Сообщение пресс-службы Латвийской Православной Церкви о том, что в Латвии появился ненастоящий священник Августин, которого судят в России, процитировали все ведущие латвийские интернет-СМИ. Было оно опубликовано и у нас. В свою очередь Августин предложил ознакомиться с его позицией. Press.lv, естественно, дал слово и ему…

Напомним, пресс-служба ЛПЦ писала, что «нашим священникам уже в течение нескольких месяцев поступают многочисленные вопросы и жалобы от православных мирян и даже от инославных на деятельность некоего отца Августина. Это архимандрит Августин (Защиринский). Он не является священником Латвийской Православной Церкви, а только проживает в Латвии, как частное лицо. По последним данным он, хоть и называет себя архимандритом, таковым не является».

По утверждению ЛПЦ, Защиринский не имеет права совершать богослужения и требы (отпевания, панихиды и молебны), так как в России против него возбуждено дело в Церковном суде, он находится под следствием Церковного суда и запрещен в священнослужении.

Не имея права совершать богослужения и требы, архимандрит Августин не только совершает отпевания православных, обманывая родственников покойных, но и, надевая облачение католического священника, отпевает и католиков. Нам даже приносят фотографии в облачении католического священника. Обманывая людей, он говорит, что он создает приход в юрисдикции Константинопольского Патриархата.

-Отчего же я обманываю людей, — удивился Августин Защиринский в ответ на обращение корреспондента press.lv. — Мы (это 260 человек) действительно с 8 июля этого года ожидаем решения госрегистра по утверждению в Латвии Латвийской Православной церкви под управлением Константинопольского патриархата. Он, кстати, и есть инициатор. По закону запрос рассматривается 2 месяца. И уже скоро в Латвии будет две Православных церкви. И нет в этом ничего особенного — обыкновенное восстановление справедливости. Мы восстанавливаем ту Православную церковь, что была в Латвии до 1940-го года. Не вижу никакой необходимости для взаимной ненависти, мы вполне можем существовать одновременно, но автономно — две церкви.

-Вы сами как давно появились в Латвии и откуда прибыли?

-Я здесь родился, я коренной латвиец, мне 42 года. Свое служение я начинал в Киево-Печерской Лавре, там был посвящен в сан монашества. Высшее богословское образование получил в Германии, учился там 5 лет — с 2008 по 2019 год на православном отделении.

Когда началась эпопея с Украиной (в 2014 году), я был клириком в Лавре. Как и многие священники ждал, что патриарх Кирилл выскажет свое мнение о происходящем, призовет к примирению, попытается остановить российскую агрессию. Покойный патриарх Алексий, например, никогда не сближался с государством, он говорил: «Я — патриарх для всех».

Но примиряющих слов патриарха Кирилла мы до сих пор не дождались. Поскольку я гражданин Латвии, сторонники Кирилла добились моего перевода из Киева в Москву, а там в 2019-м году широкоизвестный митрополит Илларион призвал генпрокуратуру прислушаться к моему «неправильному» мнению.

-В каком смысле призвал?

-Написал туда бумагу, со мной же разбирались. Но суда никакого не было — Латвийская Православная церковь, которой управляет Александр Кудряшов, меня оболгала. Я остаюсь православным священником, иеромонахом. А не архимандритом, так я никогда не представляюсь, тут они снова солгали. Меня просто направили в Латвию, хотя я не скрывал своего «иного» мнения о здешней православной церкви.

-Чем же она вас не устраивает? Решили остаться одиночкой?

-Я вовсе не одиночка. Нас — пока — 260 единомышленников. И уже несколько священников православной церкви Московского патриархата проявили к нам интерес, тоже ждут регистрации.

Я занят, если можно так выразиться, организационным вопросом — самым главным — регистрацией и юридическим возрождением Латвийской Православной церкви Константинопольского патриархата. Потому что в Церкви Московского патриархата, которой руководит Александр Кудряшов, меня многое не устраивает.

-Что именно — службы идут, требы совершаются, люди в храмы ходят.

-Вот именно. На этом всё и заканчивается. Вся церковная жизнь здесь заскорузла. После богослужения священника не найти. О миссионерстве давно забыли. Нет здесь настоящей жизни в церковных общинах. Люди годами ходят в одну и ту же церковь и не знают друг друга по именам. В Украине, например, совсем иначе. Общины крепкие, люди и молятся сообща, и помогают друг другу, прихожане сплоченные. Не то что я не согласен с руководством Кудряшова — люди несогласны, другой должна быть православная церковь. Впрочем, я не призываю их закрывать — пусть будут две церкви, люди сами выберут, в какую ходить.

-Но ведь тут встаёт вопрос собственности, не так ли? Если вы зарегистрируете церковь — преемницу той, что была в Латвии до 40-го года, то наверняка будете требовать у церкви Московского патриархата делиться — зданиями, землями…

-Что значит «если» — это вопрос практически решенный, идёт обычная юридическая процедура. Поэтому Александр Кудряшов испугался и пытается меня скомпрометировать. Что до материальных ценностей — на их собственность мы не претендуем. У нас есть храм в центре Риги, где мы молимся. Пока регистрации нет, адреса сообщать не буду. Нас интересуют люди. Будут люди — будет и церковь. Я вернулся из Киева и был потрясен, как много людей ходит в церкви там и как мало прихожан осталось здесь.

-Чем же вы будете их привлекать?

-Главное, чтоб люди понимали, что церковь всегда вне политики. Она служит для примирения. Никто не может использовать церковь как прислужницу властей.

-Владыкой этой церкви станете вы?

-Моё дело восстановить приход. Остальными вопросами будет заниматься Синод Константинопольского патриархата.

-Это правда, что иногда вы надеваете одежду католического священника и служите по католическому обряду тоже?

-Да, и в этом нет ничего преступного. Есть такое понятие — биритуализм, когда священник может надевать и облачение православного и католического по необходимости, когда нужно, например, отпевать человека по тому или другому чину. Нужно только знать оба обряда, я знаю, я же окончил католическую семинарию.

-Не думали перейти в католичество?

-Нет, хотя между нашими конфессиями много общего, разница все же есть. Мне ближе православие. Но отношения между католиками и православными братские. Латвийские семинаристы-католики, например, постоянно ездят на практику в Киево-Печерскую лавру — это нормально. Мы ведь все в первую очередь христиане. Что бы обо мне не говорили, я не против Православной церкви московского патриархата. Никаких захватов или раскола не будет — люди сами выберут, что им ближе к сердцу.

Напомню, в 1993-м году в Эстонии Православная церковь вышла из-под управления Московского патриархата и перешла под управление Константинопольского. Покойный патриарх Алексий не делал из этого трагедии, не поднимал шум, просто отпустил ее. И ничего с православными плохого в Эстонии не случилось. Там есть храмы под управлением и Константинопольского и Московского патриархатов. И у нас всё будет мирно.

-Дай Бог!

Надежда Васильева

Фото ЛПЦ

«Скоро в Латвии будет ещё одна Православная церковь»: Августин Защиринский