Ту-154: почему пилот крикнул: «Закрылки!»

Второй бортовой самописец потерпевшего крушение самолета Ту-154 сохранился в отличном состоянии. По крайней мере, так его состояние оценили при первичном осмотре. Об этом сообщил в среду в эфире телеканала «Россия 24» старший инженер комиссии по расследованию катастрофы Дмитрий Попов.

«Состояние по внешнему виду отличное — немножечко повреждена теплоизоляционная и бронезащита. Даже то, что ручки на месте, это первый признак того, что, наверное, если не было воздействия соленой воды, то магнитная лента должна быть в отличном состоянии», — сказал специалист.

Он уточнил, что речь идет о параметрическом самописце, который был установлен в хвостовой части самолета. Этот прибор, как и первый обнаруженный «черный ящик», будет доставлен в Центральный научно-исследовательский институт ВВС в подмосковных Люберцах.

Ранее источник агентства сообщил, что всего за время поисковой операции обнаружено более 1,5 тыс. фрагментов и обломков самолета, примерно треть из которых — около 570, уже поднята на поверхность.

Издание Life опубликовало якобы оказавшуюся в его распоряжении расшифровку последних переговоров экипажа с речевого самописца Ту-154, который накануне был доставлен в Центральный научно-исследовательский институт ВВС.

— …Скорость 300… (Неразборчиво.)

— (Неразборчиво.)

— Забрал стойки, командир.

— (Неразборчиво.)

— Ух, ё-мое!

(Звучит резкий сигнал.)

— Высотометр!

— Нам… (Неразборчиво.)

(Звучит сигнал об опасном сближении с землёй.)

— (Неразборчиво.)

— Командир, мы падаем!

В подлинности этого диалога сомневается руководитель летно-испытательного центра научно-исследовательского Института гражданской авиации, испытатель Ту-154, герой России Рубен Есаян.

«На самолете Ту-154 никто не говорит «забрал шасси» или «забрал стойки».

После взлета на высоте не ниже 10 метров командир дает команду «убрать шасси». Кран шасси находится ближе всех ко второму пилоту. Второй пилот берет этот кран, понимает, тут же срабатывает сигнализация, гаснут табло, что шасси выпущены, а потом загорается надпись, что шасси убраны. Все. Так что все эти диалоги – выдумки каких-то сочинителей», — настаивает Есаян.

По его словам, закрылки на самолете Ту-154 входят в систему управления, а все системы управления самолета имеют двойное, а иногда и тройное резервирование. Если произошел какой-то отказ, то сработают запасные системы. «Отказ – и все выключилось и отрубилось… В авиации так не происходит.

Опытный пилот Ту-154, пожелавший не называть своего имени, рассказал «Газете.Ru» свою версию того, что могло произойти с самолетом.

По словам специалиста, шасси убираются при взлете самолета на высоте 15-20 метров. В этот момент происходит небольшая перецентровка самолета, которая убирается триммером — компенсирующим устройством. В Ту-154 — это механизм эффекта триммирования (МЭТ), который корректируют затяжку в системе пружин, удерживая штурвальную колонку от отклонений. Для управления МЭТ используются переключатели на рукоятках штурвалов, при включении которых, штурвальная колонка плавно перемещается в заданное пилотом положение.

На высоте 100 м и на скорости приблизительно 400 км/час происходит уборка закрылок, выпускаемых при взлете на 25 градусов. Эту операцию осуществляет бортинженер. Он может прекратить ее в любой момент, особенно в тех случаях, когда уборка закрылок идет не синхронно.

При уборке закрылок пилот ощущает тянущие усилия на штурвале, поскольку уменьшается подъемная сила самолета. Эти усилия тоже парируется триммированием, чтобы самолет «не висел на руках». С увеличением скорости и нарастанием подъемной силы, наоборот, возникают давящие усилия на штурвале, которые снимаются «отдачей триммера от себя».

«Если командир закричал «Закрылки!», то вполне возможно, что на штурвале возникли такие давящие усилия, парировать которые триммированием командир корабля уже не смог», — объясняет летчик.

