Менты 70-х: как директор универмага золотишком приторговывал

Особым спросом пользовались золотые изделия. Потенциальных покупателей не останавливали даже периодические подорожания ювелирных изделий. Соответствующее распоряжение поступало из Государственного комитета по ценам. Но те, кому было известно о предстоящих изменениях, могли получить неплохой доход.

Задержали с «поцелуйчиками»

Было в Риге весьма примечательное место — скупка ювелирных изделий. Она располагалась на углу нынешних улиц Дзирнаву и Марияс. Там постоянно дежурили цыгане, которые буквально терроризировали всех желающих сдать ювелирные изделия. Приемщики, которые там работали, частенько делились информацией с сотрудниками Отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности.

Так вот, как-то к сыщикам поступила оперативная информация о том, что некий человек средних лет попытался сбыть цыганам пять золотых колец «поцелуйчик». Это были колечки из золота 583-й пробы с украшением в виде двух шариков. По нынешним меркам вещь недорогая, а тогда считавшаяся большим дефицитом и излюбленным подарком будущей невесте. Но откуда у продавца целых пять колец?

Всех барыг, дежурящих возле скупки, вызвали на допрос, где им популярно намекнули на незаконность их торговых операций, именуемых в те времена уже порядком подзабытым словом «спекуляция», которая была уголовно наказуемым деянием. Следователей интересовало, как можно выйти на такого оптовика. Но тот, естественно, никаких координат не оставил, сообщив только, что придет еще реализовать свой товар. За скупкой было установлено наблюдение. Неделя дежурства и грозные предупреждения спекулянтам возымели свое действие. Как только покупатель появился, его тотчас задержали. Им оказался 36-летний Владислав С. При себе у него нашли три абсолютно новых золотых кольца. Правда, бирок с указанием магазина на них не было.

Мужчину допросили, разъяснив сначала его положение. Ведь ему грозило обвинение по двум статьям УК Латвийской ССР: спекуляция, т. е. скупка и продажа вещей с целью наживы, и незаконный оборот золотых и ювелирных изделий. За эти преступления ему грозили весьма длительные сроки пребывания за решеткой. Так что задержанный скоро стал давать показания. Он объяснил, что продать колечки его попросила подруга жены, пообещав 25% комиссионных за удачную сделку. А это была заведующая секцией одного из рижских универмагов. К этому торговому заведению решили присмотреться повнимательнее.

Вышли на директора

Оперативников заинтересовала личность директора универмага, некоего Абрама Львовича (имя и отчество изменены). Он был на отличном счету, его торговое предприятие постоянно удостаивалось переходящего знамени Министерства торговли Латвийской ССР, а разнообразными почетными грамотами было украшено несколько стен в директорской приемной. Подчиненные уважительно называли своего шефа Папой, так как он тщательно создавал образ строгого и вместе с тем справедливого руководителя.

Но, как бывает в любом трудовом коллективе, имелись у Абрама Львовича и недоброжелатели. Они-то и рассказали оперативникам о закулисной деятельности передовика советской торговли. У директора были налаждены прекрасные отношения с

Министерством торговли ЛССР, партийным начальством республиканского уровня. Имел он влиятельных покровителей и в Москве. Хорошие связи позволяли ему получать любой дефицит. Его Папа распределял лично. Образцы товара приносили ему в кабинет. И существенная часть распродавалась через черный ход штатным спекулянтам.

Папа был строг по отношении к своим подчиненным, в особенности к тем, кто решался отовариваться без ведома директора. Однажды он узнал, что серьги с бриллиантами за 1 400 рублей купила себе его заместитель. Лев Михайлович пришел в ярость и потребовал положить серьги на стол. Услышав отказ, процедил сквозь зубы: «В таком случае я с вами больше работать не смогу». И действительно зам вскоре была вынуждена уволиться «по собственному желанию». Эта женщина и приоткрыла завесу тайны над самой прибыльной операцией директора.

Основным источником его доходов стала скупка ювелирных изделий накануне их подорожания (о чем директор получал информацию заранее) с последующей их продажей через ювелирную секцию. Как показала последующая ревизия, с каждой поступающей партии ювелирки Абрам Львович скупал до 70% товара. А это требовало весьма приличных затрат. Можно было даже сказать, что директор был главным покупателем ювелирного отдела и обеспечивал в основном только себя. Вкладываемые при этом суммы исчислялись десятками тысяч рублей. И эти оборотные средства у него были в основном за счет прибыли с последующей перепродажи.

Ведь только после последней для Папы переоценки, произошедшей 15 сентября 1981 года, в соответствии с прейскурантом, утвержденным Госкомцен, разница между прежними и новыми ценами товара, скупленного предусмотрительным директором, составила 60 тысяч рублей. Потом, когда ажиотаж, вызванный подорожанием, несколько улегся и ювелирные изделия вновь стали активно раскупаться, директор при помощи новой покладистой завсекцией стал сплавлять припасенный в тайниках товар.

Но именно тогда она и прокололась, в обход всемогущего Папы решив реализовать часть своего скупленного золота. В обмен на сотрудничество со следствием она согласилась сдать, что называется, с потрохами своего шефа. И действительно, это было сочтено смягчающим обстоятельством на суде. Женщина получила только 4,5 года лишения свободы.

Склад золотых изделий на дому

Арест всемогущего директора готовился в глубокой тайне, мало ли какие у него были покровители. Санкцию давали на самом верху. Абрама Львовича задержали прямо в его служебном кабинете. И ему не помогли звонки нужным людям. Обыск в квартире, расположенной в рижском тихом центре, расставил все точки над i. Квартира представляла собой настоящий салон антиквариата с изделиями из черного дерева, шикарной коллекцией зажигалок и подлинниками старых голландских мастеров. Но основным богатством были драгоценности.

Хозяин был мастер устраивать тайники. Где только не хранились заблаговременно купленные бриллиантовые колье, кольца с рубинами, золотые сережки с изумрудами и многое другое? И все они были с бирочками, с ценой, готовые в любой день отправиться на прилавок. Тайники были в карнизах, розетках, под плинтусами и в других самых неожиданных местах. Немалая толика ценностей хранилась в гараже, на юрмальской даче и в сейфе в служебном кабинете. Обыски продолжались несколько дней. В итоге стоимость имущества исчислялась сотнями тысяч рублей (и это в начале 80-х годов, когда рубль был еще достаточно крепким).

Приговор

Судебное разбирательство затянулось на несколько лет. Обвиняемого по состоянию здоровья отправили лечиться в одну из престижных клиник. И в камеру оттуда он возвращаться вовсе не собирался. Тем сокрушительнее для него, рассчитывающего, что его оправдают, был приговор — 8 лет с конфискацией имущества. Он был в шоке и через неделю умер. Как установила судебно-медицинская экспертиза, причиной смерти стала острая сердечная недостаточность.

Александр ВАЛЬТЕР.