Латвийские дайверы побывали в Микронезии — Мекке для подводных археологов и кладоискателей.

О том, что Палау — место удивительное, можно судить даже по флагу тихоокеанской республики: круг цвета спелого лимона на фоне нежно–голубой воды. Никаких тебе бордово–кровавых полос и депрессивно–агрессивных цветов. Все яркое. Тут жизнь! И она сказочная, ведь рукой подать до экватора, днем над головой жаркое солнце, а ночью свет звезд и луны пробивает океанские воды до дна, где россыпи золота около остовов испанских галеонов… С мечтой о кладоискательстве на Палау отправилась группа дайверов из рижского клуба «Посейдон» во главе с Сергеем СЕМЕНОВЫМ.

Кто рассыпал изумруды?

— Ранее я нырял с группами во многих местах на Земле, но на Палау не бывал, ведь это очень далеко и добраться туда совсем непросто, — говорит «ВЕСТЯМ» Сергей СЕМЕНОВ, недавно вернувшийся на родину. — Эти места — рай для тех, кто любит нырять к затонувшим кораблям, искать их, изучать живую историю.

Летят туда из наших краев, как правило, с тремя пересадками: Рига — Париж — Токио — Палау. На все перелеты чистого времени — почти сутки. Но это того стоит! Если посмотреть на острова с высоты, из самолета, то создается впечатление, будто в океане кто–то разбросал изумруды — и все они рассыпались в одном месте, локально: протяни руку и собирай!

И эти «изумруды» так обильно покрыты зеленью, что диву даешься. Острова из воды поднимаются прямо посреди океана, торчат, словно столбики с ярко–зелеными шапками, и вода на отмелях нежно–изумрудного цвета, куда можно зайти по золотистому или белому песку. Райское место! Между островов масса проток, по которым ходят обычно на спидботах…

Мы с группой прилетели на архипелаг ночью, потом приехали к месту базового лагеря и… Меня сразу удивила тишина, совершенно нетипичная, например, для регионов Юго–Восточной Азии. И терпкий тропический запах… А впереди нас ждало большое путешествие. Правда, когда мы уже на следующий день отправились к месту погружений, провожатые нас предупредили, что на многие острова попасть невозможно. Почему? Во–первых, на некоторые ты буквально не залезешь физически, поскольку их берега — отвесные скалы с отрицательным наклоном. А наверху — зелень, на суше есть пресная вода, но… Никаких бухточек и поселений! Удивительно, но и в наше время хватает совершенно необитаемых островов в океане… А во–вторых, почему не попадешь на многие острова, — потому что они объявлены ЮНЕСКО закрытой заповедной территорией, чтобы человек не нарушал хрупкий мир, не вторгался в исключительно уязвимую экосистему…

Магический танец мандаринки

— На этих островах полно и ОЧЕНЬ ядовитых змей, — продолжает свой рассказ Сергей Семенов. — Например, живет там плоскохвост. Правда, человека ему укусить непросто, поскольку у змеи маленький рот. Не может морская змея так широко его открыть, как сухопутная. С местным гидом, японцем, мы подходили на лодке к берегу одного охраняемого острова и видели, как на ветвях отдыхают целые «вязанки» самых ядовитых змей в мире.

А подводный мир Палау — это особая сказка. Архипелаг состоит из множества мелких атоллов, образовавшихся на вершинах подводных вулканов. В прибрежных водах обитают… 1 500 видов тропических рыб и множество редких млекопитающих. Также, по данным экологов, у берегов Палау водится 130 видов акул, в том числе из тех, которым грозит вымирание.

Дайвинг там особый. Нырять надо со специальными рифовыми крюками. Ими цепляются за кораллы, держатся и наблюдают за жизнью кругом, ведь течение на глубинах мощное. И ты там не дайвер, а висящий на веревке кусок мяса, которым любуется акула, плавающая рядом: насколько ты аппетитно выглядишь? Впрочем, не стану никого пугать: человек не входит в рацион акулы, и на глубине этот морской хищник для нас не так уж опасен — за исключением разве что большой белой. Но белую акулу мы там, слава богу, не встретили.

