Совсем недавно председатель Лиепайской русской общины Валерий Кравцов был самым популярным русским политиком – яркий, харизматичный, заметный во всех отношениях. Едва не каждое его высказывание моментально бросались цитировать и русские и латышские СМИ. И вдруг пропал – на самом взлете карьеры…

Вспомнить о недавнем бурном прошлом Кравцов согласился без долгих уговоров. Крепкий хозяйственник, бизнесмен, человек прямой и открытый, в начале 2000-х он стал в Лиепае одним из лидеров борьбы за сохранение русских школ, организовал Лиепайскую русскую общину. В 2010-м был избран в сейм от партии Согласие, но депутатом пробыл всего год – после роспуска 10-го сейма, в следующий баллотироваться не стал.

— Да, в следующий сейм не пошел. Однопартийцы уговорили. Сказали, что я буду больше интересен в Европарламенте. И мне будет гарантировано хорошее место в партийном списке на выборы туда. А в данный момент партии надо, чтоб я немного притормозил, уж слишком я был заметной персоной, — вспоминает Кравцов. — С точки зрения партийного руководства это было, пожалуй, построено правильно. И потом, в следующем сейме они б меня доели.

-Кто?

-Латышские националы. Они реально готовили всевозможные козни, грызли меня день и ночь из-за того, что я плохо знаю латышский. Некоторые коллеги даже интересовались в шутку, сколько я заплатил Затлерсу за разгон сейма, чтоб уйти оттуда тихо, без позора.

Однопартийцы в целом меня поддерживали, но дружбы в политике не бывает. Были и такие, что откровенно завидовали – вокруг меня что ни день, то скандал. Безо всяких финансовых усилий с моей стороны. А в том мире любой шум на пользу фамилии.

— Но почему на выборы в Европарламент вы не пошли?

— Меня просто не включили в списки. Да никто ничего не объяснял…Политика вещь такая…Я посмотрел ее изнутри, мне не понравилось. И я благодарен судьбе за то, что оттуда выскочил. Там люди мгновенно отрываются от реальности. Я на себе это ощутил даже за короткое время депутатства.

Тогда была жуткая зима, и я просидел безвылазно в Риге недели четыре. Наконец, приехал домой, в Лиепаю. Ночь, город весь завален снегом, нечищенный. Тогда я и понял, насколько оторвался от реальности. Всего один месяц я, не сворачивая, ездил по одному маршруту — от своей юрмальской квартиры в сейм и обратно. Будто по паркету ходил. Это же совершенно другая жизнь: все вокруг расчищено, аккуратно, люди солидные вокруг.

Возвращение к реальности стало для меня шоком, а если люди годами живут в отрыве от нее, добровольно покидать уютный теплый мирок, конечно, никто не хочет и каждый изо всех сил цепляется за него. Я вовремя почувствовал отраву в крови, она ведь проникает в организм незаметно для тебя самого.

— А в Сейм вы шли с большими планами…

— Гражданство для неграждан – это, я считаю, главная проблема Латвии, которая до сих пор не решена. Второе что меня интересовало — производство. Без него у страны нет будущего. К сожалению, за тот год я всего два раза слышал слово «производство», произнесенным с трибуны сейма.

«Жданок руководит совсем уж по фельдфебельски»

— Зато в вашем образе показательно оттоптались на всех русских, грозно напомнив, что незнающие латышского языка это люди неполноценные. Хоть вы и создали в Латвии десятки рабочих мест, а должны жить в стыде от осознания своей языковой ущербности, ходить на курсы. Может, стоило выбрать другой путь: уверенно оставаться таким, какой есть? Вас же именно такого выбрали люди. Тогда бы и набрали политические очки…

— Пожалуй, политика это все-таки не мое. Я не согласен ради нее терпеть все. Меня бесило тогда и до сих пор бесит, что язык используется как дубина для сведения счетов – в политике, в бизнесе, в быту. Для Латвии это, к сожалению, характерно. Человека оценивают не по образованию, интеллекту, потенциалу. Нет, прежде всего — знание языка. Кто в этом не преуспел, априори является человеком второго сорта. Это меня просто убивало. Никого не интересовало, что ты можешь дать государству. Требовалось одно: как ты можешь об этом сказать.

-А почему вступили в «Согласие», а не в ЗаПЧЕЛ – русский вопрос это ведь их конёк?

-В ЗаПЧЕЛ у меня не сложились чисто человеческие отношения с руководством. Уж очень по-фельдфебельски Татьяна Жданок держала власть в руках.

-Когда решали менять сейм на европарламент, не приходило в голову, что там же по сути для Латвии сделать ничего нельзя – просто хорошая зарплата, теплое место?

— Я себе сам заработал достаточно хорошую зарплату. А вот проблему неграждан, я уверен, в Латвии решить невозможно. Это основная проблема государства, которая висит гирей на его шее, не позволяя ему развиваться. Вместо того, чтобы вместе строить страну, латыши и русские лишь ругаются друг с другом.

