Владимир МАЯКОВСКИЙ приехал в Ригу 3 мая 1922 года. Латвия стала первой зарубежной командировкой поэта. Еще в начале года он получил письмо от Лили БРИК, гостившей в Риге, что в балтийских республиках у его поэзии много ценителей: «Тебе предлагают в марте месяце 5 выступлений: 2 — в Риге, 2 — в Ревеле, 1 — в Ковно. Казенный проезд и гостиница и 50 000 латвийских рублей — по 10 000 за выступление. С тем, конечно, чтобы ты сам хлопотал о визе».
Маяковский ответил согласием. Правда, сроки пришлось перенести на два месяца и ограничиться только Ригой. К поездке поэт готовился: в его блокноте появились данные о количестве жителей Латвии и Риги, достопримечательностях, известных людях и сановниках. Как–никак, именно с последними нужно было согласовывать темы лекций, с которыми он хотел выступить в Риге.
Остановился Владимир Владимирович не в аристократическом Старом городе, а на торговой улице Марияс, в гостинице с романтичным названием «Бельвью». Она и сегодня продолжает работу, только уже под другим названием.
В то время это считался Московский форштадт. Там тогда работали три отеля, «Бельвью» был лучшим. Построили его еще в 1884–м по проекту первого латышского архитектора Яниса БАУМАНИСА. Хозяйка — Элизабета БЕРГХОЛЬЦ — назвала отель по–французски: «Бельвью» — «красивый вид». В 1922–м, однако, из окон верхнего этажа вид открывался не самый лучший: Даугаву «украшали» взорванные мосты, по вечерам город погружался в мрак — немцы, хозяйничавшие в Риге больше года, вывезли в «фатерланд» все уличные фонари.
Оживленнее было через дорогу от отеля — на Привокзальной площади. Дежурили в ожидании пассажиров извозчики, легковые автомобили. Украшала площадь часовня, построенная в честь спасения АЛЕКСАНДРА III и его семьи — в 1888–м. Ее снесут по распоряжению министра иностранных дел Зигфрида МЕЙЕРОВИЦА через три года — в 1925–м.
Сразу после приезда Маяковский отправился к префекту города Янису ДАМБЕКАЛНСУ — за разрешением на лекцию «перед трудящимися города». Организатором был Народный университет Латвии, но «бумажку» поэт должен был получить сам. Вы думаете — дали? Префект сослался на министра внутренних дел Альберта КВИЕСИСА, который наслышан о литературных выступлениях поэта и поэтому категорически против.
Великолепно описал молодую латвийскую бюрократию сам Маяковский в стихотворении «Как работает республика демократическая», которое он написал, возвратившись из Риги.
«Лекцию не утаишь.
Лекция — что шило.
Пришлось просить,
чтоб полиция разрешила.
Жду разрешения
у господина префекта.
Господин симпатичный –
в погончиках некто.
У нас
с бумажкой
натерпелись бы волокит,
а он
и не взглянул на бумажкин вид.
Сразу говорит:
«Запрещается,
Прощайте!»
Но это не все. Еще до приезда «опасного иностранца» местные стражи порядка завели на Маяковского «дело под № 4773». В графе 7 «Обвинение» было записано: «Работник комиссариата просвещения — работник представительства советской России». Еще и сегодня в Латвийском государственном историческом архиве можно найти «дело Маяковского», копии его фотографии и паспорта.
