Можно смело предположить, что его позиция не понравилась никому из лидеров западного мира. Начиная от Дональда Трампа, у которого есть повод обвинить Макрона в отступничестве от трансатлантической солидарности, и заканчивая Ангелой Меркель, которая тоже может предъявить обвинение в предательстве, но уже не трансатлантической солидарности, а общеевропейских интересов.

Берлину не может понравиться желание Парижа выстроить стратегическое партнерство с Россией и Турцией, причем без каких-либо изначально невыполнимых предварительных условий. При этом не стоит осуждать Эммануэля Макрона, ведь в глобальной политике всегда работает правило: вовремя предать — значит не предать, а предвидеть.

У нынешнего лидера Французской республики довольно много недостатков, начиная от низкого рейтинга и заканчивая наполеоновской амбициозностью, но вот с политическим чутьем у него все в порядке.

В своем выступлении Эммануэль Макрон прошелся по нескольким болевым точкам международных отношений, упомянув Россию, Турцию, сирийский кризис, отношения с США и даже Украину. По всем пунктам высказывания получились довольно скандальными, ибо его позиция сейчас идет вразрез не только с мнением Вашингтона, но и с заявлениями, которые он сам делал в прошлом.

Пожалуй, самым искрометным эпизодом выступления стало цитирование Владимира Путина по теме Сирии. И хотя Макрон не упомянул российского президента, всем понятно, кто и когда предложил, чтобы сирийский народ сам решал, кто будет руководить Сирией. Президент Франции хоть и заявил, что сохранение власти Асадом "было бы ужасной ошибкой", но признал, что "ни Франция, ни какая бы то ни было другая страна не должны указывать, кто должен руководить Сирией" и что нужно "создать условия, в которых сирийский народ сможет решить этот вопрос".  

Посмотрите на эти заявления глазами Госдепа. Финансируемые администрацией Трампа "Белые каски" активно готовят очередную провокацию с использованием химического оружия, к Сирии стягивается ударная группа Военно-морского флота США, американские дипломаты делают грозные заявления и обещают люто покарать Асада за применение химического оружия, и тут вместо активной и безоговорочной поддержки Макрон заявляет, что Асад — это, конечно, плохо, гуманитарный кризис в Идлибе — это тоже нехорошо и побомбить Сирию можно, но пусть сирийцы сами решают, как жить дальше. Это не просто дезертирство с геополитического антироссийского фронта, а настоящий саботаж.

Еще одна идея, которая не может понравиться администрации Трампа и самому президенту США, была озвучена в форме призыва не рассчитывать на американцев в вопросе европейской безопасности и самостоятельно обеспечить суверенитет Европы. Если посмотреть на эти тезисы Макрона глазами Трампа, то получается следующее: вместо того чтобы больше платить американцам за "крышу", как того требует Трамп, французский лидер призывает заняться "импортозамещением безопасности".

То есть американцы денег не увидят, а на кону, как мы помним, стоит любимая Трампом цифра в два процента европейского ВВП. Именно такую дань Вашингтон требует от Евросоюза в виде "расходов на оборону", которые на практике превращаются в "расходы на НАТО", а, как известно, "расходы на НАТО" — это доходы Пентагона и американского военно-промышленного комплекса. Макрон, по сути, обозначил нежелание тратить несколько десятков миллиардов долларов в год на дань США.

Вашингтону это явно не может понравиться. Более того, если посмотреть на еще один тезис французского лидера, то может закрасться подозрение, что у него есть и более революционные идеи. Например, он заявил, что без переформатирования отношений с Россией и Турцией Евросоюз не сможет обеспечить свою безопасность в долгосрочной перспективе. А теперь, отставив в сторону "проблему Турции", посмотрим на карту и зададимся вопросом: для обеспечения защиты от кого или от чего Макрону понадобилось переформатирование отношений с Россией? Защищаться от Китая? Невероятно.

Защищаться от наплыва беженцев с Ближнего Востока? Для этого достаточно Турции, да и для самого Евросоюза вопрос блокирования сколько угодно большого наплыва мигрантов — это вопрос наличия политической воли, а не военных возможностей. Борьба с терроризмом? Это дело спецслужб, да и для сотрудничества с Россией в этом вопросе никакого переформатирования отношений не требуется, Москва и так готова взаимодействовать в борьбе с террором со всеми, кто заинтересован в этом.

Как говорил Шерлок Холмс, "отбросьте все невозможное, и то, что останется, будет ответом, каким бы невероятным он ни казался". Тут остаются три возможных варианта: или Макрон сказал некую дипломатическую благоглупость (что тоже случается); или он боится, что без переформатирования отношений с Россией Евросоюз никогда не будет в безопасности из-за угрозы со стороны Москвы; или, наконец, он таким образом намекал на желательность переформатирования отношений с Россией для обеспечения европейской безопасности от некоей звездно-полосатой угрозы, о которой (пока) нельзя упоминать вслух. 

Впрочем, когда президент Франции четко говорит о необходимости самим европейцам гарантировать "европейский суверенитет", то очевидно, что это "шпилька" не в адрес Москвы, Пекина или Анкары. Тем более что сама концепция европейского (как и любого другого) суверенитета вызывает аллергию только в одной мировой столице, той самой, которая претендует на статус мирового гегемона.

Кстати, по американским претензиям на лидерство Макрон тоже "прошелся", заявив о необходимости выстроить более честную систему международной торговли, а не "смиряться с гегемонией одной [страны] и разделением остальных". Кто бы мог подумать, что это говорит тот же президент, которого еще год назад называли "другом" Трампа и описывали его отношения с президентом США забавным американским термином "броманс" (от bro — дружбан, братан и romance — роман, близкие отношения). 

Как и подобает современному политику, свою главную мысль по поводу европейского будущего Макрон подчеркнул в твиттере:

"Вопрос, заданный сегодня: считает ли Китай или Соединенные Штаты, что Европа — это центр силы, у которого сравнимая с ними самодостаточность? Это не так. Чтобы справиться с этой задачей, мы должны в условиях глобализации заново основать гуманистическую Европу."

Цели ясны. Франция претендует на ведущую роль в ЕС, а Европу видит в качестве одного из полюсов мировой силы в той же весовой категории, что США и Китай. Под эту задачу уже подобрана идеологическая начинка — "европейский гуманизм". Проблема в том, что Макрон ошибся с идентификацией главного вопроса современности. 

Применительно к Европе, да и к любой стране или коалиции стран, которые не готовы мириться с американской гегемонией, главный вопрос сегодняшнего дня звучит совсем по-другому, его сформулировал один из классиков российской поп-культуры XX века: "Чего будут стоить тысячи слов, когда важна будет крепость руки?" Ответ на этот вопрос мы узнаем совсем скоро, так как амбиции французского лидера будут обязательно проверены на прочность в ближайшей перспективе. Но с точки зрения российских интересов позитивные новости есть: объединенного Запада уже не существует. И это не может не радовать.