«На Кубу шли, понимая, что, возможно, идём на смерть»: рассказ ветерана Карибского кризиса

Сначала американцы начали не согласованное с Москвой размещение в Турции, около города Измир, 15 ракет средней дальности «Юпитер». Их радиус действия был 2 400 км, а значит, они напрямую угрожали европейской части Советского Союза, доставая до самой Москвы.

Руководство СССР посчитало, что тем самым был нарушен ядерный паритет. Для того чтобы восстановить статус–кво, было принято решение перебросить на дружественную Кубу собственные ядерные ракеты Р–14. Они имели большую дальность полета и запросто доставали до Вашингтона, до которого от Гаваны всего пара тысяч километров.

..Среди тех, кто принимал самое активное участие в организации выставки «На грани ядерной войны», оказался полковник в запасе Владилен Третьяк из подмосковного городка Одинцово. Он предоставил для экспозиции уникальные фотографии, сделанные как раз во время проведения абсолютно секретной операции. На одном из снимков Владилена Викторовича запечатлены спрятавшиеся в верхнем трюме теплохода «Дивногорск» бойцы, которые спокойно пьют чай. А в это время над судном летают американские самолеты.

— Официально наш сухогруз отправился на Кубу для налаживания экономических связей с революционным островом. Люди были в гражданской одежде. Мол, едут простые сельхозработники. Нам разрешалось отпускать усы и бороды. Правда, условия, в которых мы оказались, были поистине невыносимые.

В трюме температура поднималась до 50 градусов. Плюс невероятная скученность. Дышать было нечем. Позже американцы проводили эксперимент: они решили повторить условия, в которых оказались советские военнослужащие. Участники эксперимента не продержались и трех дней. А мы добирались из порта Николаев 18 суток. Конечно, свою роль сыграли крепкое здоровье и молодость. Мне сейчас 78 лет, а тогда было всего 24 года. Служил в полку ракетных войск стратегического назначения в звании лейтенанта.

— Вам было страшно?

— А вы как думаете? Сами понимаете, погибать никому не хотелось. Хотя мы знали, что, возможно, идем на верную смерть. Впрочем, поначалу никто из нас, включая даже капитана сухогруза, не был в курсе, куда именно нас направляют. Были предположения, что, может, во Вьетнам. Пакет с совсекретной информацией был вскрыт только в открытом море. Тогда мы и поняли, насколько все серьезно.

Мир действительно висел на волоске. Обычно говорят, что пик противостояния пришелся на тот момент, когда руководство США наконец–то узнало о наших ракетах на Кубе. Нужные кадры в конце концов все же добыли самолеты–разведчики. Конечно, для американцев ракеты, которые они увидели прямо у себя под носом, стали настоящим шоком. Но масла в огонь подлило уничтожение советской ракетой С–75 над территорией Кубы американского самолета–разведчика «Локхид У–2», который вылетел с авиабазы в Орландо. Пилот майор Рудольф Андерсон погиб. Это произошло 27 октября вблизи города Банес.

Именно после этого президент США предъявил настоящий ультиматум, из которого следовало, что если Москва не уберет свое ядерное оружие с Кубы, то Америка уже буквально до конца октября (а до этой даты, как вы понимаете, оставались считанные дни!) готова первой нанести ракетно–ядерный удар по СССР. Сегодня, когда рассекретили многие документы и архивные данные, становится абсолютно ясно, что мир в ту пору был гораздо ближе к атомной катастрофе, чем считалось ранее. Речь шла о считанных минутах. К счастью, в итоге сумели договориться.

— Вы представили на выставке действительно уникальные снимки. Но операция ведь была совершенно секретной. Как я понимаю, фотографировать было нельзя…

— Разумеется, фотографировать было категорически запрещено. Вся операция действительно шла под грифом «Совсекретно». Тем не менее я снимал. У меня был «ФЭД–2». Приобрел его в порту Николаев перед самым походом в Атлантический океан. Купил в магазине фотоаппарат и взял еще 4 пленки. Зато теперь эти кадры точно исторические, поскольку я снимал не до, не после, а в самый разгар Карибского кризиса. «Щелкал» исключительно для себя. Поэтому и показываю фотографии только сейчас. А тогда меня бы точно упекли куда следует, если бы кто выдал. Ведь в кадры попали и переодетые военнослужащие, и твиндек (трюм), в котором мы прятались.

— Но я вижу на снимках, что верхний трюк открыт.

— Так удобнее было снимать. А потом, мы его открывали, когда поблизости не было американцев. Можно было выйти, прогуляться, принять холодный «душ» из брандспойта. Но как только начинался очередной облет, мы сразу прятались. Жара в трюме была просто невыносимой. Воздух был в большом дефиците. Но русские люди терпеливые. Мы ведь еще и чаи гоняли. Когда металлическую крышку закрывали, смотрели советские патриотические фильмы: «Чапаев», ну и так далее.

