Костенецкая: раньше людей вывозили в вагонах, теперь уезжают сами. В годы Атмоды мы не думали, что можем потерять народ

— Глядя на то, как и на сколько эффективно строятся наши отношения с русскими, считаю, что латыши имеют тенденцию компенсировать свои комплексы. Первый комплекс связан с тем, что мы до конца не освободились от Советского Союза. Как тебе кажется?

— Да, мы совершенно точно не освободились. К примеру, почему мне так кажется? Есть формула – месть будет сладкой…

К примеру, копаться в этих мешках, когда эти мешки открыли – это же совершеннейшая советская психология! Я знаю, что меня в этих мешках нет, но я была категорически против того, чтобы их открывали. Потому что я понимала, что это вызовет то, что мы сегодня видим. Ссоры между латышами.

Я знаю, как это происходило в советское время, и вижу, что тоже самое происходит сейчас… Я была категорически против! Прости, но истекая слюной копаться в этих кучах мусора, называемых мешками, это самые настоящие неизжитые советские комплексы.

— Второй комплекс, который латыши хотят вылечить своим отношением к русским, на мой взгляд, это то, что мы, по сути, так и не стали по-настоящему свободным государством. При этом участие Латвии в ЕС я считаю позитивным фактом.

— Лучше, чем в Советском Союзе… Но – мы все равно зависимые. Раньше мы должны были согласовывать рецепт торта с Москвой, а теперь размеры огурцов должны быть такими и только такими, а другие в салат класть нельзя. Этого требует Европа. Тот же самый абсурд.

— Какие выводы та можешь сделать из этого? Каково такое видение будущего?

— Ты знаешь, интеграция на самом деле не происходит по политической указке, когда политики пытаются заставить кого-то любить. Ну нельзя насильно заставить любить ни народ, ни Райниса. Но если это случится естественным образом…

Русскоязычные дети уже сейчас говорят по-латышски, и если латыши будут расти вместе с русскими, и вместе решать свои проблемы, то трений между поколениями будет становиться все меньше. Но даже те люди, которые считают, что в советское время у них было счастливое детство, имеют право на свой взгляд на жизнь. Однако – чем больше дети сблизятся в школах, тем меньше станет разделение на национальности.

И тогда мы, может быть, станем больше думать над тем, как спасти Латвийское государство. Потому что во времена Народного фронта я даже в самых страшных снах не могла себе представить, что люди массово будут уезжать из Латвии. Что в свое время было достигнуто насилием, когда людей вывозили в вагонах для скота, то теперь происходит по их собственному желанию, люди покупают билеты в один конец.

Мы теряем самое главное – мы теряем свой народ.  Это трагедия, которую мы во времена Атмоды не могли себе представить. В то время было выражение: хоть в постолах, но в свободной Латвии!

А теперь у нас есть свободная Латвия! Но эта свобода оказалась палкой о двух концах.

Конечно, глобализация охватила весь мир. Мы не может здесь никого удерживать насильно. Но если у нас не появится политика, экономика, образование и медицина, с помощью которых мы могли бы удержать свой народ, то это обретенное независимое государство мы просто потеряем.