Куравлев: «Я сыграл Афоню и еще 250 ролей, среди них есть шедевры. А вам дался только этот Афоня!»

Последние месяцы жизни для 85-летнего Куравлева, оказались непростыми. Актер больше полугода жил в доме престарелых, после чего оказался в больнице в Коммунарке с воспалением легких и серьезным поражением мозга.

Из больницы его выписали не домой, а в хоспис: неврологи присвоили Куравлеву паллиативный статус, который означает невозможность исцеления — только уход до последних дней.

Сам Леонид Вячеславович не скрывал: его жизнь закончилась в 2012 году, когда он похоронил любимую супругу Нину Васильевну. С тех пор он стал редко появляться на людях и даже купил себе место на кладбище рядом с женой. Он же установил на могиле памятник, на котором заранее выбил два имени: супруги и свое.

В память об одном из самых любимых в народе артистов приводим выдержки из интервью разных лет, на которые Куравлев соглашался крайне редко.

Про детство

— Я из рабочих-крестьян… Окраина Москвы. Рабочий люд. Хулиганы. У меня нет даже фотографий того периода. Все было окружено бедностью, погружено в бедность. Причем я ведь жил у тетки Нади, родной сестры моей мамы. Мама была арестована по известной 58-й статье сразу после начала войны.

По профессии она дамский парикмахер. Наверное, в назидание тем, кто любил языком чесать. Хотя она была как раз молчаливой… Ее сослали в Караганду. И она там работала на металлургическом заводе. Женщина-то! После того как отработала там пять лет, она не имела права жить в Москве, ее послали на Кольский полуостров. Поселок Зашеек. Деревообрабатывающий завод на красивом озере Имандра. Там я провел около года, учился в 5-м классе. Потом опять вернулся в Москву. А вскоре вернулась и мама. Но детство — оно всегда счастливое, даже такое, какое у меня было.

Про путь в актёры

— Моя двоюродная сестра поступала во ВГИК. Мы жили все вместе в коммуналке. Увидев мои муки, она сказала: «Иди во ВГИК, там никакой математики. Прочитаешь стихотворение какое-нибудь, прозу, басню Крылова». Я догадался не читать «Ворону и лисицу», потому что эту басню читали через одного. Ну сколько можно! У Крылова примерно 220 басен. Есть такая басня «Слон в случае». И вот я ее и читал. И еще «Бабий бунт» из «Поднятой целины» Шолохова и отрывок из поэмы «Хорошо!» Маяковского.

И дошел до третьего тура, а дальше меня не пустили. Но ко мне подошел один из членов комиссии и сказал: «Приходите на следующий год. Что-то в вас есть, я это чувствую». Я пошел работать на фабрику елочных украшений и линз для объективов, а когда снова пришел во ВГИК, попал к Борису Владимировичу Бибикову. Человек МХАТа, он набирал курс, который я и окончил.

Про дуэль с Шукшиным

— И вот (после отказа сыграть главную роль в фильме «Печки-лавочки») иду по студии им. Горького. Длинный коридор. И навстречу мне идет человек — фигура такая расплывчатая, свет контровой. Но по походке узнаю Шукшина. Сердце мое заболело. Встречаемся, как на дуэли. Левым боком он облокотился на стенку, правую руку спрятал в карман, сощурил глаза, лицо задеревенело, заходили знаменитые шукшинские желваки по лицу. В это время он меня ненавидел: «Ну что же ты мне, б****, под самый дых-то дал?»

Я стал себя спасать: «Подожди, Вася. Ты не прав. Ты написал сценарий, очень долго думал об Иване, главном герое. Тебе он знаком от и до, до кончиков ногтей, до поворота головы, знаком тебе в каждом жесте… Какой Куравлев сможет сыграть твоего Ивана? Играй сам!» Он как-то обвел меня взглядом. Его осенило: «Да». Я говорю: «Конечно, да, Вася! Ты прекрасный актер. Это же не комплимент. Ты это знаешь сам». Оттаял, совсем оттаял Шукшин. Улыбнулся. И мы расстались как друзья.

Про Афоню

— По существу, в образе Афанасия Борщова надо было раскрыть драму одинокого человека, разменявшего четвертый десяток и не сумевшего найти себя. Были причины тому, что я сначала отказался от этой роли, но постепенно проникся мыслями и заботами этого простого, хорошего, но не очень счастливого парня. Он уже не может вызвать однозначных эмоций, «чистого» смеха. Отношение к нему замешено на сочувствии, грусти и размышлениях. После выхода картины на экран я получил много писем от зрителей, где они выражали именно эти чувства.