— 100 граммов не выдавали?

— Да о чем вы говорите. Не положено. Мы же не вели боевых действий. Вот когда стреляют, тогда положено. Так что у нас был сухой закон — и туда, и обратно. Нельзя было даже курить. Были и другие ограничения. В общем, мучились.

— Извините, а в туалет как ходили? Все–таки сухогруз не рассчитан на такое количество «пассажиров».

— На корме установили пару досок. Задницу над морем выставишь — вот и весь туалет.

— А что везли в нижних трюмах?

— Всевозможную военную технику. Ниже верхнего твиндека были еще два трюма. Кто–то вез ракеты, а у нас был спрятан, в частности, заправщик на 28 тонн. Ведь сами по себе ракеты не полетят. Надо предварительно заполнить баки. Ракетное топливо невероятно ядовитое. Не дай бог вдохнешь — тебе сразу капут. Так что у нас заправщик был пустой. Хотя само по себе соседство не из приятных.

Смертельно опасное горючее везли отдельно. Его усиленно охраняли люди в особой форме. Головные части ракет тоже везли отдельно. В сопровождении своих специалистов, которых и поныне называют «головастиками».

— Сколько в целом было участников Карибского кризиса?

— Более сорока тысяч человек. Но сейчас в живых осталось менее двух тысяч. Создана Межрегиональная общественная организация ветеранов воинов–интернационалистов «кубинцев» — МООВВИК. С каждым годом ее численный состав уменьшается. Увы, никаких льгот у нас нет. Ведь мы нигде не воевали. Считается, что на Кубе побывали вроде как на экскурсии. Правда, экскурсия эта необычная — с ядерным оружием. Не говоря уже о подорванном здоровье.

Скажем, в Сирии наших военных причислили к участникам боевых действий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я лично обращался на самый верх, но в статусе «кубинцев» ничего не меняется. Писали и другие. Передавали и нашу книгу «Стратегическая операция «Анадырь». Как это было». Нам говорят: «Вы достойны…» Но дальше этих слов ничего не делается.

— Владилен Викторович, а почему именно вас направили на Кубу?

— Просто так сложилось. Сам я родом с Украины, из Хмельницкой области. Окончил во Львове политехнический институт, после чего меня забрали в армию. Моя 51–я ракетная дивизия дислоцировалась на Украине. После того как приказали грузиться, нас эшелонами стали направлять на юг — как раз в Николаев. В начале осени 1962 года забросили на Остров свободы, а в конце года уже эвакуировали оттуда обратно. После Кубы я вновь оказался на Украине. Потом перевели в Забайкалье, оттуда — в Ивановскую область, затем на Урал, потом — в Новосибирск, после чего уже в Подмосковье. Так что помотался по стране.

Дмитрий МАРТ.

Хроника Карибского кризиса 1962 года

19–24 мая — разработка Генеральным штабом Министерства обороны СССР плана «Анадырь».

24 мая — на совместном заседании Президиума ЦК КПСС и Совета обороны СССР был заслушан и апробирован доклад Р. Я. Малиновского о проведении военно–стратегической операции по обороне Кубы.

29 мая — на Остров свободы из Москвы прибыла делегация для согласования с руководством Гаваны размещения советских войск.

10 июня — заседание Президиума ЦК КПСС, на котором принято окончательное решение о посылке советских войск и ракетной техники на Кубу.

12 июля — прибытие на Кубу оперативной группы во главе с командующим группой войск И. А. Плиевым, командиром 51–й ракетной дивизии генерал–майором И. Д. Стаценко и др.

26 июля — в порт Кабаньяс вошел первый теплоход с воинскими подразделениями СССР.

15 сентября — прибыл первый полк ракет средней дальности.

16 сентября — из Североморска вышел дизель–электроход «Индигирка» с ядерными зарядами.

4 октября — судно прибыло на Кубу.

15 октября — войска ПВО в составе двух дивизий поставлены на боевое дежурство.

18 октября — ракетная дивизия в составе трех полков с Р–12 поставлена на боевое дежурство.

18 октября — доклад министра обороны США Р. Макнамары президенту Кеннеди о готовности к военным действиям против Кубы.

22 октября — Джон Кеннеди объявил о военно–морской блокаде Острова свободы.

23 октября — приведены в повышенную боеготовность некоторые виды Вооруженных сил СССР, пограничные войска, группы войск, дислоцированные за границей, и армии стран Варшавского договора.

27 октября — черная суббота. Сбит американский самолет–разведчик. США объявили ультиматум и вот–вот готовы нанести первыми ядерный удар.

28 октября — утром советское руководство по радио объявило открытым текстом о выводе ядерного оружия с территории Кубы.