Илгмар ЭГЛИТИС, с одной стороны, — доктор физических наук и строгий руководитель обсерватории в Балдоне, а с другой — большой романтик, обожающий фантастические книги и фильмы, всю жизнь мечтающий улететь как минимум на Луну… На таких людях астрономия в Латвии не просто держится, но прославляет страну по всей планете. Несколько лет назад ученые всего мира доверили д–ру Эглитису с коллегами составить каталог ВСЕХ ранее открытых звезд! А сейчас он изучает самую удаленную ветвь нашей Галактики в направлении созвездия Единорог на расстоянии в 50 000 световых лет от Земли. И внимательно следит за поведением астероида Апофис, который в 2029 году может… уничтожить на планете все живое.
Звезде не скрыться!
Казалось бы, Балдоне — крошечный городок, где многие латвийцы и не были ни разу, а в нем работает один из наиболее точных в Европе и один из самых больших в мире телескопов «широкого поля видения» (диаметр 500–килограммово
Вообще, когда оказываешься в обсерватории, ощущения — фантастические! Д–р Эглитис нажал кнопку пульта управления — и гигантский купол обсерватории начал медленно вращаться, огромный телескоп стал поворачиваться к «воротам в космос» — люку, длинные створки которого разъезжались. Казалось, что вот–вот из люка подует космический ветер, вспыхнут далекие звезды, а в обсерваторию плавно влетит корабль представителей внеземной цивилизации.
— И я тоже уверен: мы не можем быть одни во Вселенной, — сказал д–р Эглитис, словно прочел мои мысли. Наверное, все, кто идет в астрономию, в этом убеждены…
Чтобы приобщиться к этой науке, вначале надо поступить на физмат Латвийского университета, где и выбрать соответствующую специализацию. Степень бакалавра можно получить в Латвии, а на магистра, например, поехать учиться по программе обмена студентами в Голландию или Германию, и потом, конечно, вернуться на родину.
— Ведь астрономия в Латвии жива — и даже более чем! — подчеркивает астрофизик.
Обсерваторию в Балдоне построили в далеком 1957–м, а теперь она буквально напичкана самым современным оборудованием, которое необходимо для съемок звездного неба. Тогда, более полувека назад, студенты и преподаватели многое делали здесь своими руками — разве что купол на крышу не поднимали! А потом стали заниматься совершенно сверхъестественн
— Мы открываем звезды по спектральным особенностям. Это обычным людям кажется, что на снимках, сделанных при помощи телескопа, горят просто яркие точки. А мы определяем световой спектр каждой из них, химический состав и прочее, — показывает астроном фотографии с миллионом звезд. — Вы будто фотографируете с балкона митинг на площади: вначале, сделав снимок, видите лишь массу людей, потом выбираете несколько человек, затем — одного, и уже его пристально рассматриваете: одежду, цвет лица, оцениваете рост, вес и прочее. С изучением звезд примерно так.
Хотя, конечно, все не так непросто. Посчитайте, сколько информации нам надо проанализировать
Упадет ли на нас астероид?
Наши ученые вместе с д–ром Эглитисом открыли около 400 углеродных звезд, а это 10% от общего числа светил, обнаруженных астрономами всего мира! В 2000 году на Всемирном форуме астрономов нашим специалистам предложили возглавить работу по составлению каталога звезд. Ученые из латвийской глубинки считаются в этом процессе ведущими на Земле!
Некоторое время назад наши специалисты вместе с литовскими коллегами объединили силы в наблюдении за астероидами и траекторией их движения. Следят за астероидом так: делают серию снимков, потом через 20 дней — вторую, спустя такой же промежуток времени — третью. Главное, чтобы в эти дни (вернее, ночи) небо было ясным, иначе ничего не видно, астероид «теряется», и всю работу надо начинать заново.
Из 9 открытых И. Эглитисом астероидов у 4 удалось определить дугу, по которой они движутся. Одному из этих астероидов между Марсом и Юпитером дали имя Baldone, а в международный список внесли имя латвийского астронома Eglitis — как первооткрывателя небесного тела. Другой астероид, движущийся примерно там же, — Ikaunieks, — это фамилия ученого, благодаря которому в прошлом и удалось построить в Балдоне обсерваторию. Третий — Bumbah: в 1946 году товарищ БУМБАХ был первым руководителем группы астрономов, которые занимались в Латвии этой наукой. Четвертый — Cander, в честь легендарного ученого.
А какие астероиды нам угрожают? Оказывается, сейчас — никакие. Зато 2029 год может стать последним для нашей цивилизации.
— Смотрели фильм «Звездные врата»? Помните злодея Апофиса, который угрожал Земле? Наверное, его и назвали в честь астероида. Тот в 2029–м пролетит на расстоянии всего–то 30 000 километров от Земли. Опасными считают астероиды, которые проходят между Землей и Луной на расстоянии 400 000 километров от нас. А тут — всего лишь 30 000! Если такой упадет на Землю, то нашей цивилизации, скорее всего, конец, — замечает ученый.
