Эксперт по счастью: на меня и нападали, и подарками задаривали…

Студенческий брак

— Когда я куда-нибудь лечу, то вспоминаю свои детские ощущения. Как самолет сначала тихо, а потом все громче и громче оживает, набирает мощь. И вдруг он устремляется вперед. Для меня этот момент самый волшебный. Через несколько минут мы взлетали, и в кабине становилось тихо-тихо. Все могли расслабиться. Бортпроводницы приносили еду. Сегодня если я месяц-полтора не оказываюсь в самолете, то скучаю по его запаху, по моменту взлета. Ощущаю этот дефицит просто физически.

— Почему же вы не стали стюардессой?

— После 9-го класса поехала в лагерь для школьного актива старшеклассников, где познакомилась с психологией. Эта профессия поразила меня тем, что показала совершенно иной способ общения между людьми. Тесты, задания, разные роли, обратная связь и даже игры. Все это настолько увлекло, что, вернувшись домой, я сказала родителям о своем желании быть психологом и только им.

Кстати, они даже обрадовались, поскольку денег на мое обучение в Санкт-Петербурге не было. Так что после школы я поступила на факультет психологии. А в 17 лет, на первом курсе, познакомилась со своим будущим мужем Александром. Мы уже 21 год вместе. У нас трое замечательных детей.

— Ого! А ведь часто говорят, что студенческие браки очень недолговечны.

— Открою секрет: когда мы познакомились, у меня тоже было ощущение, что это не на всю жизнь. Помню, как подружка спросила у меня, с кем я буду встречать Новый год. Это было еще в 1998-м. Я ей честно ответила: если с Сашей еще будем вместе, то с ним. Но вот уже 2019-й встретили. У нас не просто студенческий, а еще и «профессиональный» брак. Мы ведь с одного факультета: когда я поступила, будущий супруг учился на втором курсе. Кстати, знания психологии ему очень пригодились. Одно из направлений его нынешней деятельности – тренерство по контраварийной подготовке и защитному вождению. Он профессионально и уже много лет обучает сотрудников ведомственных служб и частных граждан. Кандидат в мастера спорта по автокроссу.

Одной жизни точно мало

— Получается, можно-таки быть «с первого курса и на всю жизнь»?

— Вы знаете, один из самых частых мифов, которые я слышу от своих клиентов, как раз касается студенческого брака. Но своим примером мы их как раз развенчиваем. Я уверена, что в этой жизни возможно все. Другой вопрос: просто ли это? Да, непросто. Но точно можно! А еще я заметила, что в последнее время мы с Сашей все чаще говорим о том, что нам одной жизни точно мало. Потому что так много хочется еще увидеть, попробовать, узнать, сделать. И непременно вместе!

— Обычно психологи как раз не рекомендуют вместе работать. Мол, происходит выгорание отношений. Выходит, вам нравится ломать стереотипы?

— Да, во время консультаций я тоже частенько слышу от своих клиентов по поводу совместной работы супругов всякие ужасы. Но, думаю, тут все зависит не от чьих-то рекомендаций (да простят меня коллеги!), а от желания самих пар. Если вместе комфортно, интересно, если для совместного дела это продуктивно, то зачем противиться? Так что я действительно против стереотипов.

Когда мы учились, то, как и многим другим студентам, нам приходилось как-то крутиться, чтобы заработать. Одним из вариантов было участие в различных социологических опросах. Саша тогда своими руками собрал старенький «москвич»-комби. Помните, был такой?

Мы радовались машине как маленькие дети. Для нас она была самой дорогой на свете. Своя, родная! Принимая участие в опросах, мы целыми днями колесили по ближайшим городам и селам. Встречались с людьми, заполняли отчеты и т. д. Именно тогда мы и поняли, что вместе нам работать очень комфортно. Быстро, легко, надежно и весело. Потом были и другие совместные проекты. Однако позже на некоторое время мы разошлись по крупным компаниям, растворившись внутри огромных коллективов. Но в итоге все равно пришли к тому, что лучше все же нам быть партнерами. И уже 6 лет муж — директор всех моих программ.

Счастье – цель всех целей

— Вас часто называют экспертом по счастью. Звучит очень громко и даже пафосно!

— Так еще Аристотель говорил: «Счастье – цель всех целей». Что такое счастье? У каждого оно свое. Для одного это материальные блага, успех в делах. Для другого — собственное здоровье и жизнь близких ему людей. Для третьего — это возможность реализовать свои идеи, чтобы «изменить мир».

Кто-то мечтает стать любимым, а кто-то — свободным. Для некоторых счастье – просто выжить в этом сложном мире. Согласитесь, чем бы счастье ни было для конкретных людей, именно к нему все мы обычно стремимся. О нем говорят и мои единичные клиенты, и руководители компаний, в том числе весьма крупных. Они заказывают тренинги для своих коллективов.

— Я заметил, что сейчас в моде тренинги. Какова их цель?

— Именно в достижении счастья в конкретном коллективе. Потому что только счастливые люди могут создать счастливую команду. Я пришла к этой простой формуле уже много лет назад. И с тех пор нашла ей сотни подтверждений.

