13 июня в Смилтенском крае откроется самое большое заведение среднего образования в Видземе – средняя школа имени Павла (Паула в латышской транскрибации) Ливена, которая объединяет три учебных заведения: Смилтенскую центральную среднюю школу, Смилтенскую гимназию и Смилтенскую начальную школу Трех холмов. Обозреватель «Неаткариги» Элита Вейдемане возмущена. Нет, не открытием школы, а присвоением ей имени светлейшего князя Российской империи, а не коренного латыша.

Павел Иванович Ливен (это он на портрете) родился в 1875 году в Петербурге, в семье камергера. Особое возмущение Вейдемане кундзе вызывает тот факт, что его мать Наталья, которая большую часть своей жизни провела при российском дворе, приезжая в Видземе, велела поднимать российский флаг у Смилтенской усадьбы. (Интересно, а какой флаг ей надо было поднимать — латвийский? Так Латвии как страны еще не существовало). Позднее она подарила это имение своему сыну, князю Павлу на 18-летние. Он много сделал дял Смилтене, построил больницу и общежитие для бедных, признает обозреватель.

«Одни восторгаются тем, что имя благодетеля Смилтенского края будет увековечено, другие чертыхаются по поводу чрезмерного внимания к чужеземцу», — пишет Вейдемане.

«Следуя примеру думы Смилтенского края, Риге тоже стоит назвать какую-нибудь школу именем Петра I , так как он участвовал в основании Царского сада (нынешний Сад Виестура), посадив дерево. Но все же среди местных попавших под оккупацию также можно найти много эрудитов и активных деятелей, в честь которых стоило бы назвать какое-нибудь учебное заведение или дом для малоимущих», — пишет Вейдемане.

Она с иронией отмечает, что «даже Нил Ушаков не предлагает присвоить Латвийскому университету имя Николая II».

В заключении Вейдемане с сожалением замечает, что учебным заведениям в Латвии присваивают имена «недружественных для государства лиц».

«Мы, латыши, готовы назвать свои маленькие дворцы света не именами борцов за нашу свободу, а именами своих угнетателей», — заключает журналист.

Вот как — построил человек больницу и дом призрения, а все равно остался угнетателем. Вот если бы он больницу вместе со школой сжег, но распевал при этом дайны, то, очевидно, оказался «дружественным для Латвии лицом».

А вообще сказывается недостаток советского образования у людей старшего поколения — историю Латвии изучали в те годы с большими пробелами. Так, видимо, г-жа Вейдемане не знает, что Павел Иванович Ливен — отец Ливена Анатолия Павловича. Того самого, что в мае 1919 года освобождал Ригу от большевисткого правительства Стучки со своим добровольческим отрядом. Плечом к плечу с ним бился ландесвер из остзейских немцев.

И вот пока они на пару дрались за город, латышская бригада полковника Балодиса телепалась в отдалении в Пиньках. Но это не помешало назвать одну из рижских улиц Баложу дамбис, а вот имени Ливена в топонимике латвийской столицы до сих пор нет. Может и в самом деле пора? Ливена гатве — звучит неплохо.

Вейдемане: как можно было назвать школу в Смилтене именем Ливена — угнетателя латышей!?