Илларионов: «Крым и Сирия для Трампа и американцев — второстепенные темы. Ему всё простят, если…»

Российский экономист, в 2000–2005 гг. советник Путина, Андрей Илларионов ныне много работает в США, в Институте Катона, и может наблюдать американскую политику изнутри. Что не мешает ему оставаться видным российским экспертом, чье мнение стабильно вызывает бурное несогласие как у противников, так и у единомышленников.

Это интервью мы взяли у экономиста буквально накануне встречи Трампа и Путина в Хельсинки. Судите сами, насколько точно Илларионов предсказал ее итог.

– Трамп у власти полтора года. Смог ли он опровергнуть «трампоскептиков» – или нация так и остается расколотой примерно пополам?

– Американцы не просто расколоты на трампистов и антитрампистов, этот раскол ужесточается и углубляется, переходя из чисто политической сферы в сферу человеческих отношений и контактов.

Да, первый год во власти для Трампа вообще оказался весьма удачным – со второго по четвертый кварталы 2017 г. ВВП США вырос более чем на 3%. Но не совсем корректно приписывать эти результаты только действиям новой администрации: их результаты начали сказываться на экономике не раньше первого квартала 2018 г.

А именно в первом квартале 2018 г. рост замедлился – до 2%. Разворачиваемая Трампом, по сути, всемирная торговая война, несомненно, нанесет еще более мощный удар по экономическому росту, так что не исключено, что к концу года темпы роста американской экономики могут упасть до нуля.

Что касается уровня общественной поддержки Трампа, то в середине июня этого года был достигнут пик его популярности (45%). Очевидно, это во многом результат встречи с северокорейским диктатором в Сингапуре, в целом представленный американской прессой достаточно благожелательно. Однако затем уровень поддержки вновь пополз вниз. Не исключаю, что по результатам встречи с Путиным (какими бы по содержанию они ни были) уровень поддержки Трампа вновь повторит «подвиг» от встречи с Ким Чен Ыном.

– Многие ожидают от встречи Трампа и Путина чего-то вроде «мюнхенского сговора» против Европы. Почему Трампу так мешает Европа (почему она мешает Путину – понятно) и возможна ли консолидация на этой почве?

– Новый «мюнхенский сговор» в Хельсинки маловероятен, но условия для него могут быть заложены во время саммита. 

Европа по сравнению с США гораздо более институализирована, более привержена праву, она в большей степени действует по правилам, даже если это не самые лучшие правила. Трамп даже по американским, гораздо более мягким, чем в Европе, меркам – нарушитель всевозможных прав и правил. Его неприятие Европы (и Канады) и ненависть к ним носит во многом инстинктивный характер – как ненависть дворового хулигана к отличникам с образцовым поведением. Существование таких отличников – постоянное напоминание хулигану, чем он от них отличается. 

Теми же инстинктами определяется и искреннее восхищение Трампа диктаторами по всему миру – от филиппинского и северокорейского до российского. Отсюда же происходит и его надежда на то, что с другими хулиганами ему будет легче договориться.

 – Каковы шансы, что эти двое поладят, как поладили в свое время Буш-младший с ранним Путиным?

– Чисто по-человечески, если этот термин применим в данном случае, то практически гарантированно.

– А есть ли различия между Трампом и Путиным? (Сходства очевидны, и о них не говорит только ленивый.) Можно ли сказать, что оба они традиционалисты, сексисты, популисты – или это разный популизм и разный консерватизм?

– Путин похож на Трампа только в глазах Трампа. Ради своих целей Путин, конечно, тоже может попытаться мимикрировать и прикинуться отвязным парнем, удобным в общении с Трампом. Но, естественно, Трамп и Путин – очень разные. По интеллекту, выдержке, пониманию своих кратко- и долгосрочных целей, работе с публикой. Трамп – это человек шоу без содержания, Путин – человек цели, не чуждый шоу.

– Мы примерно понимаем, что нужно Путину от Трампа. Но что сейчас нужно Трампу от Путина и зачем он вообще пошел на этот саммит?

– Трампу от встречи с Путиным нужны три вещи. 

Первое – рост рейтинга (как и в случае встречи с Кимом).

Второе – обещание от Путина не вмешиваться в американские выборы 2018 года.

Третье – обеспечение безопасности Израиля путем вывода иранских подразделений из Сирии.

Первые две цели на встрече будут достигнуты, третья – нет.

– Есть ли шанс, что Трамп признает Крым нашим? В ответ на какие услуги может он пойти на такой шаг?

– Маловероятно. В ходе личного общения он почти наверняка скажет: «Знаешь, Володя, я и рад бы признать Крым твоим, но, видишь ли, потом конгресс совсем замучает». Но такого рода официальное решение со стороны правительства США выглядит почти фантастическим.

– Дружба с Россией в глазах большинства американцев – это плюс или скорее предательство американских принципов?

– По этому вопросу единого мнения нет, страна расколота. Но этот раскол не носит экзистенциального характера. Вопросы взаимоотношений с Россией, отношение к российско-украинской войне, присоединению Крыма, российским бомбежкам Сирии – это все второстепенные для американской публики темы. Если Трампу удастся получить от профессионального шантажиста его «честное пионерское» обещание не вмешиваться в ноябрьские выборы в конгресс, которое тот еще и сможет выполнить, то на все остальное американское общество будет смотреть сквозь пальцы.

– Каковы тогда шансы Трампа на переизбрание? (Путин, кажется, твердо решил менять либо формат власти, либо Конституцию, но после 2024 года вряд ли будет называться президентом.)

– Весьма реальные. Намного более реальные, чем полтора года тому назад, когда казалось, что Трамп может не досидеть первого срока и пасть жертвой досрочного импичмента.

Сейчас стало абсолютно ясно, что досрочного импичмента не будет.

– Стала ли Америка более великой, в соответствии с лозунгом? Ведь величие достигается отчасти благодаря небывалому росту гражданской активности в связи с антитрампизмом.

– Никто, включая самого Трампа, не может внятно объяснить, что означает этот лозунг.

Что же касается возможных последствий, то, как известно, программы действий, содержавшие в своих названиях слово «великий» и сопровождавшиеся лозунгами о величии, нередко заканчивались действительно великими потрясениями, поражениями, провалами. Трудно избавиться от ощущения, что дело идет именно к этому.

– А есть ли принципиальное сходство между трамповской Америкой и путинской Россией?

– Нет, это очень разные страны, разные общества и разные администрации. Кажется, во всем Белом доме есть только один человек, симпатизирующий Путину. Это Трамп. А в путинской администрации нет даже одного такого храбреца, кто смог бы публично заявить о своих симпатиях к Америке.

Дмитрий БЫКОВ, «Собеседник».