к призывам в интернете к массовым беспорядкам и вербовке в нелояльные властям организации.

Это Россия, реалии ее жизни. Что нам до них? Россия – большая, президентская, авторитарная, а Латвия – маленькая, парламентарная, в Сатверсме записано, что демократическая. Нам надо только переводить регулы ЕС и поспешно их реализовывать.

Но нельзя сказать, что у нас нет ничего общего с Россией.

Наш Сейм многому учится у российских коллег и перенимает их опыт в своей героической работе.

В этом году до завершения летней сессии перед Лиго депутаты старательно трудились, пытаясь принять такие нормативные акты, которые вмешиваются в личную жизнь людей, что-то запретят, затруднят и ограничат. Хотя буквы закона и латинские, но дух их – на кириллице. Не прошла идея запретить людям в одиночестве курить в своей личной машине, зато запретили продавать несовершеннолетним энергетики.

Мы превзошли даже Россию идеей запретить нерожавшим женщинам жертвовать яйцеклетки. Этот запрет все еще остается в законопроекте и ждет третьего чтения. Очевидно, народные избранники считают, что умнее докторов, которые должны бы понимать, у какой женщины яйцеклетки брать можно, а у какой – нет. А самой женщине вообще надо молчать и слушать, что депутаты решили за нее.

Замысел на ближайшее время – запретить двухлитровые пластмассовые пивные бутылки. Те самые, которым во многих регионах придуманы разные смешные названия.

А дух принятых в апреле «антишпионских поправок» настолько близок к «пакету Яровой», что можно подумать, что эти нормативные акты – родственники.

Так же, как их российские коллеги, латвийские спецслужбы руками депутатов протолкнули закон, который позволит брать за жабры журналистов, которые часто работают с бумагами, соприкасающимися с гостайной.

Хотя в народе сложилось мнение, что Сейм коррумпирован, но коррупция все же не основная причина рождения перлов законодательства. Вряд ли производители лимонада решили заплатить, чтобы затруднить жизнь продавцам энергетиков, сомнительно, что лобби стеклянных бутылок подкупило депутатов, чтобы запретить пластмассовые двухлитровки. Так же, как и в России, латвийские политики мучаются от ощущения ненужности – их даже подкупать никто не хочет.

Поэтому они выдумывают такие законы, которые позволяют хотя бы ощутить власть – что они могут влиять на жизнь людей, делают это для привлечения к себе внимания, а порой просто по маразму.

В Сейме ведется неустанная борьба с несуществующими противниками, в шумных дискуссиях решаются незначительные или несуществующие проблемы, принимаются неработающие законы. Нет в стране проблемы с женщинами, которые массово страдают от сдачи яйцеклеток, размер пивной бутылки не ограничит стремление пьяницы напиться, бум энергетиков в школах давно прошел.

12-й Сейм – не худший из виденных латвийским народом, но в нем наблюдается неприятная тенденция: под предлогом нужд общества или геополитической угрозы гибридных террористов все больше общипываются права и свободы индивида. Государство раздувается, а человек сжимается в точку – он не может сам решить, из какой бутылки пить, что делать в своей машине или как поступать со своими яйцеклетками, что скачивать и писать в интернете. Ровно то же направление, что и в России…»