Про моду проклинать СССР

— К сожалению, сейчас модно ругать прошлое. Это очень прискорбно. Получается по-предательски. Олигархи какие-то, а народ — «ватник» какой-то. Почему? Я очень, очень люблю то время, я его не предаю. Была молодость: влюблялся, учился, очень хорошо женился. Снимались замечательные картины. Это был ренессанс кинематографа. Где сейчас это?

Про воровство

— Люди обожают такие роли! Их любят, воров (Копченый, Шура Балаганов). Это ж искусство, это не я такой. Сам однажды украл книгу Моэма в библиотеке, снимаясь в Керчи в картине Швейцера «Время, вперед!». Мудрейшая книга — «Подводя итоги. Она у меня дома до сих пор. Каюсь!

Про жену

— Я жил с ощущением, как и любой мужик, что женщина переживет тебя. Этого, к сожалению, не случилось в нашей судьбе. Она ушла раньше. Я очень зол на нашу медицину, потому что [не обнаружили] два инфаркта… а ведь накануне ее смотрели молодые врачи. Ужасно! Пошли к другому врачу, а он говорит: «Как?! Я ее не отпускаю!» Отозвал меня и объясняет: два инфаркта. И умерла она после операции на сердце. Было уже поздно…

Про дочь

— Катя окончила Щукинское училище. Поначалу работала на студии им. Горького, потом все развалилось. Нашла свою дорожку, разбирается в медицине.

Про сына

— Хороший парень вышел! Чистый. Работает по финансовой части, трудоголик. Маша, его жена, — умница. Они любят друг друга. Любят. Трое детей — это невероятно. Я благодарю Бога за это. Внуки — три мужика. Никто из них в актеры не пойдет, я вижу. И слава богу.

Последняя воля Леонида Куравлева и что оставил народный артист наследникам

После смерти жены Леонид Куравлев озвучил родным лишь единственное желание: быть упокоенным в одной могиле с любимой женщиной. Более того, безутешный артист подготовился к своей кончине, выбив на надгробии Нины Васильевны и свое имя с отсутствующей датой смерти. Теперь актер, как и завещал, будет похоронен на Троекуровском кладбище. Позаботиться о последней воле отца должны его дети: дочь Екатерина и сын Василий. Кроме того, у звезды экрана остались трое внуков, старшему из которых уже 19.

Леонид Куравлев с супругой Ниной прожили вместе 52 года. В браке у Куравлевых родились двое детей. Дочери Екатерине сейчас 59 лет, она по образованию психотерапевт, своих детей нет, с мужем в разводе. После смерти матери Екатерина переехала в квартиру к отцу, чтобы ухаживать за ним.

Психологическое состояние Куравлева ухудшилось летом прошлого года, когда у него начала прогрессировать деменция. В августе пришлось вызывать бригаду врачей: звезда советских комедий был в возбужденном состоянии, кричал, ему казалось, что в доме побывали посторонние.

Сыну звезды экрана Василию сейчас 44 года, он трудился преподавателем в университете, а теперь ведет свой бизнес. Василий с женой часто навещали отца. Решение о том, чтобы отправить народного артиста в пансионат, приняли на семейном совете минувшим летом. Василий Куравлев рассказывал Kp.ru, что его отец был временно помещен в резиденцию для пожилых людей, чтобы быть под присмотром медперсонала, чаще бывать на свежем воздухе и заниматься лечебной физкультурой: «Мы беспокоились, что не можем обеспечить ему необходимую двигательную активность в домашних условиях».

Что же оставил народный артист наследникам? Супруги Куравлевы с детьми жили в квартире в районе Можайского шоссе. Только в нулевые съехали с этих квадратных метров: народному артисту дали квартиру в самом центре Москвы, где и жил последние годы Куравлев с дочкой. Это 5-комнатная квартира на четвертом этаже в Доме на набережной — из окон видно Москву-реку, храм Христа Спасителя.

Также у Леонида Куравлева была дача в дальнем Подмосковье — еще с советских времен. Кроме того, у актера остались сбережения. У дочери Леонида Вячеславовича есть своя квартира, но пока она будет жить в родительской — в Доме на набережной. Все имущество будет поделено между сыном и дочерью в равных долях.