Машуня и Виташа: «Зимняя вишня» у Виталия Соломина была и в кино, и в жизни

Как искали Ватсона

Появились они с братом Юрием на свет в семье музыкантов, поэтому нотную грамоту освоили чуть ли не одновременно с букварем. Однако Виталий из Читы в Москву отправился в то же самое театральное Щепкинское, которое уже окончил его старший брат. В Малом Соломин-младший появился студентом. Тогда же его начали приглашать в кино. Но из десятков работ на экране за 40 лет творчества по-настоящему любимыми зрителями стали две: доктор Ватсон и Вадим Дашков. Знаковыми они стали и для актера. И не только в профессиональном плане.

Сначала был герой Артура Конана Дойла — верный помощник сыщика Холмса в картине Игоря Масленникова. Поиски исполнителя роли Ватсона длились долго. Режиссер вызывал на пробы Олега Басилашвили, Юрия Богатырева, Леонида Куравлева… А потом случайно увидел на «Ленфильме» фотопробу Соломина с приклеенными усами и понял: Ватсон найден.

Однако высокое начальство ни в какую не хотело утверждать рыжего, конопатого, со вздернутым носом актера: «Какой же это англичанин?» И только когда Масленников положил рядом фото Соломина с усами и портрет автора романов о Шерлоке Холмсе, ни у кого не осталось сомнений в правильности выбора.

Гениальным по своему воплощению оказался и дуэт Василий Ливанов — Виталий Соломин. Актеры крепко подружились и вне площадки, встречались семьями.

«В отношении к жизни мы совпадали очень во многом, — признавался потом Ливанов. — Виталий делился со мной глубоко личными переживаниями… На экране можно сыграть любовь. А дружбу сыграть невозможно. Нужно дружить».

Англичане признали русских актеров лучшими исполнителями своих сыщиков. Напротив здания посольства Великобритании в Москве был установлен памятник Холмсу и Ватсону. По сути — Ливанову и Соломину. Такое признание дорогого стоит. Да и для большинства зрителей эти артисты навсегда остались Шерлоком Холмсом и доктором Ватсоном.

Между двумя любимыми

В перерывах между историями про сыщиков Игорь Масленников неожиданно снял «Зимнюю вишню» и опять попал в десятку: оказалось, в непростое перестроечное время женщинам зашла, как теперь говорят, слезливая мелодрама про трех одиночек, жаждущих любви. Большой, светлой, чистой. Главное — разделенной. Без многотонного прицепа в виде немолодой стервозной жены.

Но где ж найти такую любовь? Один из вариантов — в офисе, где мужчину хорошо видно и в деле, и в рабочий полдень. Однако и тут как сегодня в центре города на парковке: или занято, или место для инвалида. А «угнать» женатого — проблема не из легких. У иного такая «сигнализация» — не приведи господи с ней связаться.

У Вадима в «Вишне» была как раз такая: не защита — броня. Он, может, и хотел бы сорвать оковы, да силы воли никакой не осталось. Жена всю забрала. Так и мучается, бесхарактерный. И мучает своего «малыша» — Ольгу…

«И вагон, вагон любви нерастраченной, — звучит безнадежный женский голос в картине. — Только это, конечно, все в замороженном виде, как в магазине «Вишня зимой». А ты приди да разогрей вниманием…»

Сколько советских женщин узнали тогда в Ольге себя, несчастную, одинокую! Как плакали в подушку, чтобы сыновья и дочки не видели горьких слез? Как мечтали, заглядываясь на симпатичного прохожего: а вдруг безымянный палец без кольца… Лав стори Ольги и Вадима вызвала такой отклик в сердцах зрительниц, что они стали требовать продолжения киноромана. И Игорь Масленников его снял.

По иронии судьбы в момент съемок «Зимней вишни» Виталий Соломин сам метался между двумя дамами, одна из которых — жена Маша, вторая — коллега. Причем это был уже не первый его адюльтер. И… не последний. Как актеру Соломину все время требовалась эмоциональная подпитка. Говорят, влюблялся он очень часто. Но серьезных романов было два. И о них знала жена…

«Семья как Родина — должна быть»

Чего стоило Марии вытерпеть, пережить их, знает только она. Маша вытерпела. Пережила. Выстояла. И сохранила семью. И только после смерти мужа узнала из его дневника, что он был благодарен ей за это: «Какая у меня умная жена!»

Сама она потом признавалась, что особого ума — во всяком случае, в первый раз — вовсе и не было. Маша устраивала истерики, выясняла отношения, даже начала прикладываться к бутылке… Многие женщины, попав в подобный переплет, ведут себя так же. Потому что растоптаны. Потому что их жизнь сломали. Потому что простить предательство они не смогут никогда. Да и зачем? Как потом жить? Забыть-то все равно не получится.

Мария Соломина смогла… если не простить, то, по крайней мере, пережить все увлечения мужа. И остаться с ним до конца.

Несмотря на жесткое: «Мне надо подумать», — брошенное Соломиным жене в разгар романа, он не стал рубить сплеча. Актер был увлекающейся натурой. Но все-таки любил Машу. И души не чаял в дочках Насте и Лизе. Видимо, близка была ему фраза главной героини «Зимней вишни»: «Семья — это, наверное, как Родина: должна быть, и все тут! Иначе в ней вообще смысла нет».

Для Соломина смысл жизни был и в работе, и в семье. Они должны были дополнять друг друга. Как дополняли друг друга сами супруги — рыжие Машуня и Виташа. Все 32 года. Несмотря на грозы и молнии, то и дело пронзавшие их семейный небосклон…

Татьяна УЛАНОВА.