«Золотой миллиард» стремительно сжимается, разрыв между бедными и богатыми увеличивается, а США и Великобритания из «витрины человечества» превращаются в рассадник нищеты. Это сильно напоминает пропаганду советских времен, но, увы, речь в данном случае идет о выводах ООН и ведущих экономистов планеты.

На минувшей неделе был опубликован доклад «О неравенстве в мире», в составлении которого участвовали более ста экономистов из разных стран. Возглавил этот коллектив француз – автор бестселлера «Капитал в XXI веке» Тома Пикетти. Статистика, собранная им и его коллегами, убедительно доказывает, что того капитализма, на который тридцать лет назад молились граждане бывшего СССР, более не существует в природе.

Сегодняшний капитализм напоминает, скорее, романы Диккенса: богатые богатеют, бедные беднеют. И те и другие геттоизируются – но кто-то в охраняемых поселках, а кто-то в трущобах. Социальные лифты если и работают, то везут только вниз.

Авторы исследования проанализировали скорость роста доходов в разных слоях населения за последние 36 лет. Выяснилось, что начиная с 1980 года 27% от всего прироста мирового богатства достались 1% человечества, а 4% пришлись на долю 0,001% – это около 76 тысяч наиболее богатых людей в мире.

В то же время скорость роста доходов пресловутого «среднего класса» (то есть тех, кто находится между 50% наиболее нуждающихся и 1% сверхбогатых) замедлилась и к сегодняшнему дню практически остановилась. Если текущий тренд на обнищание масс и обогащение миллионеров сохранится, в 2050 году 0,1% населения Земли будут владеть тем же богатством, что и весь мировой средний класс. По сути, это означает, что к 2050 году никакого среднего класса не останется в помине – он плавно вольется в ряды глобальной бедноты.

Доклад Пикетти выявляет интересную закономерность. Быстрее всего экономическое неравенство растет в ведущих экономиках мира. За успехи золотого миллиарда расплачивается стремительно нищающее население развитых стран.

В 1980 году 1% граждан США владели 22% национального богатства страны. Сегодня им принадлежит уже 39%. Владелец «Амазона» Джефф Безос за один прошлый год прибавил к своему состоянию 33 миллиарда долларов и в ноябре был провозглашен самым богатым человеком мира с общим состоянием в 100,3 миллиарда долларов.

Примерно та же картина складывается в Британии. В 1984 году 1% сверхбогатых владели 15% национального богатства, теперь – 22%. За последние тридцать лет, доказывает Пикетти, страны золотого миллиарда достигли такого же уровня экономического неравенства, как и традиционно неблагополучные в этом плане страны Африки и Ближнего Востока.

За рекордный рост доходов одного процента населения расплачивается трудящееся большинство: страны золотого миллиарда настигла эпидемия нищеты. Фонд Джозефа Раунтри – благотворительная организация, больше ста лет борющаяся с бедностью в Соединенном Королевстве – относит к беднякам четырнадцать миллионов британцев. Это примерно одна пятая от всего населения страны. В «стесненных условиях», по данным фонда, проживают четыре миллиона детей и почти два миллиона стариков.

Ситуацию не может переломить даже рекордно низкая для Англии безработица. Все более значительная часть зарплаты уходит на стремительно дорожающую аренду и коммуналку, а любые накопления съедаются инфляцией. Это не позволяет гражданам накопить на достойную пенсию. Покупка собственного жилья также становится для них недоступной – цены на недвижимость сделали домовладение настоящей роскошью.

Бюро переписи населения США относит к беднякам 41 миллион американцев (12,7% населения), но многие эксперты и НКО считают эту цифру заниженной. При этом 32,6% от общего числа бедных – это дети, а среди бездомных доля детей составляет 21%.

Ситуация с обнищанием населения в Америке стала настолько острой, что в декабре ее мониторинг начал специальный докладчик ООН по проблемам крайней бедности и прав человека Филипп Олстон. Олстон пообещал исследовать, как бедность влияет на соблюдение прав американцев «с учетом того, какую важность правительство США придает теме прав человека в своей внешней политике». Его маршрут включал Калифорнию с ее бездомными, Западную Виргинию с безработными шахтерами, Алабаму с потомственной нищетой цветного населения и штат Вашингтон, где стремительно беднеет рабочий класс.

