«Именно так! Ушаков раньше отмечал 13 октября – день, когда в 1944 году красные «освободили» Ригу. Через год, 13 октября 1945 года, в Риге гостил один британский дипломат. В архивах читал его сообщение Лондону: люди не празднуют эту дату, русский режим воспринимают как оккупацию, устали. Такая в то время была реакция рижан. Однако меня заинтересовал другой вопрос: что эти люди у памятника (в Пардаугаве) думают о том, почему латыши, которых вроде бы как «освободили», туда не идут? Неужели их это не тревожит? И что на самом деле отмечает Ушаков? Победу Колымы над Бухенвальдом? Один режим пожирающий людей, сменил другой такой же», — считает Шноре.

По мнению политика, с уважением к коренной нации надо было бы соответствующе себя вести, а не устраивать «вызывающий балаган» в самом центре Риги.

Шноре также возмущается тем, как как отмечают 9 мая в самой России.

«В Москве на военном параде маршируют девушки в коротких юбочках и блузочках, которые увешаны орденами, как будто бы они взяли Берлин. Не настоящие униформы, ненастоящие ордена. В день, когда надо чтить память погибших и выживших, превращен в карнавал», — возмущается Шноре.

«И сколько выживших тогда осталось сейчас? Мало, совсем мало. Самих ветеранов почти уже нет в живых, большинство тех, кто в Риге у памятника бахвалится, являются офицерами армии оккупационного режима и их потомками. Однако, когда Путин падёт с трона, то и здесь, в Латвии вся бравада спадет. Таким образом, не может длится долго действие путинского режима», — пишет Шноре.

По мнению Шноре, есть еще один вопрос, достойный обсуждения, о том, что в январе 1991 года в Риге на баррикадах были не только латыши.

«И среди милиционеров, которые встали на сторону Народного фронта в январе, а также в августе во время путча, были не только латыши. Поэтому я четко отделяю русских «homo sovjeticus», Булгакова и «шариковых» — от тех, кто обожествляет Путина, тоскует по СССР и уверен, что «русские в Латвии дискриминируются».

«Да, были и такие русские. Однако – это миф, что большинство приехавших русскоязычных поддерживали идею восстановления независимости Латвии. Историки и исследователи, также и русские исследователи, которые работают над этой темой, пришли к выводу, что вовсе не поддерживали эту идею. В связи с чем, говорить, что в начале все было великолепно, а потом злая Латвия приехавших сюда русских обманула, поэтому они такие вспыльчивые и обиженные, не корректно. Такими они было и в 1991 году», — заключает политик.

«Они и в то время хотели, чтобы у русского языка здесь был статус второго государственного языка. К тому же вспомним «инициативу Даугавпилса» 1991 года, который призывал к автономии нескольких регионов. Основы для особого оптимизма по поводу так называемых «наших русских» я не вижу. Конечно, такие есть, но их меньшинство. Где была русская интеллигенция, когда в Латвию приезжала Валерия Новодворская, чтобы осудить оргии 9 мая у памятника?», — вопрошает Шноре.

Как сообщалось, в этом году праздничные мероприятия в парке Победы в Риге 9 мая посетили около 150 тысяч человек.