Что носить будем? Светящаяся «говорящая» одежда, вещи из бумаги, гибкие скафандры и никаких комплексов

Самое трудное для футуролога — угадать изменения в культуре быта. Например, популярный художник–футуролог XIX века Альбер Робида сумел предсказать распространение авиации и боевых субмарин, появление Интернета и видеоконференций, химическое и бактериологическое оружие. Но когда разглядываешь сделанные им иллюстрации, то видишь, что Робида был абсолютно уверен: и через 100 лет мужчины все еще будут носить строгие фраки при бабочках, а женщины — тяжелые платья на кринолине с широкими юбками до пят. Острого ума футуролога не хватило для создания образа будущего, в котором европейцы — мужчины и женщины — предпочтут джинсы с футболками навыпуск.

Джинсовая революция

Известно, что в XIX веке джинсовые штаны, куртки и комбинезоны были рабочей одеждой, которой пользовались калифорнийские портовые рабочие, фермеры, ковбои, лесорубы и т. д. Прочная, немаркая ткань и дешевизна сделали ее популярной у американского пролетариата, а по мере становления Соединенных Штатов как передовой промышленной державы джинсы проникали в разные слои общества, а в культуру — через вестерны.

Во время Второй мировой войны производители джинсовой одежды получили крупные заказы от армии, а после победы не захотели расставаться со сверхдоходами, вложив во всемирную рекламу своей продукции значительные средства. Джинсы стали униформой молодежных движений: от хиппи до рокеров. Затем к рекламе подключилась элита: президенты Рональд Рейган и Джордж Буш–старший бравировали своей принадлежностью к культуре вестернов. Мода на джинсы завоевала даже СССР. В результате сегодня их носит весь мир: на работе и отдыхе, в путешествиях и дома.

Получается, что повсеместному внедрению нового стандарта одежды способствовала не только ее практичность, которую оценили с самого начала, но и расширение рамок стиля, присущего общественным кругам, прежде всего культурной и политической элите. Поэтому, зная, какие тенденции отстаивают эти круги сегодня, можно теоретически предсказать моду через полвека…

Ближе к природе

Что прежде всего бросается в глаза? Это, конечно, разрушение табу на обнаженное тело. В кинофильмах и телесериалах, в рекламе и на обложках книг мы все чаще видим мужские и женские тела той или иной степени обнаженности. Стиль ню больше не вызывает возмущения и протестов, а его распространенности способствует расцвет любительской фотографии. Соответственно, одежда становится откровенной, подчеркивающей сексуальность. С другой стороны, доступнее становятся боди–арт и ткани, имитирующие кожу.

Очевидно, что тенденция будет развиваться, и вполне вероятно, что обнаженное тело или его имитация в общественном месте с какого–то времени перестанет восприниматься как покушение на нравственность.

Тут надо отметить, что параллельно в культуру внедряется терпимость к условно некрасивому телу. Все больше сторонников обретают боди–позитивизм (принятие своего тела таким, какое оно есть, с отказом от улучшений за счет косметики, пластической хирургии и т. п.) и антилукизм (категорическое неприятие осуждения человека на основании его внешних данных). Люди приходят к пониманию, что необязательно тратить время, деньги, душевные силы на подгонку самого себя под некий стандарт красоты, выраженный в игрушечных Барби и Кене, тем более что стандарт регулярно меняется. Разнообразие приходит на смену унификации, и культурная элита возглавляет процесс, создавая произведения искусства, в которых любая опрятная внешность считается допустимой.

Незаметно делается следующий шаг: обнаженное тело тоже не обязано соответствовать представлениям о сексуальности. Мы знаем, что пышная закрытая одежда часто призвана скрывать какие–то физические изъяны: полноту, короткие ноги, дряблость кожи и т. п. Но в том–то и дело, что стереотип, который заставляет нас испытывать негативные эмоции при виде некрасивого тела, сформирован исключительно культурой и достаточно пластичен. В результате мода на обнаженность вполне может стать общепринятой нормой, хотя бы в развитых странах.

Впрочем, в большинстве развитых стран климатические условия не позволяют совсем отказаться от одежды. В то же время все громче звучит критика в адрес текстильной промышленности, которая загрязняет окружающую среду не меньше угольных электростанций. Передовые технологии позволяют решить эту проблему за счет… мусора.

Мусорная одежда

В 2015 году модель Эмма Уотсон от Calvin Klein появилась на подиуме в эффектном наряде из полиэстеровых нитей, которые получены при переработке пластиковых бутылок. Новая идея сразу привлекла внимание, ведь такие нити позволяют изготавливать платья совершенно фантастического вида. В нити можно вплетать светодиоды и термоэлектрические генераторы, работающие на тепле человеческого тела, в результате наряд будет еще и светиться. Кроме того, через систему микродатчиков одежда станет следить за эмоциональным состоянием носителя, сигнализируя о нем цветом светодиодов. И тогда любому издалека будет видно, предрасположен человек к общению или лучше его сегодня не трогать.

Другое направление, предложенное шведскими дизайнерами, — создание одежды из макулатуры. При обработке специальными органическими составами бумага превращается в достаточно гибкий материал, который можно кроить, сшивать и склепывать. К сожалению, одежда из бумаги не переживет стирки, поэтому ее можно использовать только короткое время. С другой стороны, она дешева, быстро разлагается при утилизации, а ее изготовление можно полностью автоматизировать: покупатель с помощью компьютерной программы сам выберет модель и цвет, подгонит одежду под свои размеры и через пару часов получит с курьером готовый комплект, который после использования не жалко выбросить.

Кроме бумаги, для создания экологичной одежды предполагается использовать нити из корней сельскохозяйственных растений, искусственный шелк, производимый генно–модифицированной дрожжевой культурой, и даже кристаллический сахар!

Космический стиль

Космонавты, работающие на орбите, предпочитают свободную одежду: шорты и майки. Однако скафандр — иное дело: он герметичен, прочен и теплоизолирован, внутри поддерживается комфортная среда, поглощаются углекислый газ и влага. Космические скафандры специалисты конструируют с конца 1950–х годов и добились в этом немалых успехов. Изобретенные ими ноу–хау применяются на Земле: при создании пожарных костюмов, снаряжения для альпинистов, водолазов и спасателей.

В то же время современный скафандр вызывает критику, поскольку он громоздок и его трудно использовать в условиях Луны или Марса. В качестве альтернативы рассматривается революционная конструкция — обтягивающий костюм Bio–Suit. Главная проблема современного скафандра в том, что под внутренним давлением он раздувается и натягивается, поэтому для сгибания рук и ног надо прикладывать усилия.

Новый костюм представляет собой силовой каркас из титаново–никелевых нитей с эффектом памяти. Надеть его можно будет за пару минут и без посторонней помощи. После облачения нужно подать электропитание на разъемы скафандра, после чего костюм плотно обожмет носителя. Терморегуляция обеспечивается гелевым теплоизолятором. Костюм соответствует форме тела, что делает его достаточно гибким и избавляет космонавта от необходимости прикладывать усилия при движении.

Хотя разработчики Bio–Suit из Массачусетского технологического института еще не представили готовое изделие, предложенная ими конструкция найдет применение не только в космосе, но и на Земле, прежде всего — в сфере экстремального туризма. А там, глядишь, гибкие скафандры станут выпускаться для бытовых нужд, приучая новое поколение к близости космоса, который всегда в моде…

Антон ПЕРВУШИН.