«Секретные» ассирийские цари: их пытались вычеркнуть из истории, но оказалось, что рукописи не горят

Примерно так долго выглядела история Новоассирийской державы. Почти столетие учёные пользовались Ассирийским царским списком — AKL — как главным перечнем правителей Ассирии. Он предлагал прошлое в наиболее удобном его виде: последовательность царей, престолонаследие, династии. Всё находилось на своих местах.

Теперь выясняется, что по крайней мере трёх царей на этих местах не было.

Не потому, что они не существовали. Именно потому, что существовали.

Эккарт Фрам из Йельского университета и Александр Йоханнес Эдмондс из Мюнстерского университета опубликовали в Journal of Cuneiform Studies исследование, которое предлагает иначе взглянуть на Ассирийский царский список. По их мнению, перед нами не беспристрастная хронология, а политический документ — тщательно отредактированное прошлое, из которого убрали тех, чьё присутствие портило стройность рассказа.

Недолго правившие цари, соперники победивших монархов, неудачливые претенденты — все они имели один существенный недостаток: проиграли.

А проигравший в древности рисковал потерять не только царство и голову. Он мог лишиться собственного прошлого.

Тиглатпаласар, которого не должно было быть
Первого «лишнего» царя исследователи обнаружили благодаря сильно повреждённой глиняной табличке, хранящейся в Британском музее.

На ней записано царское пожалование, датируемое 762 годом до н. э. Раньше его пытались приписать либо Адад-нирари III, либо Тиглатпаласару III.

Была, правда, небольшая неприятность. В 762 году до н. э. ни один из них не царствовал. Историки привыкли к подобным неприятностям. Обычно предполагается ошибка писца, неправильная датировка или повреждение текста. Фрам предложил более интересное объяснение: ошибки нет.

Царь был. Просто его потом вычеркнули.

Согласно новому прочтению таблички, царское пожалование мог издать ранее неизвестный ассирийский принц, принявший имя Тиглатпаласар. Он восстал против своего племянника — официального царя Ашшур-дана III.

И здесь история неожиданно начинает подтверждать сама себя. Ассирийская эпонимная хроника сообщает о восстании в городе Ашшуре в 763 и 762 годах до н. э. А в июне 763 года произошло полное солнечное затмение.

Для нас солнечное затмение — повод достать специальные очки и посмотреть на небо. Для ассирийца VIII века до н. э. оно могло означать совсем другое: боги предупреждают о скорой смерти царя.

К тому же незадолго перед этим страну поразила эпидемия. Эпидемия, исчезнувшее солнце, тревожное население, сомнения в благосклонности богов и амбициозный родственник монарха — трудно придумать более подходящий набор обстоятельств для государственного переворота.

Мятежный Тиглатпаласар, по оценке исследователей, сумел удерживать власть около двадцати месяцев.

Потом проиграл. И исчез из истории. Почти на 2800 лет. Салманасар, которому поменяли имя Второго потерянного царя обнаружили, в сущности, там, где он всё это время и находился: на камне.

В 1894 году в районе Телль-Абты на территории современного Ирака нашли стелу влиятельного ассирийского сановника Бел-Харран-белу-уцура.

Надпись на ней давно вызывала вопросы. Первоначально имя царя на памятнике читалось как Салманасар. Затем кто-то исправил его на Тиглатпаласара. Камень, в отличие от придворного историка, переписать трудно. Но можно попробовать.

Фрам и Эдмондс предполагают, что между 747 и 745 годами до н. э. в Ассирии действительно правил ещё один Салманасар, отсутствующий в официальном царском списке.

Время для него было выбрано не самое удачное. Страну раздирали беспорядки, вассалы проявляли неповиновение, усиливалась активность кочевых племён.

В 745 году до н. э. появился человек, которому предстояло стать одним из наиболее знаменитых ассирийских правителей, — Тиглатпаласар III.

Салманасар потерял престол.

После этого ассирийские чиновники столкнулись с хорошо знакомой государственной проблемой: что делать с памятниками, на которых написано неправильное имя правильного царя? Имя исправили. Салманасар исчез.

Тиглатпаласар остался.

Царь без головы

Третьего звали Ашшур-убаллитом.

Он, предположительно, правил около 913–912 годов до н. э. В официальном Ассирийском царском списке его нет, однако имя Ашшур-убаллита обнаруживается в более позднем тексте, рассказывающем о восстановлении серебряного ритуального сосуда, посвящённого богу Ашшуру.

То есть существовал предмет, существовала память о его восстановлении, существовало имя царя.

Самого царя официально не существовало.

Исследователи полагают, что Ашшур-убаллит мог быть законным наследником престола, которого очень быстро отстранил соперничающий принц.

Возможно, сохранилось даже своеобразное вещественное доказательство его поражения.

В Ашшуре была найдена царская статуя. Ей отбили голову и уничтожили знаки царского достоинства.

Мы не можем с абсолютной уверенностью сказать, кому она принадлежала. Но если исследователи правы, перед нами довольно выразительный способ редактирования исторической памяти.

Сначала человек теряет престол. Потом голову. Потом имя. И наконец историки через несколько тысячелетий начинают подозревать, что здесь кого-то не хватает.

История, исправленная победителями

Открытие трёх возможных царей меняет не только несколько строк ассирийской хронологии. Оно меняет саму картину возникновения Новоассирийской державы.

Мы привыкли видеть её возвышение почти как движение хорошо организованной военной машины: последовательные правители, административные реформы, армии, завоевания и в конце концов империя, простиравшаяся от Персидского залива до Средиземного моря.

Теперь ранний этап этого подъёма выглядит значительно менее аккуратно.

Внутри царской семьи шла ожесточённая борьба. Возникали кризисы престолонаследия. Страну поражали эпидемии. На политическую ситуацию влияли климатические изменения. Васcалы бунтовали. Принцы пытались отнять престол у родственников.

Некоторым это даже удавалось. Ненадолго.

И именно это «ненадолго» оказалось принципиально важным. Потому что официальная история сохранила не всех правителей Ассирии, а тех, кого последующая власть решила считать правителями Ассирии.

Как отмечает Фрам, результатом всей этой нестабильности стал не распад государства. Напротив: из кризисов Ассирия вышла державой нового типа — беспрецедентной по масштабам и агрессивности империей, построенной на систематическом военном господстве над соседями.

Есть соблазн считать царские списки бухгалтерией прошлого: имя, годы правления, преемник. Но три забытых монарха напоминают, что древние списки составляли люди, а у людей были начальники, враги и вполне определённые представления о том, что следует помнить.

Ассирийский царский список рассказывал правду. Просто не всю. И, возможно, именно поэтому он оказался столь убедительным.