«Более детальным пояснением полиция себя утруждать не стала и это можно считать только бюрократической отпиской, мол, прямого призыва к насилию не было и это лишь мнение прозвучавшее в радиоэфире. К тому же эту позицию тут же стала отстаивать ведущая радиопрограммы, указав, что данная передача была «нашей защитой памятника»», пишет Антоневич.

По мнению политического обозревателя, установка полиции не удивляет, к тому же будет нечестно этот стиль «отписки» ставить в упрек только этому государственному учреждению, которому просто на этот раз пришлось рассматривать заявление.

«Не раз случались такие случаи, когда разжигающие ненависть разговоры или записи доходили даже до суда. Как пример можно привести признание политика ЗаПЧЕЛ Александра Гильмана, который сказал, что «Латвийское государство является таким же злом, как нацистское государство» и, если представится возможность, латвийское государство нужно ликвидировать. Тогда эксперты Агентства по госязыку указали в суде, что текст Гильмана откровенно ненавистный, но… В нем не содержится призыва к открытому свержению власти», — указал обозреватель.

По словам Антоневича, единственным случаем, когда Полиция безопасности отнеслась к такого рода высказываниям серьезно был конец 2014 начало 2015 года, когда происходили известные события на Украине. Тогда в политических кругах прозвучали высказывания о том, что это уже не шутки. Сейчас, наверное, вновь все расслабились.

Рассказ об «уничтожении» 12 тысяч латвийцев не должен был закончиться так, считает Антоневич.

«Здесь я согласен с мнением директора Центра передовых технологий НАТО в области стратегических коммуникаций Яниса Сартса который в свое время сказал порталу «Latvijas vestnesis», что у «свободы слова есть цена». Призыв к насилию всегда был вне этой шкалы ценностей. Не следует считать призыв к насилию лишь высказанным мнением некоего индивида. Не будем путать эти две вещи. В данном случае уголовный процесс было необходимо начать хотя бы потому, чтобы выяснить, что стоит за конкретным высказыванием».

По словам обозревателя LA, в свое время Гильман публиковал свои мечты о ликвидации латвийского государства на мало известном интернет-портале с маленькой аудиторией. А сейчас призыв прозвучал в эфире Латвийского общественного радио. «На самом деле Latvijas Radio стало соучастником, так как создает настрой, в котором велась передача о 9 мая — «Наш праздник», «наш памятник», а напротив какие-то там злодеи, которые хотят его ликвидировать. Что с ними будем делать?»».

Предприниматель и публицист Вилис Витолс в своей только что вышедшей книге «Размышления о России» написал: «Из-за преступлений Сталина погибло 60 миллионов человек. Но Сталин, насколько известно, своими руками убил лишь нескольких. Чтобы истребить все эти 60 миллионов человек была необходима не думающая масса исполнителей, тысячи рук, тысячи нелюдей, которые совершали убийства».

«И на Латвийском радио об уничтожении тысяч людей говорил не Сталин», — заключил Антоневич.

Напомним, проверка была начата по заявлению депутата Эдвина Шноре (VL-TB/LNNK), в котором он просил оценить прозвучавший в передаче Латвийского радио 4 призыв «уничтожить» тех 12 тыс. людей, которые на портале народных инициатив Manabalss.lv подписали призыв о восстановлении в Риге площади Узварас в ее историческом виде.

До этого депутат обращался с аналогичным заявлением в Генпрокуратуру, которая также начала проверку.

Как сообщалось, 9 мая в передаче «Домская площадь» прозвучали мнения жителей по данной инициативе, и одна из звонивших заявила следующее: «Мне кажется, намного проще уничтожить тех 12 тыс. человек, которые подписались, чем памятник». Реагируя на эту фразу, ведущая передачи Яна Ермакова сказала: «Видите, какая сильная защита у нашего памятника».

Имена подписавших публично доступны в интернете, поэтому данный призыв можно расценивать как угрозу убийства или телесных повреждений, считает Шноре.

Шноре обратился в Национальный совет электронных средств массовой информации с просьбой дать оценку действиям ведущей передачи Ермаковой, которая не отмежевалась от этого призыва, а отнеслась к нему положительно.