Наверное, потому, что актером он был большим, а относился к себе без пиетета. Это было одно из самых обаятельных его свойств. Гердт словно всю жизнь отказывался принимать собственную биографию с той серьезностью, которой она заслуживала.
А биография была такая, что другому хватило бы ее для бронзового бюста.
И почти никогда не жаловался. Вот это, пожалуй, важнее многих ролей.
Красавцем он не был никогда. Маленький. Щуплый. Хромой. С лицом, совершенно не предназначенным для плаката о герое-любовнике. И женщины сходили по нему с ума.
А потом появилась Таня. И выяснилось, что человек, который много раз влюблялся, способен один раз полюбить.
Татьяна Правдина была переводчицей с арабского. В 1960 году Театр Образцова собирался на гастроли по Ближнему Востоку, и ей предстояло подготовить арабскую версию «Необыкновенного концерта». При знакомстве Гердт прежде всего спросил:
— Дети есть? — Есть. — Кто? — Девочка. — Сколько? — Два года. — Подходит.
Так начиналась любовь, которая продлится тридцать шесть лет.