Минобороны России в своих сводках продолжает сообщать о продвижении вглубь украинской обороны в Харьковской области, но ни Z-блогеры, ни независимые источники какие-либо значимые территориальные приобретения не подтверждают.

Американский Институт изучения войны (ISW) в свежей сводке пишет о незначительном продвижении российских войск в районе села Глубокое к северу от Липцов и в районе села Старицы к западу от Волчанска. Судя по более подробным картам украинского портала DeepState, речь идёт о нескольких сотнях метров, которые наступающим частям удалось преодолеть за несколько дней.

«В ближайшие недели вряд ли стоит ожидать масштабного продвижения с нашей стороны, — считает российский „военкор“ Александр Коц. — Мы продолжаем теснить противника к речке в Волчанске, но уже нужно закрепляться на достигнутых рубежах и готовиться к контрудару. А то, что он последует, сомневаться не приходится. Противник не просто так стянул сюда мощнейшую группировку».

Чего добилась Россия наступлением на севере?

Разумеется, сейчас можно говорить лишь о промежуточных итогах.

Всего с начала мая российским войскам удалось захватить около 280 кв. км украинской территории, из них около 200 кв. км — именно в Харьковской области. С одной стороны, это немного. С другой, отвоевать такую территорию в условиях позиционной войны — задача нелёгкая.

Российское командование не пыталось или не сумело развить тактический успех первого этапа, когда почти без боя или с минимальными потерями удалось преодолеть полосу обеспечения и создать угрозу главному рубежу украинской обороны.

Образовался новый участок фронта шириной более 50 км, требующий от обеих сторон немалых ресурсов. ВСУ были вынуждены перебросить на опасный участок несколько наиболее боеспособных подразделений, что дало повод прокремлёвским блогерам говорить об успешном отвлечении сил.

Однако и наступательный потенциал российской группировки «Север», сил которой прежде с трудом хватало на оборону протяжённой границы с Украиной в Брянской, Курской и Белгородской областях, появился не из воздуха. Её ударную компоненту составили резервы, снятые с других важных направлений, прежде всего с соседнего Купянского.

Расширение линии боестолкновения не привело к каким-либо заметным изменениям на других участках. Это и не удивительно — ВСУ перебросили на север Харьковской области стратегические резервы, не ослабляя другие позиции.

Какими могли быть планы российского Генштаба?

На этот счёт есть разные предположения. Много говорилось о «санитарной» (или буферной) зоне, призванной защитить от обстрелов российское приграничье.

Однако обстрелы Белгорода не прекратились, хотя и стали не столь регулярными, как до начала российской операции, а по приграничным населённым пунктам даже усилились — что логично при обострении конфликта. Очевидно, что для создания буферной зоны российское продвижение оказалось слишком мало как по глубине, так и по ширине.

Есть мнение, что активизация российской армии на новом направлении имела целью оттянуть силы ВСУ. Отчасти это правда, но встаёт вопрос: кто больше оттянул.

«Украина под Волчанском собрала внушительную группировку — до 14 бригад. И хотя многие из них тут присутствуют лишь отдельными батальонами, тем не менее, сила внушительная — до 20 тысяч солдат и офицеров. Это, на сегодняшний день, более чем в полтора раза превосходит наши силы, задействованные в наступлении», — утверждает Z-блогер «Рамзай».

Но и собранная под Белгородом российская группировка — по данным открытых источников, не менее 35 тысяч солдат — выглядит не менее внушительно.

Россияне перемещают под Белгород как личный состав, так и технику со стороны Курской области, заявил спикер оперативного командования ВСУ «Север» Вадим Мысник. «По нашим данным, количество российских солдат стало меньше», — сказал он.

Одна из особенностей нынешнего военного конфликта — отсутствие так называемого тумана войны. Благодаря современным средствам разведки обе стороны хорошо осведомлены обо всех перемещениях противника и численности его соединений.

