«Если вспомнить скандалы «государственного значения», произошедшие в Латвии за последние десятилетия, то вырисовывается четкая тенденция: суммы, фигурирующие в крайне сомнительных финансовых тратах (иначе называемых воровством у государства), становятся все больше и больше, а «продолжительность жизни» этих событий все короче. Если дело о трех миллионах Latvenergo или «денежных вагонах» Repše почти год удерживало внимание общественности, дела Unibanka и Krajbanka серьезно раскачивали парламент, то теперь измеряемые сотнями миллионов или даже миллиардами скандалы с Parex, закупками для армии, OIK, Rail Baltica или airBaltic — быстро исчезают из фокуса внимания СМИ и общественности. Народное возмущение вспыхивает, как петарда, но вскоре угасает, не достигнув никаких результатов», — пишет на pietiek.com политик Янис Урбанович.

«Неизменная на протяжении десятилетий правящая элита постепенно приучила народ к определенному алгоритму: заказывается расследование, создается комиссия, возбуждается дело, а в итоге оказывается, что «доказательств преступления нет». Политический хор: «Ну как же так, как же так», и скандал покрывается пылью забвения. Зачем кому-то менять порядок вещей, если эта простая схема работает?

И результат — не только растущая отсталость Латвии, но и разочарование людей, недоверие к своей стране, апатия. Граждане отгораживаются, все меньше участвуют в выборах, а элите становится все легче манипулировать народом. Если кто-то пытается указать на то, что латвийская политика постепенно захлебывается, его тут же обвиняют в распространении нарратива «несостоявшегося государства», называют паникером или «рукой Москвы»…

Очевидно, что произвол властной элиты обусловлен нашей избирательной системой, при которой избиратель не может потребовать отчета о том, что сделал и чего не сделал каждый конкретный депутат. В пропорциональной избирательной системе закодирована коллективная безответственность, а этнические голоса и выстроенные вокруг них «красные линии» делают власть практически несменяемой.

Именно поэтому нам необходима реформа избирательной системы.

Мне кажется, в обществе растет понимание необходимости таких перемен. С чуткой интуицией творческого человека эту идею продвигает, например, Алвис Херманис. Но предлагаемые им маневры сложны и, простите, наивны — трудно представить, что властная элита добровольно изменит систему, которая так удобна для нее.

Однако эта болезнь не является неизлечимой — есть лекарства, которые могут помочь. Один из основных инструментов прямой демократии — институт референдумов — в Латвии в настоящее время не работает. Формально он существует, но в реальности его невозможно использовать, потому что не удается достичь необходимого количества людей, подающих инициативы. Поэтому начинать нужно с изменений в законе о референдумах, а затем граждане должны высказаться по поводу изменения избирательной системы. При миноритарной системе (возможно, смешанной?) в честной борьбе побеждает сильнейший, а у избирателя в кармане лежит красная карточка, которую он может показать своему представителю, если тот отступит от своих обещаний.

Я думаю, что в Латвии достаточно людей, которые понимают необходимость таких изменений. Мы не сможем остановить упадок страны, если не проведем эти реформы. Поэтому их нужно настойчиво требовать и инициировать на всех уровнях — политикам, лидерам общественного мнения, общественным активистам.

Хочу также обратиться к всенародно любимому президенту: если его цель — повернуть Латвию в правильном направлении, а не просто избираться и переизбираться, может быть, ему пора вскочить на ту борону, о которой он говорил в своей новогодней речи? Вдруг ему это удастся?», — предлагает Урбанович.

Херманис рассуждает правильно, но он слишком наивен: Урбанович предлагает срочно менять систему выборов