По итогам своего вояжа Олстон выпустил отчет, отрывки из которого напоминают о самых мрачных временах «великой депрессии» и «дикого капитализма»:

«Я много чего повидал в этой поездке... Я видел отхожие места во дворах там, где правительство штата не обеспечивает канализацию... Я видел людей, потерявших все зубы, так как медстраховка для самых бедных не предусматривает оплату стоматолога... Я видел семьи, оплакивавшие своих близких, умерших от передозировки опиоидных обезболивающих». 

Олстон сравнил США с другими развитыми странами. Оказалось, что разрыв между бедными и богатыми в Америке самый большой в мире. Страна также лидирует по показателю обнищания молодежи – в нужде пребывают 25% молодых американцев и только 13% их ровесников из других развитых стран. Хуже того, американцы теперь живут меньше, чаще болеют – и эта тенденция только усугубляется.

При этом им были развенчаны многие мифы о бедных американцах. Например, тот, согласно которому бедняки – это сплошь «цветные» лентяи, сидящие на пособиях. На самом деле, нищих белых на восемь миллионов больше, чем «цветных». Большинство из них годами ищут работу, но стремительно автоматизирующееся производство просто не оставляет для них вакансий. Но даже тем, у кого работа все-таки есть, она больше не гарантирует нормального существования.

Сотрудники Walmart рассказали Олстону, что в супермаркетах этой крупнейшей в мире сети им платят настолько маленькую зарплату, что они выживают только благодаря талонам на бесплатные продукты.

Многие из этих мифов популярны и в России. Людям кажется, что на Западе уровень жизни столь высок, что жалобы на бедность – это каприз «зажравшихся» потребителей. Тем более что бедность в странах золотого миллиарда не носит настолько шокирующего характера, как в Африке или Индии, и не бросается в глаза туристам. Но есть нюанс.

Прохожие на улицах чисто одеты, потому что одежда на распродажах не стоит практически ничего. Пенсионеры могут позволить себе чашку капучино в кафе, но их дома месяцами стоят без отопления – это слишком дорого.

Скрытый характер этой бедности не делает ее менее мучительной. В самых продвинутых странах мира миллионы людей регулярно страдают от голода и холода. Из их меню исчезает мясо – на него банально не хватает денег. На их кредитных картах растет задолженность, оплатить которую нет ни единого шанса.

Мы привыкли посмеиваться над англичанами, которые начинают переживать, едва только выпадет снег. Потому что не понимаем, что для большинства семей это означает огромные счета за отопление. В целях экономии пенсионеры не включают его на ночь, а утром их находят замерзшими. В 2016 году так умерло сорок тысяч человек. В среднем за зиму каждые семь минут погибал от холода в собственном доме один пожилой британец. Появился даже специальный термин «отопительная бедность», которой страдают 2,3 миллиона английских семей и 800 тысяч шотландских.

Миллионы англичан вынуждены ходить за бесплатными наборами продуктов в продовольственные банки. Крупнейшая сеть этих благотворительных организаций – The Trussel Trust. В прошлом году фонд раздал 1,18 миллиона трехдневных наборов продуктов, из которых 446 тысяч получили дети. За первые шесть месяцев 2017 года число выдач возросло в разных регионах на долю от 12% до 30%, и в декабре фонд был вынужден обратиться за дополнительной помощью к жертвователям, предупредив, что может не справиться с наплывом людей, пытающихся получить бесплатную еду к Рождеству.

В том числе поэтому газета Independent накануне Рождества запустила проект «Помоги голодающему ребенку». Имеются в виду отнюдь не африканские малыши, а обычные английские дети. Зачастую вся еда, что им достается за день, – это бесплатные обеды в школах и всё те же благотворительные продуктовые наборы. Журналист издания, посетивший один из продовольственных банков, с горечью вспомнил Диккенса:

«В отличие от Оливера Твиста, дети, которых мы повстречали в продовольственном банке, не просили «еще!». Они казались счастливыми, если им давали хоть что-то».