Минюст: британские службы могут забирать детей из Латвии

В поступивших документах требования выдачи детей Англии не содержится, особо подчеркнул в разговоре с Rus.lsm.lv начальник Отдела сотрудничества по вопросам детей Департамента Минюста по юридическому сотрудничеству Агрис Скудра. Однако

такое право у англичан есть, и соответствующая процедура законодательством предусмотрена.

«Еще на прошлой неделе именно относительно этой семьи у нас не велось ровно никакого делопроизводства — ни мы от британской стороны не получали каких-либо бумаг, ни они от нас (мы, Министерство юстиции, лишь обеспечиваем сотрудничество между латвийской и британской сторонами, то есть в тех случаях, когда британцы чего-то просят от нас или латвийские службы — от британских), — рассказал Rus.lsm.lv Агрис Скудра, возглавляющий в Министерстве юстиции Отдел сотрудничества по вопросам детей в Департаменте по юридическому сотрудничеству. — Только в понедельник, 14 декабря, мы получили известия от британской стороны. В письме нас информируют, что вот, возникла такая-то ситуация, подробно излагают суть дела и просят передать сведения латвийской ответственной службе. В данном случае это — Сиротский суд.

Подчеркну, чтов пришедших бумагах НЕТ требования изъять детей и вернуть в Великобританию.

Что с семьей будет дальше? Сиротский суд будет разбираться,обоснованы ли были опасения британских служб, и как теперь быть.

Уточним по порядку. Эти дети там не были изъяты из семьи. Они были временно, на период расследования, по соглашению с соцслужбами, помещены под опеку родственницы — бабушки. Что проистекает и из судебного решения, на которое вы ссылаетесь. Родители нарушили это соглашение — отправившись к бабушке, забрав детей и уехав в Ирландию.

Благодаря чему мы вообще узнали об этой семье?

Как только эта ситуация с соцслужбами в Англии возникла, мне звонила мама. Рассказала, какая сложилась ситуация. Я ей рассказал, что ей нужно сотрудничать с соцслужбами, поинтересовался, не требуется ли ей переводчик, на что получил ответ — я сама переводчик.

Поэтому я не вполне понимаю заголовки в масс-медиа: «Британский суд велел Латвии отдать детей».

И еще хуже, вы приписали — для дальнейшей адопции! Где это написано? Не нужно искусственно сгущать краски. Да, вы пишете — «возможной». Но возможно много чего! Я считаю это спекуляциями. Потому что в данном случае, в первую очередь, никаких требований Латвии не было предъявлено.

Есть два решения [британских служб], которые попали в поле зрения СМИ. Первое — о мерах защиты детей: о том, чтосоциальные службы, поняв, что бабушке больше доверять нельзя, так как она внуков отдала родителям, теперь хотят поместить детей на воспитание в британскую семью, потому что бабушка не выполнила условия соглашения. Это решение от 19 ноября.

А 20 ноября было следующее решение — о защите [прав детей за пределами Великобритании], которое, кстати, действовало до 26 ноября — и нам неизвестно, было ли оно продлено (в опубликованном на официальном сайте суда вердикте есть пометка Judgments Approved 5.12.15, т.е. «решения одобрены 5 декабря 2015 г.» — Rus.lsm.lv).

Британские службы откуда-то (мы опять-таки не знаем, откуда) узнали, что семья уже в Ирландии и, вероятно, направится оттуда в Латвию, поэтому объявили: семье запрещается покидать юрисдикцию Ирландии в любом ином направлении, кроме Великобритании.

Гипотетически, возможных вариантов в ситуациях, подобных возникшей с этой семьей, насчитывается три.

В первом случае — если британские чиновники пришлют что-то, связанное с уголовщиной. Например, за родителями может числиться задержание полицией или какое-то наказание за правонарушения. И тогда в рамках уголовного дела британские правоохранительные органы могут прислать в связи с невыполнением решения по уголовному делу ордер на арест — но он пройдет не через Министерство юстиции, а по линии наших правоохранительных органов. Но, повторюсь — это мы с вами теоретизируем «что может быть, если…»

Второй возможный вариант — это нарушение Гаагской конвенции, а именно гражданско-правовой защиты детей в случае их похищения. Это если лица, имеющие права [опеки над детьми], без согласия других лиц или учреждений перемещают детей с их места жительства в другое место.

Гаагская конвенция, похищение детей — это обычно ситуации «родитель — родитель». Мама жила с ребенком здесь — а в один прекрасный день забрала его и уехала туда… В случае [с этой семьей] ситуация обратная: если у соцслужб имеются какие-то права на соответствующего ребенка в Англии, они могут затребовать в рамках [Гаагской] конвенции вернуть ребенка обратно в Англию, чтобы рассматривать процесс там.

Если мы такой запрос получим от центрального учреждения в Англии — а у них это [британское] Министерство юстиции, — то мы, наше министерство, перешлем его Зиемельскому суду Риги, который является единственным в Латвии компетентным учреждением, которое может рассматривать вопросы в рамках [Гаагской] конвенции. Таким образом, первая инстанция — Зиемельский суд, вторая — Окружной суд, решает, был или не был неправомерным увоз ребенка в понимании конвенции, и возвращать или не возвращать.

И если суд решит — возвращать, то тогда надо возвращать. Но это будет решение латвийского суда!

Третий вариант — если британскими службами принято решение о водворении ребенка в семью на воспитание. Есть такой механизм — они могут просить о признании и выполнении решения одной страны-участницы [ЕС] другой страной-участницей. И это тоже решит суд — признается ли это решение британского суда здесь, в Латвии. (Как и тот порядок, в котором детей придется возвращать, если придется.) И если оно не признано — то и не подлежит выполнению. Но если признано — его нужно будет выполнять.

Однако это всё наши с вами теоретические выкладки и допущения. Вначале от британской стороны должен поступить соответствующий запрос. В данном случае именно требование вернуть детей не поступило.