Вести еженедельник 7 Супер Секретов Mājas virtuve
LAT Сб, 6. Июня Завтра: Ardis, Ingrida
Доступность

Легендарный Ян Спарре

Люди старшего поколения отлично помнят Яна Спарре — короля радиорепортажа, а затем телевизионного. В 1950–1960–е вместе с Николаем Озеровым он приковывал к приемникам и экранам полстраны, комментируя спортивные матчи. Но немногие знают имя еще одного Спарре — Яна Юльевича, отца комментатора. Личность была не менее легендарная — зачинатель тяжелой атлетики в СССР, 11–кратный чемпион страны в период с 1918 по 1934 год. Он установил 58 рекордов СССР! Был судьей на Олимпийских играх 1952 и 1960 годов. Комментатор Спарре — коренной москвич, а его отец родом из Латвии. В Москву он приехал перед Первой мировой войной, да так и осел. Родился Ян Юльевич в 1891 году в крестьянской семье. Семья большая — пять братьев и столько же сестер. Трудились все — от мала до велика, от восхода и до заката. Когда выпадало свободное время, все усаживались за стол и затягивали любимые песни. Или затевали соревнование по поднятию тяжестей. Тут не знали себе равных два старших брата Яна — рослые, сильные. Младший им всегда проигрывал, и братья подтрунивали над ним: "Какой из тебя, Ян, мужик? Хлипкий ты больно, не годишься для настоящего дела… Иди уж по ученой части…" Шутки шутками, а вскоре на семейном совете было решено определить Яна в Ремтенское сельскохозяйственное училище. Зимой он стал сдавать экзамены, летом — пасти скот. Получал за это от барона зерно и мануфактуру. Закончив учебу, поступил в слесарные мастерские. Поработал два года, приобрел мастерство и перешел на механический завод Отто Эрбе. Здесь–то все и началось. В обеденный перерыв молодые металлисты собирались на заводском дворе и "играли" двухпудовой гирей. Становились в круг и давай по очереди выбрасывать тяжелую дуру над головой — да так быстро и ловко, что нельзя было разобрать, где голова, а где гиря. Юный Спарре долго наблюдал за товарищами и наконец отважился и попросил: "Дайте и мне попробовать". И тут произошел конфуз: новичок не смог осилить тяжелый снаряд. Пришлось опустить его наземь. "Э, да ты слабак! Мало каши ел!" — засмеяли его ребята. Но неудача не обескуражила Яна, а разозлила — он стал упражняться с гирей один по вечерам. А через пару месяцев доказал заводским богатырям, что научился жонглировать гирей не хуже них. После такого "чуда" интерес к гирям на заводе пропал. Ребята говорили друг другу: "Ну что толку в этом "двойнике", когда даже Спарре — и тот его поднимает". А Ян продолжал тренироваться. Потом кто–то посоветовал ему записаться в спортивный клуб "Аматер". Но осуществить задуманное не удалось: уж больно высоки были вступительные взносы, не по карману рабочему человеку, как бы сегодня не приукрашивали царское время. Ян увлекся коньками. И там тоже проявил себя. Стал выигрывать одно состязание за другим, но этим занятиям скоро пришел конец. Однажды его попросили распространить листовки среди рабочих рижского завода "Унион" (впоследствии — ВЭФ). Паренька повязали и выдали "черный паспорт", который означал, что на работу в Риге ему уже не устроиться. И тогда Спарре отправился на заработки в Москву. Поступил на завод братьев Бромлей (в советское время — "Красный пролетарий"). Через некоторое время записался в Замоскворецкий клуб спорта и стал заниматься штангой под руководством приехавшего из Германии педагога Отто Майера. "Вы мой самый любимый ученик, — признался тот вскоре Яну, отбросив напускную важность. — Вы серьезно относитесь к делу. Это очень хорошо. Я жду от вас больших успехов".
И Спарре оправдал доверие своего учителя: на первенстве Москвы 1915 года занял первое место в полусредней весовой категории, набрав в пятиборье 880 фунтов. Этот успех не остался не замеченным начальством. Директор завода, поклонник тяжелой атлетики, подарил Яну на Рождество штангу весом 125 килограммов. В том же году рабочий из национальной окраины — латыш Спарре был допущен к участию в чемпионате России. Вот ведь как царская Россия "задвигала" латышей, не давала им никакого прохода! Первым на турнире стал москвич Александр Бухаров. Ян поздравил его с победой, они пожали друг другу руки, и… началась крепкая мужская дружба, которая длилась почти четыре десятилетия. Сам Спарре выступил на первенстве России менее удачно: он стал лишь третьим в полусреднем весе. Но штанга, подаренная директором, пригодилась как нельзя кстати. Он начал тренироваться еще интенсивнее. Одним из первых среди тяжелоатлетов ввел в программу занятий общефизическую подготовку: зимой активно бегал на коньках, летом занимался велосипедом и легкой атлетикой. В ту пору артист Большого театра Николай Озеров учредил два кубка за побитие рекордов в пятиборье для