— Вам не кажется, что все уже давно смирились с таким положением дел и гражданство уже не интересует самих неграждан?

-К сожалению, так и есть. Даже под петицией 10 тысяч подписей в интернете собрать не можем. Люди выбирают то, что им удобнее. Негражанам сейчас и в Европу без виз, и в Россию.

Не знаю, благодарить за это российские власти или нет, но дай сейчас безо всяких условий латвийское гражданство негражданам, огромное количество от него откажется только ради сохранения свободы передвижения по огромной территории соседней страны. А сколько ко мне в Лиепайскую русскую общину приходило народу с вопросом, «как отказаться от латвийского гражданства и стать обратно негражданином?»… У людей стимулы простые и конкретные.

«Русские Латвии растворяются в Европе»

-Что же остается русской общине?

— Сейчас общине надо, как ракушке, закрыться на время, чтобы пересидеть исторические шторма. Очень многие бизнесмены, которые сотрудничали с нами, прямо говорят – решили притормозить на время. Хотя к известным событиям общинники относятся по-разному. Кто-то Путина боготворит, кто-то счастлив, что «Крым наш», кто-то говорит наш, но надо было делать все по-другому. Как бы там ни было, все равно мы русские и ими останемся. И наша задача — сохранять свою идентичность. Хотя перед выборами, как всегда, активизируются отдельные личности, начнут поднимать «русские вопросы»…

-Людей-то они интересуют?

-Уже нет, все ж меняется. Люди устали верить, устали ждать. Наиболее активные уехали или отошли в тень. Я уже лет шесть вручаю золотые медали от общины выпускникам школ и прошу поднять руки тех, кто собирается уезжать — поднимают все.

-Русская община 15 лет назад и сейчас это разные люди?

-Я бы так не сказал. Остались как раз те, кто были в ней 15 лет назад, а вот новые не притекли. Молодежь уехала.

— Выходит, родители, которые вроде бы отстаивали русские школы, сохранение своей национальной идентичность, не смогли воспитать в этом своих детей?

-В принципе, да. И уехала молодежь в основном не в Россию. Но так происходит не только с русскими, во втором-третьем поколении на чужбине растворяются все нации, наверное.

С другой стороны, я смотрю по Лиепае: самих общинников стало меньше, но на 9 мая людей приходит все больше. Откуда они приходят, не понимаю. На салют собирается едва не весь город. Жизнь-то продолжается.

Русские школы стали, конечно, более латышскими. Уже скоро не нужно будет никакого специального перехода на латышский язык, русское образование само на него полностью перейдет. Мир меняется, а для молодежи новые языки осваивать не проблема.

— Но латыши за это же время укрепили свои позиции, а русские растворились. Причем не в латышах – в Европе.

-Конечно, потому что там у них больше возможностей. Хотя, если хорошенько посчитать, в процентном соотношении латышей из Латвии наверняка выехало не меньше, чем русских. И это «заслуга» самих нациков. Выехали, несмотря на то, что Латвия все-таки стала латышской.

«Хорошо бы нацикам понять – эта земля нам не чужая»

Saeimas deputāts Valērijs Kravcovs.

— В нынешней жизни вам как-то помогает депутатский опыт?

-Не столько мне, сколько общине помогает. Мы теперь в Лиепае проводим на выборы своих общинников, они стараются нам на пользу. Для общины свои люди в местных органах власти предпочтительнее, чем в парламенте. Центральная власть ЛРО точно ничего не дала.

А Сейм… То, что «пчелы» не попали в Сейм, очень навредило «Согласию» — на партию повесили ярлык радикалоы и перестали рассматривать как возможного партнера по формированию правительства. Несмотря на то, что «Согласие» взяло на выборах 33 процента. Вот если б в Сейме было две русских партии, у одной из них был бы шанс войти в правительство.

— У вас жизнь без политики сложилась удачно, дочку выдали замуж за состоятельного индуса…

— Да, к вопросу о том, как воспитали своих детей русские лидеры…Одна дочь вышла замуж за индуса, вторая серьезно дружит с финном, сын симпатизирует девочке из Малайзии. Глобализация! Но моя внучка в Индии в свои два годика учит 3 языка сразу и русский в том числе.

— А вы почему до сих пор в Лиепае?

-В это, наверное, трудно поверить, но мне здесь нравится! Я действительно люблю Латвию. Все здесь хорошо, только бы порядка навести побольше. Хорошо бы нацикам это понять: уж если русские за 25 лет отсюда не уехали, значит, эта земля для них не чужая. И значит, не надо бояться дать им право голоса.

Елена СЛЮСАРЕВА.

«В политике люди мгновенно отрываются от реальности». Валерий Кравцов о личном опыте