Рита Нашениеце: мы не смогли интегрировать даже советских колонистов, так что завозить беженцев — преступно

«Я не настолько фатально настроена, как, например, Херманис. Думаю, что быстрая и резкая реакция Европы может остановить этот процесс. Ничто не ново под луною. Мы знаем, что такое Венские ворота. В XVII веке ислам добрался до Вены, где его остановили военной силой», — говорит в интервью «Латвияс авизе» Рита Нашениеце. (Тот самый «эксперт», что обвинила Нила Ушакова в желании сдать Ригу российской армии, перекопав улицы и затруднив таким образом эвакуацию населения и переброску войск). Себя она при этом называет «ангелом мира». Итак: перед нами ангельский образец «латышской женщины». Слушаем.

-Мигранты и гибридная война — по-моему, эти процессы связаны намного сильнее, нежели могло бы показаться. И все же будем разбираться по частям. О мигрантах: оцениваются ли риски? Существует ли в Латвии реальная политика интеграции?

-В Латвии никогда не существовало реальной политики интеграции. Конечно, есть такие, кто сам интегрировался, так как всегда в любом обществе есть люди с высокой степенью эластичности.

Однако, если мы говорим о реализуемой правительством политике интеграции, в Латвии она потерпела фиаско уже в самой лёгкой части, а именно: не смогла интегрировать тех людей, которые как колонисты приехали сюда во время СССР. С учётом этого неудачного опыта, у меня нет никаких иллюзий о том, каким могло бы быть решение в более сложной части.

— Не кажется ли тебе странным то, что сильные мужчины в призывном возрасте вместо того, чтобы остаться защищать отчизну, отправляются на поиски убежища в страны, предоставляющие пособия побольше? Кто защитит их жен, детей, матерей? Солдаты НАТО? И почему в Латвии пособие для беженца больше, чем пособие на уход за ребёнком и пенсии?

— Ты очень логично объединила эти вопросы.

Я отношусь к тому типу латышских женщин, которых можно назвать «ангелами мира», кто всегда поможет горемыкам.

Но желание помочь не мешает мне думать рационально. В том, что этой специфической демографической группе не место в Европе, по крайней мере, не в таких количествах, сомнений нет. Их безразличие к судьбе тех, кто слабее, но оставлен в зоне боевых действий, свидетельствует о культуре и мышлении, которые вместе с ними привносятся сюда. Мы импортируем эту культуру.

Я не настолько фатально настроена, как, например, Херманис. Думаю, что быстрая и резкая реакция Европы может остановить этот процесс. Ничто не ново под луною. Мы знаем, что такое Венские ворота. В XVII веке ислам добрался до Вены, где его остановили военной силой.

Чтобы остановить преступные перевозки беженцев, не нужна даже военная сила, но, конечно, нужна воля. Огромные ресурсы тратятся на уход за этими мужчинами и улаживание специфических проблем, которые они создают. Больший смысл был бы в направлении этих ресурсов на то, чтобы из лагерей для беженцев переместить женщин и детей.

Канада и США проводят отбор беженцев в лагерях, они действительно принимают тех, кому нужна помощь. Естественно, они не могут помочь всем. Но у них есть система отсчёта, моральные стандарты и обоснования, почему именно эта семья с малышами и бабушкой оказывается в Канаде или США.

Увеличение пособия для беженцев в ситуации Латвии непонятно. Права человека в воспринимаю как универсальную категорию, а не спецуслугу для каких-то особых групп населения. 4-го мая в супермаркете в Руйене ко мне подошла пожилая женщина тихонько прося о чем-то. Я вытрясла деньги, что были в сумочке, чтобы она могла купить себе продуктов.

Тогда она меня поздравила с праздниками, но я из-за стыда и ужаса хотела сквозь землю провалиться. Когда читаю о пособиях для беженцев, элементарная логика и чувство справедливости во мне кричат во весь голос.