От наркотиков до проституции: психолог рассказал, что бывает с подростками, которые сбегают из дома

«На данный момент можно выделить две такие большие группы, которые склонны бродяжничать и убегать. Самую большую группу составляют подростки социального риска, и это подростки, которые в основном проживают в учреждениях. Мы знаем, что часто случаются побеги из кризисных центров, из детских домов. И часто эти дети скитаются неделями и месяцами. С точки зрения логики это понятно, эти подростки находятся в местах, где они не хотят быть, где у них не складываются хорошие отношения, где они переживают различный травмирующий опыт и, логично, что они стараются уйти оттуда при первой же возможности.

С другой стороны, есть вторая группа. Эти подростки часто происходят из семей, где таких проблем нет. Даже в таких семьях подростки могут убегать, бродяжничать, и там один из трех вариантов. Это может быть какой-то жест. Это может быть какое-то послание от подростка. Способ доказать свою автономию. Еще это может быть связано с влиянием друзей, когда подросток оказывается в такой среде среди других подростков-бродяг. Подростки вообще склонны делать то же, что и их друзья, для них это очень важно, и если он по какой-то причине попадает в группу, которая так поступает, то, вероятно, тоже начнет поступать так. К тому же, у девушек могут быть влюбленности, у парней это может желание принадлежать к группе или банде», — объясняет специалист.

Опасность состоит в том, что общество перестает реагировать на пропажу детей, которые часто уходят из дома. И тогда такие дети могут попадать в серьезные неприятности, начиная от наркотиков, заканчивая проституцией.

«Для таких детей очень высоки риски сексуального использования и прочее», — говорит Константинов.

Подросток, который сбегает из дома, редко остается один. Ему нужно где-то спать, что-то есть. И притоны, в которых ночуютом дети, чаще всего «держат» взрослые.

«По моему опыту, подростки также остаются у других подростков, чьи родители работают за границей. Есть подростки, которые живут одни. Их количество довольно велико, и тогда эти квартиры становятся местами, где они (бродячие подростки – ред.) могут остановиться. Таких беспризорников, которые бы спали в живых изгородях и под мостами, как в 90-е, у нас относительно немного. В основном они где-то остаются. Либо эта квартира принадлежит другим подросткам, либо взрослым. Они встречают взрослых, которые продают наркотики либо через Интернет, либо в местах, где они тусуются», — объясняет специалист.

Он говорит, что при поисках ребенка эффективнее всего с полицией искать то место, компанию или взрослого, у которого подросток мог остаться. И отмечает, что встречи с психологом раз в неделю для подростков, склонных к бродяжничеству – не выход. К тому же специалистов, которые работали бы с такими подростками – очень мало.

«Между прочим, довольно часто хорошей практикой является то, что молодых людей иногда, хотя бы временно, помещают в какие-то места, где их можно физически удержать. Скажем, в какой-то безопасной, терапевтической среде или в терапевтических семьях, например, тех подростков, которые сбегают из учреждений, но у нас и этого толком нет», — жалуется Константинов.