Атис Климович о смягчении санкций: «МИД Германии мостит дорогу агрессивности Кремля»

«Процессы политической жизни на минувшей неделе свидетельствуют, что некоторые заявления высокопоставленных должностных лиц нередко имеют мало общего с реалиями. В очередной раз это ярко подтвердил министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер, который посетил столицы трех государств Балтии и достаточно ясно заявил, что необходимо смягчить введенные против России санкции, —  учит жизни главу германского МИДа обозреватель Атис Климович на портале lsm.lv.

Очевидно, это было главное послание немца балтийским политикам накануне саммита НАТО в Варшаве. В этом сложно найти конструктивный подход, направленный на прекращение российской агрессии на Украине. Скорее, наоборот — повод для воодушевления агрессора, который это должным образом оценил и ничего не собирается исправлять в своем поведении.

Министр иностранных дел Германии должен был бы помнить, что санкции введены не за военные действия в Донбассе, а за аннексию Крыма. Большой вопрос: изменилось ли что-либо в отношении этого полуострова, принадлежащего с точки зрения международного права Украине?

Только то, что туда во все большем количестве, как и на другие приграничные территории (Калининградская область), вводятся различные подразделения российской армии. Президент России Владимир Путин на прошлой неделе косвенно ответил Штайнмайеру предупреждением, что стрельба в Донбассе продолжится, пока Россия не сделает все необходимое, в том числе не освободит так называемых донбасских сепаратистов от уголовной ответственности.

Так говорят и ведут себя те, кого принято называть грабителями с большой дороги, но министр иностранных дел Германии не понимает этого и продолжает мостить дорогу агрессивности Кремля.

Вряд ли на Украине сочтут обоснованными высказывания Штайнмайера об отмене санкций. На прошлой неделе было ясно видно, что такие разговоры безосновательны.

Война в Донбассе продолжается — убито десять украинских солдат, вдвое больше ранено. Погиб даже один украинский бригадный командир.

Ясно, что начальник внешнеполитического ведомства Германии руководствуется какой-то другой логикой, и она, скорее всего, была выражена на торжественной церемонии в память о Верденской битве с участием канцера Германии Ангелы Меркель и президента Франции Франсуа Олланда. В главном послании акцентирована ответственность двух крупных держав за сохранение мира у европейских границ.

Понятное стремление, но не покидает чувство, что Европейский союз приложил недостаточно усилий для того, чтобы остановить войну на Украине. По-видимому, родственники погибших недавно украинских военных не согласятся с утверждением о большом вкладе Европы в прекращение войны.

Похоже, этих усилий было слишком мало. Даже при том, что не хватило смелости поставить украинцам оружие, ЕС должен был быть намного активнее в своих общественных отношениях. Где беспрерывные осуждения России за агрессию? Уместно напомнить, что публичное предание позору преступника — важная составная часть его обуздания. Поддерживаемые русскими бандиты Донбасса регулярно нарушают Минские соглашения — используют тяжелые вооружения, а ЕС не осуждает за это Москву.

Вместо этого немецкий министр, словно адвокат Кремля, рассказывает о сложностях договориться внутри ЕС о продолжении санкций, но фактически раскрывает, что именно Берлин — одно из самых нестабильных звеньев. Наверное, в одном ряду с Будапештом и Афинами.

Что касается визита Штайнмайера в Балтию, то нельзя не упомянуть без иронии тот факт, что в день посещения главой германского МИДа Таллина со своим заявлением выступил командующий силами обороны Эстонии Рихо Террас. Он заявил, что Балтии необходимы ракеты противовоздушной обороны Patriot, чтобы удержать Россию от агрессии. Это ясное подтверждение другого взгляда на то, как сегодня следует оценивать поведение Москвы, и какие средства необходимо применить для ее удержания от дальнейшей агрессии. То, что предложение эстонского командующего имеет основания, на следующий день подтвердил «прилет в гости» к водным границам Латвии четырех русских военных самолетов. Явный тренировочный и разведывательный полет.

Разумеется, дипломатическая практика предусматривает использование другого языка, и результаты работы дипломатов должны быть направлены на обеспечение мира, однако министерствам иностранных дел следовало бы уметь поймать момент, когда необходимо изменить тон в переговорах с агрессивным соседом. Напоминания о Европе перед Второй мировой войной прозвучали многократно, и относиться к ним нужно серьезнее, чем прежде».