Власти сегодняшней Латвии усвоили уроки своих учителей. Пошли еще дальше: список «опасных иностранцев» с каждым годом растет, теперь это и певцы с родины Маяковского. А стихотворение поэта о «республике демократической» (если не читали — поищите в Интернете) сегодня не менее актуально, чем в 1922 году…
И все же встречи «горлана, трибуна» с любителями поэзии состоялись. Одна из них — в клубе торгового представительства советской России в Латвии на улице Алберта, 11. Пришло около 100 человек. Поэт читал стихи, знакомил с произведениями коллег. Об этом выступлении поэт Мейнард РУДЗИТИС писал:
«…В клубе торгпредства в полную силу
Поэму «Ленин»
Когда читал ты,
Полиция улицу оцепила,
Чтоб к нам не дошли
Твоих слов гиганты…»
Вторая встреча была на улице Дерптской, 15/17 (ныне Тербатас), в рижском еврейском коммунистическом издательстве «Арбетергейм». Маяковский читал членам литературной секции поэму «150 000 000». Там же представители издательства предложили Маяковскому издать его поэму «Люблю» — для рижского читателя. Это любовная лирика, посвященная Лиле Брик. Поэма была закончена в феврале 1922–го, первое издание вышло в Москве весной. Никакой политики — стихи о любви. «Светлые, жизнеутверждающие», — говорят о них литературоведы. Но латвийские власти и тут остались верны себе: тираж конфисковали. Жаль, что об этом сюжете никто еще фильм не снял, а следовало было бы.
Член общества «Арбетергейм» Макс ШАЦ–АНИН писал, что «рабочие типографии за одну ночь набрали и отпечатали поэму, а утром, как только открыли префектуру, туда было доставлено десять экземпляров. По существовавшему закону типография была обязана еще до сдачи заказчику отпечатанного тиража доставить десять экземпляров в префектуру».
Тираж отпечатали оперативно — 8 мая, но уже через три дня в издательство примчались полицейские с распоряжением министра Квиесиса: конфисковать! Было изъято 2 984 книги.
«На основании статьи 121311 Уголовного процесса я отдал распоряжение конфисковать футуристическую брошюру Маяковского «Люблю», которую издало общество «Арбетергейм». В соответствии со статьей 121312 я ставлю вопрос об окончательном решении дела о конфискации, а также прошу призвать к ответственности этих издателей и на основании статьи 281 закона. Аморальное воздействие в брошюре особенно ярко выражено в стихах «Юношей» (9 стр.) и «Взрослое» (15 стр.)», — говорится в распоряжении министра.
Уже через несколько дней издательство оспорило это решение в суде. И Рижский окружной суд (отдадим должное оперативности тогдашних судов) постановил отменить распоряжение полицейского начальства — за отсутствием «в содержании брошюры состава преступления». 2 июня 1922 года, примерно через три недели после отъезда Маяковского, тираж возвратили. А вот что писал сам поэт о конфискации:
«А в Латвии свободно –
печатайся сколько угодно:
кто не верит,
убедитесь на моем личном примере.
Напечатал «Люблю» –
любовная лирика.
Вещь безобидней
Найдите в мире–ка!
А полиция — хоть бы что!
Насчет репрессий вяло.
Едва–едва через три дня арестовала».
Интересно, что местная русская пресса, которая широко освещала приезды представителей русской эмиграции — писателей, поэтов, артистов, часть из которых заскакивала сюда на пару дней, почти не заметила десять дней пребывания самого Маяковского. Лишь пару строк уделила конфискации поэмы «Люблю». «Прибывший в Ригу Маяковский напечатал в одной из местных типографий брошюру под заглавием «Люблю». Около двух с половиной тысяч экземпляров этой брошюры полицией конфискованы», — сухо констатировала «Сегодня».
«Недавно в Риге изволил пребывать Его футуристическое величество Маяковский, — с сарказмом пишет «Рижский курьер». — Здесь хотел он… ознакомить Латвию со своей футуристической эротикой и напечатал книгу «Любовь Диониса», которую власти, стоявшие на страже общественной нравственности, конфисковали».
Вот как — «власти, стоявшие на страже общественной нравственности»! Они и сегодня стоят на страже общественной нравственности, и темы не менее актуальные. Одно лишь название ресторана в «Замке света» чего стоит!
(!) ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ. В следующей публикации мы расскажем о том, в какой из рижских гостиниц останавливался Дмитрий ПИСАРЕВ — литературный критик, ставший прообразом Базарова в тургеневском романе «Отцы и дети»…
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.