Как предположил собеседник «Газеты.Ru», возможно в самолете все-таки была нарушена центровка. «Почему это не сказалось при взлете в Чкаловском и посадке в Адлере? Тогда, вполне возможно, всех пассажиров разместили ближе к носу самолета, а уже в Адлере они расселись по своему желанию.

Борттехник просто не стал их будить и пересаживать ближе к носу. Возможно, что этого вполне хватило для создания задней центровки самолета и катастрофических последствий», — объяснил пилот.

Он напомнил, что таким образом разбился Ту-104 с командованием Тихоокеанского флота в 1981 году в Ленинграде.

Тогда, по версии генерал-лейтенанта, заслуженного военного летчика и бывшего командующего ВВС и ПВО Балтийского флота Виктора Сокерина, которую он рассказал в «Независимом военном обозрении», приехавший «очень не в духе» командующий ТОФ пожелал лететь в своем салоне в передней части самолета в одиночку. С десяток человек выставили «в хвост», хотя требовалось сделать все точно наоборот, а потом обратно по местам только после взлета.

Командир экипажа рассчитывал, что сможет с небольшим углом оторвать машину от взлетно-посадочной полосы на скорости больше расчетной с максимальным предельно допустимым отклонением, но покатившиеся по проходу после начала разбега рулоны бумаги привели к выходу центровки за критические пределы, и машина потеряла управление.

«Самолет – это «аптекарские весы», коромысло которых лежит на некоем условном, весьма небольшом по ширине бруске.

И оно (коромысло) параллельно земле (и не падает) только в случае, если на обеих чашах весов примерно равные массы. Ширина бруска в данном примере и есть разрешенный «зазор» между предельно-передней и предельно-задней центровками», — писал Сокерин.

Собеседник «Газеты.Ru» знакомый с предварительными результатами расследования отказался говорить о версиях катастрофы, но уточнил, что никакой перегрузки Ту-154, как и тяжелых грузов на его борту в принципе, не было. По его словам, кроме музыкальных инструментов и небольшого количества коробок с гуманитарным грузом, который брала с собой филантроп Елизавета Глинка, в самолете ничего не было.

Ожидается, что в четверг министр транспорта Максим Соколов, возглавляющий госкомиссию по выяснению причин катастрофы, расскажет о предварительных итогах работы комиссии.

В свою очередь, министр обороны Сергей Шойгу в среду рассказал, что выплаты семьям погибших в размере 5,8 млн рублей начнутся в течение дня. Об этом он сообщил на заседании Общественного совета Минобороны.

По его словам, Минобороны прорабатывает разные меры поддержки семей сотрудников, погибших при крушении Ту-154, работая с их семьями.

«Все это мы делаем и будем продолжать делать. Речь идет о судьбе детей, женах, о жилищных условиях. Все это мы рассматриваем, безусловно. Часть решений уже озвучена, какие-то решения и предложения находятся в стадии проработки», — рассказал Шойгу.

Также он выразил благодарность многим коммерческим компаниям, которые предложили свою помощь ансамблю имени Александровна, и сообщил, что конкурс для нового набора в состав хора и оркестра ансамбля начнется после Нового года.

«Как это всегда было, туда отбирались и попадали лучшие, и я думаю, что так и будет», — сказал министр.

В среду стало известно, что президент России Владимир Путин изменил формат традиционного новогоднего приема в Кремле после крушения Ту-154. «Вы знаете, что произошло у нас, какая трагедия недавно. Поэтому я хочу изменить традиционный прием в честь Нового года, чтобы он носил рабочий характер», — цитирует слова Путина РИА «Новости».

На военно-транспортном самолете Ту-154, который направлялся в Сирию с подмосковного аэродрома Чкаловский и потерпел крушение в Черном море после дозаправки в Адлере утром 25 декабря, на борту находились 92 человека — восемь членов экипажа, восемь пассажиров-военнослужащих, двое федеральных госслужащих Минобороны, 64 артиста Ансамбля песни и пляски Российской армии имени Александрова, девять журналистов федеральных телеканалов и глава благотворительного фонда «Справедливая помощь» Елизавета Глинка, известная как Доктор Лиза.