атлетов полутяжелого веса. Они принадлежали двум украинским силачам — киевлянину Красовскому (1 011 фунтов) и харьковчанину Тонкопею (1 032 фунта). В 1916 и 1917 годах Ян Спарре расправился с этими рекордами. В годы Октября Спарре вступил в ряды Красной гвардии, позже служил в частях особого назначения. Но уже через два с лишним года снова подошел к штанге и с тех пор на протяжении полутора десятилетий неизменно оставался в числе лидеров советского тяжелоатлетического спорта. Спарре — восемнадцатикратный чемпион Москвы, чемпион Советского Союза 1922, 1923, 1924, 1926, 1927, 1928, 1932 и 1934 годов в средней и в полутяжелой весовых категориях. Причем каждое его выступление было образцом высокой техники, предельной самоотдачи, безупречного мастерства. Когда на Всесоюзной спартакиаде 1928 года он в очередной раз поднялся на высшую ступень пьедестала почета, ведущий в ту пору советский спортивный журналист Борис Громов написал: "Ян Спарре — это живое олицетворение силы и красоты спорта, а также силы и красоты нашего народа. Своими выдающимися достижениями, своим непрекращающимся каскадом рекордов он зовет нашу молодежь последовать его блистательному примеру и смело шагнуть в распахнутый нашей властью для народа прекрасный мир физической культуры". В 1925 году по решению советского правительства Ян Спарре и Александр Бухаров посетили Латвию, где приняли участие в соревнованиях, организованных местным спортивным союзом. Выступление двух советских богатырей прошло успешно. Вернувшись домой, в Москву, Ян продолжил совершенствовать мастерство не только в тяжелой атлетике. Он успешно выступал и в других видах спорта. Его лучшие результаты в толкании ядра в 1923 году (11 м 19 см) и в метании молота (35 м 06 см) были на уровне высших всесоюзных достижений. Семь раз Спарре выходил победителем шоссейных велосипедных гонок на первенство Москвы, неоднократно выступал за сборную советской столицы в легкоатлетической эстафете. Но, конечно, больше всего он гордился победами на тяжелоатлетическом помосте. В его личном альбоме несколько страниц были заняты фотографиями, вырезками из газет, относящимися к 1921 году. Тогда он впервые побил мировой рекорд. В рывке левой рукой достиг результата 77,6 кг, превзойдя достижение самого прославленного Георга Гаккеншмидта. Затем Спарре побил в толчке двумя руками рекорд французского гиревика Масполи и "перечеркнул" лучшую сумму в пятиборье Яна Краузе.
Спарре продолжал выступать до 1941 года. Ему принадлежат 58 рекордов страны по тяжелой атлетике! После войны заслуженный мастер спорта стал тренером. В 1952 и 1960 годах был судьей на Олимпийских играх. Легендарный спортсмен умер в 1961 году. В Латвии все время выдумывают каких–то кумиров, о которых никто не знает дальше волости или района. У вас достаточно настоящих легендарных людей! Это и Озолин — начальник станции Астапово, где нашел последний приют Толстой, это и Алоизий Трупп — камердинер Николая II, который добровольно остался с царской семьей во время расстрела, это и Ян Спарре. Только вы не хотите видеть этих людей. Снимите хуторские очки и протрите глаза, кунги! Дмитрий ИЛЬИН. 20 ноября 2014. №47
Загрузка
Загрузка
Загрузка
Загрузка

Антрополог о московской родне: «Наташа начала угрожать ядерным ударом по Таллину»

Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee. 

У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.

Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee. 

У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.

Читать
Загрузка

«Ребёнка отшили у кассы»: Vivi признала ошибку с семейной скидкой

В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.

В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.

Читать

Ваш телефон может делать голову тяжелее: почему шея болит не просто так

Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.

Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.

Читать

В Балтийском море продали остров. По цене квартиры в Болдерае

Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами. 

Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами. 

Читать

Друидов и шаманов выгнали из армии США. Капелланов оставили

Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.

Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.

Читать

Наверное мы хорошо живем. Нелегалов к нам уже завозят французы на «Опеле»

В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.

В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.

Читать

Александр Невский курит в сторонке: кто утопил рыцарей в кровавой купели под Ашераденом — ныне Айзкраукле

История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.

История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.

Читать