В 1973–м Илгмар Эглитис с коллегами наблюдал из Балдоне за движением другого опасного космического тела — кометы Галлея, к которой летели японские и американские спутники, чтобы точнее определить ее координаты. Все обсерватории мира наблюдали за полетом кометы и обобщали ценные сведения.
А лет семь назад удалось проследить за разрушением ядра кометы–загадки Швассмана — Вахмана, которая наделала много шума в научном мире: была уж очень нетипичной. Появилась даже версия, что это космический корабль из далекой галактики! К слову, лишь в Балдоне и еще в 10 обсерваториях мира посчастливилось проследить за разрушением ядра кометы — ее распадом и взрывом. Любая комета в первую очередь интересна тем, что приходит издалека, несет информацию о химическом составе Космоса, о жизни в нем…
Инопланетянам мы не интересны
Чем дольше д–р Эглитис изучает космос, тем больше верит авторам фантастических книг и фильмов.
— Многие из них близки к реальности! — восклицает астрофизик. — Опять о «Звездных вратах». За что там герои борются? Главное — за прибор, позволяющий аккумулировать большую энергию, чтобы покорять космос. И к этому теперь уже близки физики: во Франции совершенствуется синтезный реактор, где будет вырабатываться исключительно мощная энергия. Но если энергией, полученной из реактора, начнут освещать и отапливать города, это можно сравнить с забиванием гвоздей самой дорогой и современной цифровой видеокамерой! Ради полетов к звездам ее вырабатывать надо!
Спрашиваю у ученого: «Хотели бы полететь на другую планету?» Его взгляд изменился. Такой бывает у людей, исключительно влюбленных в свое дело — и у романтиков.
— Очень! И я, конечно, верю, что во Вселенной много обитаемых планет. Мы считаемся углеродной формой жизни. Но она не единственная. Предположительно есть еще и кремневая. А сколько еще других форм, о которых мы даже не догадываемся? Голливуд использует в 300 раз больше денег на съемки фильмов, чем правительство выделяет на науку. Увы, и в США, и вообще везде главные движущие силы — деньги и власть. И в этом беда нашей цивилизации. Полагаю, именно поэтому мы не интересны жителям других миров, ведь земляне — это цивилизация войн. И денег нам не хватает, чтобы открывать другие миры и летать к ним, поскольку мы слишком много тратим на войны, а остальное — на развлечения. Глупо… Пересмотрите фильм «Аватар»: в нем глубокий смысл!
А куда мы, получив много энергии, могли бы полететь? Вот, например, газовая туманность Калифорния, вот — пылевые облака и Петля Лебедя, а это — одно из скоплений молодых и горячих голубых звезд — Плеяды. Индейцы в свое время заставляли своих будущих воинов определять зрение — смотреть на скопления звезд в небе. Если мужчина потом мог правильно нарисовать на земле расположение хотя бы восьми звезд, то у него — хорошее зрение, а когда не мог — становился земледельцем.
На другой фотографии, сделанной при помощи телескопа в Балдоне, отчетливо видна туманность Ориона под Поясом Ориона — самая яркая из всех, что мы можем наблюдать с Земли, хотя до нее расстояние от нас — около 1 600 световых лет. А из последних снимков — взрывающаяся галактика MGC4631. Галактик — миллион. Хотя кто знает: сколько именно?
— Не стоит забывать: Космос — бесконечный. Впрочем… Сейчас ученые при помощи самых мощных телескопов пытаются определить: а может, он замкнутый? Если он замкнутый, тогда впору предположить, что рядом находится другое замкнутое пространство, — говорит д–р Эглитис. — И тогда можно конкретнее говорить о существовании параллельных миров, подпространств…
Солнце — нас или мы — друг друга?
Сейчас, по мнению латвийского ученого, задача астрономов — рассмотреть не просто новые галактики, но звезды в них и даже планеты. Невооруженным глазом ночью мы видим примерно 140 000 звезд, а на снимке «из Балдоне» их — 300 миллионов!
— Мы вместе с российскими учеными долго рассматривали, например, галактику Андромеды, наблюдали новые звезды, как они взрываются и меняют цвет. В результате вместе открыли 70 новых звезд, часто старались искать черные дыры по расположению светил. Хотите знать, насколько велико Солнце по сравнению с другими звездами только нашей Галактики? Например, как эта на краю галактики Андромеды — самая крошечная из всех, — показывает д–р Эглитис на яркую точечку. — Солнце — звезда уже вторичного цикла, жить ей осталось примерно 4,6 миллиарда лет. В какой–то период Солнце станет еще более красным, и нам придется поискать новый дом — на других планетах. Но, думаю, к тому времени человек станет более разумным, начнет грамотнее использовать ресурсы планеты и сможет переселиться. Если, конечно, раньше не погубит себя.
И я убежден: чтобы люди становились человечней, им надо изучать космос!
К нам в Балдоне постоянно приезжают гости, чему я искренне рад, особенно школьникам. Это значит, что не пропал интерес к астрономии, не пропал интерес к знанию как таковому. И это прекрасно!
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.