В случае резкого обострения ситуации командование может перебросить на опасный участок наиболее боеспособные резервы. Но очевидно, что численность такой «пожарной команды» не будет избыточной, и после стабилизации на линии боестолкновения «элитные» части могут быть заменены на обычные.

Украинский военный аналитик Константин Машовец считает, что цели российского командования в Харьковской области были куда более амбициозными. По его версии, российская армия планировала нанести отвлекающие удары в направлении Липцов и, возможно, Сум, быстро форсировать реку Волчья, окружить и взять Волчанск, после чего устремиться на юго-восток — в общей сложности продвинуться на глубину примерно 80 км от границы.

«Настоящей целью российского наступления „на Харьков“ было, и, судя по всему, продолжает быть не сам Харьков, а тылы нашей Купянской группировки. Или чтобы было понятнее — вся территория Харьковской области восточнее каскада водохранилищ Сиверского Донца», — пишет Машовец.

По его мнению, операция на Харьковском операционном направлении всё еще продолжается и отказываться в полной мере от ее продолжения российское командование пока не собирается.

Способны ли ВСУ провести контрнаступательную операцию?

Артиллеристы ВСУ готовят к выстрелу САУ M109.

С учётом резервов, стянутых украинским командованием на Харьковское направление, возможности для этого есть. К тому же у передовых российских подразделений было мало времени, чтобы закрепиться на позициях.

Если следовать военной науке, наступление нужно начинать с изоляции района боевых действий — наносить фланговые удары, перерезать или брать под огневой контроль дороги, по которым ведутся поставки частям на передовой, атаковать тыловую инфраструктуру.

Но даже при беглом взгляде на карту видно, что оба района, куда зашли российские войска, находятся на самой границе, а основные средства огневого поражения, базы снабжения и другие важные военные объекты российской армии располагаются в Белгородской области. Следовательно, если проводить ответную операцию по всем правилам, нужно захватывать российскую территорию или как минимум наносить по ней массированные удары.

При этом российская группировка «Север» бросила в наступление со стороны Белгородской области лишь часть своих подразделений, у неё достаточно сил и средств на проведение оборонительной операции. У российской армии по-прежнему значительный перевес в авиации и артиллерии.

А отношение ряда западных стран — главных поставщиков вооружений Киеву к ударам по российской территории до недавнего времени было крайне отрицательное.

Как могут развиваться события?

В ситуации с Харьковской областью в некотором смысле уместна параллель с обстановкой в Крынках на левом берегу Днепра, откуда крупная российская группировка «Днепр» уже несколько месяцев не может выбить немногочисленный украинский десант.

Всё дело в том, что небольшие украинские подразделения на левобережье играют роль приманки, а основные потери российским подразделениям наносят артиллерия и дроны с правого берега. Форсировать Днепр и уничтожить средства огневой поддержки ВСУ возможности нет, но и игнорировать десант нельзя, иначе он начинает захватывать всё новые и новые территории, расширяя проблемную зону.

Да ещё и нужно следить за другими участками левобережья, куда тоже могут высадиться небольшие подразделения ВСУ.

Что-то похожее складывается и на севере Украины, только там в роли водораздела выступает государственная граница с Россией, а инициативой владеет российская армия. Не исключено, что она предпримет попытки создания плацдармов и на других участках, прилегающих к госгранице.

Командование российской ГВ «Днепр» пытается решить проблему украинских плацдармов массированными бомбардировками занятой десантом территории, охотой на пути снабжения и регулярными рейдами — местами эффективно, но в целом безуспешно.

Вероятно, схожую задачу теперь придётся решать и ВСУ на северной границе. Они могут применять западное оружие по российским частям, вторгнувшимся в Харьковскую область (никто из союзников Киева это не запрещает), и попытаться нарушить российскую логистику, поскольку дорог там мало.

Но следует учитывать, что параллель между естественной водной преградой — Днепром — и линией госграницы довольно условна, поэтому возможны не только эти варианты. И пойти на обострение ситуации могут обе стороны.