Журналист Фредерик Озолс — об экономической отсталости Латвии: о чем снова умалчивают

Ибо, если речь идет об уровнях, надо называть конкретные цифры — каким этот уровень должен быть? Каким он будет, если повысить налоги? И как вообще повышение налогов может способствовать кредитованию? Тогда уж куда лучше этого мог бы достичь пересмотр показателей достаточности капитала (а это невозможно) или изменение требований к выдаче кредитов. Причина иная — не хватает денег. И высокая прибыль банков показывает, что в этом секторе деньги есть (а также то, что происходит срезание затрат и приведение в порядок цифр бухгалтерскими методами). С другой стороны, если у нас внезапно вызывает волнение несоразмерная прибыль предпринимателей, то стоило бы обратить внимание и на очень большую прибыль крупных розничных сетей  – Rimi и Maxima. Не только они фактически переделили рынок, но и устанавливают очень жесткие правила игры и обуславливают, например, низкие доходы производителей местной продукции.

Вернемся к кредитам: а что в Латвии на данный момент можно кредитовать? У нас возникла много раз обещанная наукоемкая экономика? Коротко говоря — нет. Можно, конечно, в новостях обещать то разработку уникальных ковидных вакцин с привлечением латвийских ученых, то открытие завода по производству вакцин в европейском масштабе, но, может быть, пусть все это остается жанру фантастической литературы. Реально мы на протяжении многих лет систематически не инвестировали так, чтобы был создан такой портфель инноваций, который теперь можно было бы коммерциализировать. То, что где-то еще есть какие-то команды ученых, которые что-то разрабатывают (часто по запросу других более крупных научных центров), не означает, что им там что-то принадлежит и может быть коммерциализировано. Раньше можно было кредитовать строительство и недвижимость. Но эти области давно уже перестали быть привлекательными. В мировых новостях даже говорят о том, что зреет кризис в секторе коммерческой недвижимости (где все же тоже произошли существенные изменения привычек).Общество — не ребенок, к тому же оно должно принимать очень важные решения на выборах.

Мы должны быть информированы и о том, каких средств и на какие цели не хватает в бюджете. А также и о том, как нам достичь того самого большого скачка к развитому народному хозяйству с наукоемкими отраслями. Это обещали многие годы, пока было модно говорить о плане развития страны. Правильно — сейчас о нем даже уже не говорят. Мне нравится мысль отнять деньги у банков. Потому что их в самом деле разнесло. Но это ничего не изменит в более широкой перспективе. Более того, это будет заплата для одной дырки на кафтане, который при этом рвется во многих местах одновременно. Что же? У кого потом отрезать будем? В какой момент снова захотим ухватиться за социальный бюджет и пенсионные накопления? Сколько еще ждать до тех пор, когда снова зазвучат речи о том, что необходимо повысить пенсионный возраст (читай — отложить выплату пенсий как можно ближе к среднему прогнозируемому окончанию продолжительности жизни)? Какие еще услуги «отрежем» у региональных больниц или закроем их вообще, сказав, что нет ничего более удобного, чем ехать в больницы Риги, Лиепаи или Даугавпилса по неотремонтированным дорогам на отсутствующем общественном транспорте? Рано или поздно придется решать главную проблему — наше ненормальное экономическое отставание от других стран — как в Евросоюзе в целом, так и только в нашем регионе.