Исключительно малым количеством иностранцев в Японии надо объяснить то обстоятельство, что русская «колония» в ней все же заметна, несмотря на свою очень малую, по сравнению с другими странами, численность. Кроме того, «колония» русская — учреждение, имеющее за собой известную историческую давность.
С самого начала новой Японии появились в ней русские духовные просветители. И вот встает во весь свой немалый рост фигура весьма замечательного русского пастыря, архиепископа Николая, основоположника японского православия.
— «Никорай заговорил», — улыбались они друг другу, видя в этом знак того, что страшная беда миновала.
Заслуга восстановления собора принадлежит нынешнему митрополиту Сергию, который прибыл в Японию, еще успев застать в живых архиепископа Николая.
И едва ли тут можно сослаться на пример архиепископа Николая, оставшегося со своей японской паствой даже в годы русско-японской войны! Времена были другие, да и государственный «нрав» императорского Петербурга был иной, чем «нрав» советской Москвы.
Прежде чем говорить о русском православном приходе в Токио, стоит сказать несколько слов о православии среди японцев.
Собор посещает также немалое число простых русских людей. Во время службы стоят в храме молящиеся, имеющие вид зажиточных русских крестьян, мелких торговцев, мещан русской провинции. Видны бороды, вышитые рубахи, даже высокие сапоги.
Вот это, может быть, самая любопытная черта русской эмиграции в Японии: у нее есть свой «народ», не так уж многочисленный, но ведь и вся эмиграция весьма немногочисленна — пожалуй, не более двух с половиной тысяч человек во всех трех главных центрах, то есть в Токио, Иокогаме и Кобе.