Андрис Экис: русские теряют свою идентичность. Боюсь их монголо-татарского имперского безумия

«Русские теряют свою идентичность. Появляется масса фанатиков. И уже неважно, мусульмане они или православные — любой фанатик опасен. Но я — европеец, мне важны европейские ценности», — говорит  в  интервью «Неаткариге» кинопродъюсер и режиссер Андрис Экис.

— В своих сыновьях воспитываешь патриотизм?

— Нет. Это так называемое программирование заднего сиденья. Ребёнок сидит на заднем сиденье автомобиля и слышит, что говорят родители. Если родители некрасиво судачат о каком-то своём друге или коллеге, скорее всего, ребёнок поймёт, что это нормально и будет поступать так же. Похоже и с патриотизмом. Мои родители в советское время о латышском патриотизме ничего не говорили, потому что боялись, а когда я приезжал к бабушке и дедушке, то там начиналась такая политинформация!

Поэтому ЧК и «чистило» у нас семьями, не только отца или мать, но всех!

— Я всегда задавалась вопросом, почему ты в своих фильмах не привязался к теме депортаций. Виестур Кайриш сделал это своим фильмом «Хроники Мелании».

— Мы еще не затронули тему Второй мировой войны. Нужно обладать необычайным мастерством, чтобы показать историю, которая действительно взволнует зрителей … Можно, конечно, вогнать зрителя в ужасную депрессию — сними вагоны для скота, поставь жалобную музыку, и все! Но можно и заставить думать. О латышском легионе…

Я все еще не понимаю, как все это повернуть. Мне не понравилось, как Нацобъединение 16 марта так просто взяло и пошло к памятнику Свободы. Но когда они взяли фотографии Сталина и Гитлера, мол, мы против обоих этих идиотов и убийц, — тогда эти «антифашисты» в полосатых костюмах там просто были не к месту.

Если говорить о фильме, темой которого были бы депортации … Надо будет сделтаь такой фильм, как «Жизнь прекрасна» (Роберто Бениньи, 1997). Иногда весело, но слезы текут ручьём… История весьма простая: во время Второй мировой войны в концентрационный лагерь попадает еврей со своим маленьким сыном; отец говорит мальчику, что все, происходящее вокруг — это игра и приключение, но главное — никогда не попадаться на глаза надсмотрщикам в лагере …

— Инофрмационные тролли. Кому и что надо делать для того, чтобы уменьшить их разрушительную деятельность?

— Я с возрастом становлюсь более демократичным… Поэтому я начал понимать, что всему нужно время. Я живу в российском информационном пространстве, смотрю очень многие их передачи, потому что я их боюсь. Я служил в советской армии, я понимаю их ход мыслей, их монголо-татарское имперское безумие, и я все время наблюдаю за ними.

Сейчас социальной деятельностью занимается очень много молодых людей, и, чувствуется, что в России что-то меняется. А у нас? У нас выделяют деньги на что-то без конкретной цели. Доля зарубежного кино в кинотеатрах Латвии: 95%. А должно быть так: выделяем, скажем, 10 млн. евро для того, чтобы снизить долю зарубежного кино на рынке до такого-то процента. А именно, чтобы создавать национальный продукт. Иначе мы своими налогами поддерживаем американских кинопроизводителей.

Но скорее рак на горе свистнет, чем кто-то конкретизирует такую цель. То же самое с Латвийским телевидением. Конечно, можно задать вопрос, нужна ли нам, например, передача «Savai zemītei». Рейтинги и т. п. Но смотрите шире! Латвийское государство в своём информационном пространстве контролирует столько-то процентов, поэтому мы в бюджете на следующий год предусмотрим столько-то миллионов, чтобы наша информационная доля увеличилась на столько-то процентов. Но у нас дают деньги, но не говорят, чего нужно добиться. Если увеличится наша информационная доля, отомрут всевозможные чужеродные тролли.

— Это то, что сейчас делает Россия: там производится национальный продукт, к тому же в больших объёмах. И это касается как кино, так и области информации.

— Это потому, что в России проблемы другого рода: у них пропали основы существования государства. В Советском Союзе было ясно: цель — победа пролетариата во всем мире. Без разницу, кто ты: русский, азербайджанец или молдаванин, на тебе винтовку и айда, вперёд!

В российской империи живёт чрезвычайно большое количество национальностей, поэтому культивировать русский национализм опасно. В какой-то момент Путин начал тратить деньги на православную церковь. Им нужен сильный царь, поэтому относительно недавно они начали возводить памятники старым царям.

В России начался полный беспорядок: лидер коммунистов Зюганов говорит о Ленине и одновременно посещает церковь. Из-за этого балагана русские теряют свою идентичность. Появляется масса фанатиков. И уже неважно, мусульмане они или православные — любой фанатик опасен. Но я — европеец, мне важны европейские ценности.

В свою очередь Россия… Я слышал от русских такие речи: они хотят, чтобы Европа была полностью загнана в угол, и тогда они пришли бы ей на помощь. Это своеобразное миссионерство: довести что-то до безумия, а затем помогать. Не зря у русских есть поговорка: бьёт, значит любит.»