Лужа крови на берегу пруда

Страшная находка

Октябрьской ночью в Салдусский районный отдел милиции обратился водитель «ЗИЛ–130» Айвар. Он принес с собой одноствольное охотничье ружье и электрический карманный фонарик и сообщил, что все это нашел на грунтовой дороге, ведущей к прудам, где выращивались карпы.

Но что особенно встревожило шофера, так это большая лужа крови в непосредственной близости от найденных предметов. Она явственно отсвечивала в свете автомобильных фар. Идти разыскивать пруд очевидец побоялся и поехал заявить о страшной находке в милицию.

На место незамедлительно выехала оперативная группа. И тревожные предчувствия подтвердились. В 12 метрах от дороги в канаве был обнаружен труп директора рыбного хозяйства Балодиса с разможженным черепом.

Бумажник с паспортом и иными документами, наручные часы, а также кошелек с 70 рублями никто не тронул.

На месте происшествия нашли дополнительно деревянный обломок приклада от охотничьего ружья и три зуба. Было очевидно, что директора убили ударом ружейного приклада по голове. Причем удар был такой силы, что приклад раскололся на мелкие кусочки.

Ружье на дне колодца

Прежде всего было решено проверить ружья у местных охотников. В те времена все огнестрельное оружие находилось под строгим контролем. Этим занимались работники милиции. Попутно выяснялось, каким образом директор оказался поздно вечером в лесу, вдали от жилья. Оказалось, что Балодис примерно в десять часов вечера отправился в сторону прудов, имея при себе одноствольное охотничье ружье, два патрона и электрический фонарик. Вскоре принесла результаты и инвентаризация ружей. Житель близлежащего к рыбозаводу поселка Скриеделис не представил к осмотру свою двустволку. Его незамедлительно допросили. Охотник рассказал, что где–то три недели назад он продал директору за 300 рублей свое ружье и новые кирзовые сапоги, сославшись на жену как свидетеля.

Однако факт продажи не подтвердился. Многочисленные свидетели рассказали, что за последний год Балодис никакого оружия, равно как и сапог, не покупал. Если ему надо было поохотиться, то ружье ему по–приятельски одалживал местный врач. В тот вечер директор был именно с ним. На усадьбе у Скриеделиса провели обыск. Подозрение оперативников вызвал коричневый кожаный плащ с бурыми пятнами, похожими на кровь. А из колодца были извлечены части охотничьей двустволки шестнадцатого калибра без приклада. Экспертиза, исходя из формы деревянной части оружия, установила, что смертельный удар мог быть нанесен именно им. Это стало существенным доказательством вины Скриеделиса в убийстве.

Его незамедлительно задержали. На первом допросе тот все отрицал. Тогда задержанному предъявили обнаруженные в колодце стволы. «Помню, это стало для допрашиваемого настоящим психологическим шоком, — вспоминает Виктор. — Он изменился в лице и начал рассказывать о том, что в тот вечер был возле прудов. Дескать, хотел встретиться со сторожем, но того на месте не оказалось. Зато встретил какого–то незнакомца, который ослепил его лучом электрического фонаря и попытался нанести удар прикладом ружья. Однако жертве нападения удалось отскочить, и удар пришелся по столбу линии электропередачи. Но нападавший не унимался. Поэтому в целях самообороны пришлось выбить у него из рук оружие и своей двустволкой ударить его по голове. Но своей силы не рассчитал и убил человека. После чего оттащил труп в канаву, прихватил свое ружье и скрылся.

Выходило, что все сводится к случайности, к убийству в рамках необходимой обороны.

«Долго ты директором не будешь!»

Казалось бы, уже можно было писать обвинительное заключение и готовить документы для передачи в суд. Но все было не так просто. Выяснилось, что в деле присутствовал так называемый личный мотив, и ни о какой случайности не могло быть и речи.

Супруга Скриеделиса работала бухгалтером рыбного хозяйства. Она систематически нарушала трудовую дисциплину, опаздывала на работу, вовремя не сдавала требуемые балансовые отчеты. Директор был крайне недоволен своей подчиненной. Он несколько раз объявлял ей выговор и даже пытался уволить.

Супруга Балодиса рассказала, что Скриеделис несколько раз звонил им поздно вечером и угрожал рассчитаться за притеснения жены. А шофер рыбного хозяйства подтвердил, что как раз в день убийства между мужчинами произошел крупный скандал. Он слышал буквально следующее: «Ты долго директором не будешь, а моя жена как работала, так и будет работать».

Определилось и происхождение бурых пятен крови на плаще задержанного. Первоначально тот объяснял, что разделывал дома свинью. Но одежду отдали на экспертизу. Эксперт дал заключение, что на плаще находилась кровь человека, по группе соответствующая крови убитого директора. Пришлось обвиняемому сознаться в том, что в момент убийства он был именно в этом плаще. Внимательно осмотрели и ружье–одностволку, которое находилось на месте преступления. Его принес в милицию шофер Айвар. С ним директор пошел на пруд в тот осенний вечер. И приклад был с трещиной. Скриеделис же утверждал, что приклад раскололся в тот момент, когда Балодис ударил ружьем по столбу линии электропередачи. Тогда пришлось назначать дополнительную трассологическую экспертизу. Ее выводы опровергли показания подозреваемого. На прикладе не обнаружили никаких вмятин от удара о столб, да и трещина была довольно старой. Местный врач — владелец оружия — это подтвердил. Зато канал ствола был забрызган грязью. Осмотрели и столб. Он полностью зарос мхом, который никто не трогал.

Выходит, Скриеделис лгал, утверждая, что действовал исключительно в целях самообороны. «Мы доказали, что именно он распускал слухи в поселке о том, что на пруды готовится нашествие заезжих браконьеров, чтобы выманить директора, — рассказывает Виктор. — И называл даже конкретные сроки. А в тот вечер специально устроил засаду».Решающим доказательством преднамеренности убийства стали деревянные кусочки шейки ложа и приклада ружья, найденные неподалеку от трупа директора. Экспертиза подтвердила, что они являются частью того самого двуствольного охотничьего ружья марки ИЖБ–47 № 25966, принадлежавшего Скриеделису. Стволы именно от него и были обнаружены в колодце во время обыска.

Высшая мера

Под тяжестью предъявленных улик пришлось обвиняемому сознаваться в умышленном убийстве Балодиса с особой жестокостью. Непосредственно на местности в ходе следственного эксперимента он подробно объяснил, как наносил удары, как выбил ружье из рук жертвы. Потом он расколол приклад в лесу о дерево, но стволы решил сохранить до лучших времен, спрятав в колодце.

Но чистосердечное признание не помогло. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда Латвийской ССР Скриеделис был приговорен к высшей мере наказания — расстрелу.

Александр ВАЛЬТЕР.

29 декабря 2014. №53