Арабские избиратели стали главной сенсацией выборов в Израиле: впервые их голоса имеют реальный вес

Арабы составляют примерно пятую часть населения Израиля, но традиционно голосуют менее активно, чем евреи. В 2022 году на участки пришло лишь немногим больше половины арабских избирателей. На этот раз, по оценке 12-го телеканала, явка достигла невероятных 80% — выше общенационального показателя в 77,7%.

Результат оказался впечатляющим: националистический «Объединённый список» Юсефа Джабарина и исламистская партия РААМ Мансура Аббаса получили на двоих 19 мандатов против десяти в предыдущем Кнессете.

«Мы ненавидим Бен-Гвира, но благодарны ему»

Арабский журналист Бакер Зуби, освещавший выборы для издания +972 Magazine, признаётся, что ничего подобного прежде не видел. За его плечами девять избирательных кампаний, восемь из которых он наблюдал как репортёр. Раньше в арабских городах журналист постоянно слышал одно и то же: политики обманывают, голосовать бессмысленно, всё равно ничего не изменится. Теперь на вопрос об участии в выборах люди отвечали без колебаний: «Конечно, буду голосовать».

В Назарете, где в 2022 году проголосовали лишь 48% избирателей, в этот раз на участки приходили даже женщины старше девяноста лет. Причину Зуби видит прежде всего в политике правительства Нетаньяху. Антиарабская риторика, снос домов, земельные конфликты, сокращение бюджетных программ и рост преступности заставили людей почувствовать, что оставаться в стороне больше нельзя. 

Особенно сильным раздражителем стал министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир. Вотнесколько характерных дял него цитат: 

«Моё право, право моей жены и моих детей передвигаться по дорогам Иудеи и Самарии важнее права арабов на свободу передвижения». 

«Если вы хотите, чтобы эта страна оставалась еврейской и сионистской, если не хотите, чтобы она оказалась в руках Мансура Аббаса и Ахмада Тиби, выходите и голосуйте». (Здесь речь идёт не о палестинцах на оккупированных территориях, а о двух депутатах Кнессета, представляющих арабских граждан Израиля).

«Мы ненавидим Бен-Гвира, но благодарны ему. Он объединил израильских арабов», — объяснил журналистам The Times of Israel житель бедуинского города Рахат Эйнад аль-Кассаси. Именно в этом заключается главный парадокс выборов: политики, стремившиеся ограничить влияние арабского населения, невольно способствовали его политической мобилизации.

Но ещё до голосования арабским партиям пришлось отстаивать само право участвовать в выборах. 23 сентября Центральная избирательная комиссия Израиля проголосовала за дисквалификацию обеих главных арабских политических сил — «Объединённого списка» и исламистской РААМ. В обоих случаях за запрет высказались 18 членов комиссии, против — лишь пятеро. Среди инициаторов выступала партия Нетаньяху «Ликуд», а также ультраправая «Еврейская сила» Бен-Гвира. Спас арабские партии Верховный суд: 2 октября он единогласно отменил оба запрета, не обнаружив достаточных юридических оснований для столь радикальной меры. Правда, одному из арабских политиков, председателю партии БАЛАД Сами Абу Шехаде, пришлось снять свою кандидатуру после неблагоприятного для него развития судебного разбирательства. Таким образом, без вмешательства Верховного суда две партии, за которые впоследствии проголосовали сотни тысяч арабских граждан Израиля, вообще не оказались бы в избирательных бюллетенях.

Арабская явка как чрезвычайное происшествие

Массовое голосование арабов вызвало настоящую тревогу в правом лагере. Министр финансов Бецалель Смотрич объявил рекордную явку чрезвычайной ситуацией. Бен-Гвир отправился в арабский Кафр-Касем призывать своих сторонников срочно идти голосовать. Нетаньяху предупреждал, что сторонники «Братьев-мусульман» пытаются украсть выборы. После голосования «Ликуд» заговорил о фальсификациях и иностранном вмешательстве, хотя доказательств массовых нарушений представлено не было. Бакер Зуби обращает внимание на поразительное обстоятельство:

участие граждан в демократических выборах фактически изображалось как угроза государству. 

Особенно показательным журналист считает предвыборный ролик Смотрича, созданный с помощью искусственного интеллекта. Министр рассказывал о планах укрепления еврейского присутствия в Галилее и Негеве, сопровождая их словами: «У Ахмеда есть причины бояться». Но запугивание дало противоположный эффект. Арабы, прежде не верившие в выборы, получили мощный стимул прийти на участки.

Девятнадцать мандатов, которые могут решить всё

Теперь арифметика Кнессета выглядит необычно. Блок Нетаньяху получил 53 мандата, еврейская оппозиция во главе с Гади Айзенкотом — 48, арабские партии — 19. Вместе противники Нетаньяху располагают 67 голосами при необходимых для большинства 61. Но создать такую коалицию гораздо труднее, чем сложить цифры.

«Объединённый список» готов поддержать любое правительство без Нетаньяху, даже не входя в него. РААМ Мансура Аббаса согласна обсуждать непосредственное участие в коалиции. Такой опыт у неё уже был: в 2021 году исламисты вошли в правительство Нафтали Беннета и Яира Лапида. Проблема в том, что многие лидеры еврейской оппозиции категорически отказываются сотрудничать с арабскими партиями. Особенно непримирим Авигдор Либерман.

Получается парадокс: без арабов оппозиция не может обеспечить парламентское большинство, но признать их полноправными политическими партнёрами тоже не готова.

Голосование от отчаяния

Бакер Зуби отмечает ещё одну важную особенность этих выборов. Арабы вовсе не стали больше доверять израильскому государству. Скорее наоборот: война и политическое отчуждение подорвали прежние надежды. Но если раньше разочарование заставляло людей оставаться дома, теперь оно погнало их к избирательным урнам. Это было голосование не столько за светлое будущее, сколько против продолжения нынешней политики.

И теперь перед Израилем возникает принципиальный вопрос: готова ли его политическая система признать, что арабские граждане — не просто пятая часть населения, но и самостоятельная политическая сила, без которой в определённых обстоятельствах невозможно сформировать правительство?

Или 19 избранных ими депутатов вновь останутся за дверями кабинетов, где принимаются решения?