Зато вволю налюбовались великанами мантами и тунцами. Кто–то скажет: мол, тунец — ерунда какая–то! А вот вы видели его на глубине? Это рыба огромная (иногда даже больше акулы), яркая, переливается всеми цветами, удивительной формы.

Водится в тех местах и рыбка–мандаринка — словно не от мира сего. Ее выманивают на свет фонарика, который дайв–гиды прячут в оранжевый буй. Эта крошечная рыбка живет в ветках мертвых кораллов. И вот самец начинает выплывать в поисках самочки, а если находит ее, то совершает вокруг нее завораживающий ритуальный танец, и потом две рыбки медленно поднимаются к поверхности. Такого количества мандаринок, как на Палау, я больше не видел нигде!

Там же водится и древнейший и крупнейший моллюск на Земле — наутилус. Это единственный современный род подкласса наутилоидей и единственный среди современных головоногих, имеющий наружную камерную раковину. Спиральная раковина диаметром иногда более 20 сантиметров разделена на три десятка камер, последовательно соединенных длинным сифоном. Моллюск живет в передней, самой большой камере, а раковина используется им как поплавок и балласт. Вообще–то наутилусы водятся на глубинах, недоступных для дайверов, и «пообщаться» человеку с моллюском можно только в рамках спецпрограммы. Да, именно так!

Но и в пресных водоемах есть на что посмотреть. Например, на одном из островов есть удивительное озеро Медуз. Там, логично, обитают медузы. Миллионы! Они совсем не умеют жалить и охотно плавают рядом с человеком…

В поисках золотых галеонов

— На Палау каждый аквалангист найдет для себя то, что хочет. Так, любитель всякой живности — эту самую живность. Любитель опускаться в пещеры — те самые пещеры. Ныряешь в одну с берега или с небольшой глубины, а потом — все ниже, ниже: по залам, в лучах солнца, которые преломляются, и в них танцуют океанские обитатели. И наконец, ты выныриваешь из пещеры у самого океанского дна — у золотистого песка.

В свою очередь, любитель нырять к затонувшим кораблям найдет те самые корабли. Там больше всего под водой кораблей японского военного флота, который погиб во время войны в прошлом веке. Еще у дна лежат японские и американские самолеты. Мы опускались к некоторым.

Но у меня–то всегда был археологический зуд, поисковый. Так там и для меня райское место! Причем на Палау важно готовиться ко всему, ведь речь идет о поиске сокровищ — кораблей, которые тонули еще во времена Средневековья и испанской экспансии, когда ходили галеоны, груженные серебром и золотом. А то время — это и атаки пиратов, и большие морские сражения…

Первым европейцем, увидевшим острова Палау, был, вероятно, испанец Руис Лопес де Вильялобос в середине XVI века. А в 1686 году Испания объявила их своей собственностью, но ничего не сделала для того, чтобы колонизовать их. Контакты между островитянами и европейцами были установлены только спустя 100 лет, когда на рифах вблизи острова Улонг разбилось судно «Антилопа» английского капитана Генри Уилсона. Верховный вождь острова Корор Ибедул распорядился помочь в ремонте корабля.

С этого все и началось. А потом острова были то испанскими, то германскими, то японскими, то американскими, и только в 1994 году Палау стали независимой республикой, хотя сильное влияние США все равно остается. Ну и цены на архипелаге — соответственно, как везде, где есть влияние Штатов, — ОЧЕНЬ высокие. В том числе и поэтому место далеко не самое популярное среди туристов: не каждый сможет себе позволить там отдохнуть.

А вот кто действительно не думает ни о чем, а только о глубине и царстве Посейдона, так это дайверы, ныряющие, чтобы оказаться ближе к своей «подводной мечте»…

31 июля 2014. №31

Где рай? На Палау!