Зачем создавать счастливые коллективы? Все просто: это самые эффективные команды, которые несут успех и процветание. А что еще нужно руководителю? Поэтому инвестиции в развитие и обучение сотрудников сейчас становятся все более востребованными. Сейчас многие сидят в социальных сетях. В свое время у меня родился такой хештег: #ЖивуСчастливойВМиреСчастливыхЛюдей. Уже столько времени прошло, а люди все заходят. Они часто используют материалы в своих текстах. Я рада, что мой хештег прижился.

Арт-терапия для американца

— Сейчас вас можно часто увидеть на телеэкране. Вы стали медийной персоной. А чем занимались сразу после окончания института?

— Поначалу устроилась в гимназию. Запомнился один случай. По обмену опытом к нам в 11-й класс приехал американец. И буквально через неделю мне сказали, что ему нужна консультация психолога, поскольку у него проблемы с адаптацией. Тогда у нас на психологов еще смотрели искоса, хотя и были наслышаны, что за океаном они очень востребованы. В общем, назначила время.

Конечно, я сильно волновалась. Алекс совсем не знал русского, а у меня английский был на школьном уровне. Можно сказать, объяснялись с ним на пальцах. Но мне все же удалось понять, что девушка, которая осталась в Америке, решила прекратить их отношения. Парень сильно огорчился. Поэтому, бедняга, не мог ни учиться, ни общаться с ребятами. Все время страдал по ней.

Понимая, что полноценного общения у нас с ним все равно не получится, я решила применить метод арт-терапии. Алексу эта идея очень понравилась. Он с огромным удовольствием принялся рисовать — причем прямо руками — свои чувства, эмоции и переживания. А затем я ему предложила взять и разорвать картины в мельчайшие кусочки. После чего он еще долго отмывал руки, как будто старался смыть весь свой негатив.

Через два дня я назначила еще одну встречу. Но Алекс забежал, по его словам, лишь чтобы предупредить, что с ним уже все хорошо. Вот такой необычный «американский» опыт.

После гимназии я работала психологом и внутренним тренером в компании «Российские железные дороги». Проводила корпоративные тренинги. Помню еще один яркий случай. Мы проводили профилактику эмоционального выгорания машинистов локомотивов. Боролись со стрессом, который неизбежно сопровождает представителей этой трудной и очень ответственной профессии. Один мужчина проявлял особую активность во время тренинга. Постоянно задавал вопросы. Более того, после занятия выловил меня в коридоре и командным голосом (в прошлом он был участником боевых действий) спросил очень напористо:

— Это вы работали с билетными кассирами?

Я слегка растерялась:

— Да, а что случилось?

— Моя жена была у вас!

— И что?
— Она так изменилась. Целует меня теперь постоянно! — смущаясь, пояснил он.

— И как вам такие изменения? — я была весьма озадачена.

— Нравятся. Скажите, что мне почитать? — последовал вопрос.

Я тогда была очень счастлива. Значит, не зря выбрала свою профессию!

— Честно говоря, не думал, что на железной дороге есть свои психологи.

— Уже появились. Когда я была еще студенткой, начала подрабатывать летом проводником пассажирских вагонов. Закончила соответствующие подготовительные курсы, сдала досрочно все экзамены и вскоре отправилась в свой первый рейс. В основном у нас были отдаленные маршруты. Например, Москва — Чита. Это 10 дней. Но мне очень нравилось путешествовать по стране. Столько интересных людей я встретила! Столько историй услышала!

До сих пор помню лица и имена некоторых пассажиров. И подарки, которые они мне вручали… Конечно, в пути всякое случалось. Можно написать отдельную книгу. Вот уж где была возможность потренировать профессиональные навыки. Однажды вагон горел, и мы эвакуировали пассажиров. Как-то на меня напал бывший заключенный, который угрожал ножом. Чудом удалось вызвать помощь.

Но все равно гораздо больше было хорошего, что компенсирует весь негатив. Некоторые пассажиры с концертами выступали, стихи посвящали, угощали потрясающими вкусностями. А еще цветами задаривали. Дети не раз называли меня мамой. После длительного пути они хотели, чтобы я осталась с ними навсегда.

Я тогда не только получила бесценный опыт и массу впечатлений, заработала очень хорошие деньги, но и поняла, как необходим психолог на железной дороге. Потому что без соответствующей подготовки очень сложно находиться с людьми такое продолжительное время в одном вагоне. Уровень стресса в поездных бригадах порой просто зашкаливает. И тогда я решила, что хочу быть психологом именно на железнодорожном транспорте. Взяв свой красный диплом, пришла в наше управление дороги. Сказала: возьмите меня психологом, я знаю, что это поможет вашим сотрудникам.

В управлении очень удивились и ответили, что в штатном расписании такой должности нет. Тогда-то я и устроилась в гимназию. Прошло 5 лет, и вдруг мне позвонили. Сказали, что в штатном расписании появилась строка «психолог». Они готовы рассмотреть мою кандидатуру. Поскольку у меня был опыт работы проводником пассажирских вагонов, то меня взяли после первого же собеседования.

Так начался мой путь корпоративного психолога и тренера. Долгое время работала внутри компании, а после рождения второго ребенка стала внешним тренером. Приходила под запрос — и уже не только в РЖД, но и в другие компании. Сейчас я работаю с высшим и средним менеджментом, веду частных клиентов, а также выступаю экспертом на федеральных каналах. Я помогаю обычным людям стать счастливыми, а из сотрудников создаю команды победителей.

Дмитрий МАРТ
Фото из личного архива Юлии Романовой