Катрина: мелодия любви пианиста Осокина

С песней по жизни

— Катрина! Эдит Пиаф — кумир миллионов людей в XX веке. У вас, поколения XXI века, — иные кумиры. И все-таки вы к ней пришли…

— Я пришла к Эдит Пиаф естественным образом: училась во Французском лицее в Риге. Папа очень хотел, чтобы я учила французский язык, много мне помогал. Именно в лицее ко мне пришло ощущение французского языка почти как родного, зародился интерес к французской культуре, французской музыке.

Песни Эдит Пиаф воспринимаю как отдельные спектакли, в которых столько всего можно сделать. Я никогда не стараюсь копировать или подражать ей, я каждую песню пою так, как будто мне ее написали или я сама ее написала. Меня восхищает сама Эдит: такая маленькая, в черном платье, одна на сцене — и берет своей энергетикой всех как кроликов, все как под гипнозом.

Когда мы делали с Андреем спектакль о ней, мы сами придумывали сценические ходы. В нашем спектакле нет текста — только музыка и песни, причем музыка того времени, когда жили Пиаф и композиторы, которых мы теперь считаем классиками, тот же Дебюсси. На фоне динамичных песен Пиаф классические мелодии кажутся легкими, никакой серьезности. Самая моя любимая песня Пиаф — «Белые халаты», про то, как женщина сходит с ума. Можно смеяться, можно кричать, настоящий театр.

— Вы нередко в разговоре упоминаете о театре. Может, вам хотелось бы с ним связать судьбу, а не с эстрадой?

— Да, было такое желание. На меня повлиял мой дядя — драматург, режиссер Герман Паукш. Театр в моей жизни был с раннего детства, я окончила курсы для драматургов, была идея поступить в Академию культуры на театральный факультет. Но в какой-то момент мне показалось, что все получается слишком просто и естественно, что я ничего нового для себя не приобрету. А музыка — еще не познанная страна. Правда, я много пела — украинские, латышские песни, с них все началось. И в результате я поступила в музыкальную школу, хотя мне там поставили неутешительный «диагноз»: ритма нет, слуха нет, но за деньги можете учиться игре на фортепиано. Решила попробовать. Мое трудолюбие мне помогло: первый учебный год я закончила в статусе лучшей ученицы школы. И понеслось…

Я училась в школе им. Дарзиня, поступила в Музыкальную академию. Эти годы папа был рядом. Назвали меня в честь папы — имя на букву «к», его звали Константин, он звал меня Катруся, на латышский лад меня в школе звали Катрусе. Папа рано ушел из жизни, мне его так не хватает…

Охота к перемене мест

— Почему вдруг вы уехали из Латвии в Англию? Повинуясь общей тенденции?

— Когда я получила степень бакалавра, мне очень захотелось куда-то поехать, посмотреть мир, пожить в другой стране. Я поступила в Королевскую академию музыки в Лондоне, тоже как пианистка. Но через год я оттуда сбежала — не мое. На мой взгляд, в Лондон надо ехать учиться джазу, року, в этом у них есть история. А классическая музыка имеет более чем скромную историю. Англичан смущают романтическая музыка и эмоциональное исполнение. А русская пианистическая школа, которая отличает и Латвию, подразумевает очень большие эмоции…

Зато когда мы приехали в Лондон со спектаклем «После полуночи» на фестиваль, мне все очень понравилось. Тем более что все у нас прошло прекрасно…

После Англии наступил черед Америки. Первый раз я туда поехала в 17 лет. У меня в жизни был очень тяжелый период из-за потери близких. Я испытала эмоциональный шок от этой страны, тем более что мало где до того успела побывать: Литва, Белоруссия. И сразу Нью-Йорк, Лос-Анджелес: океан, пальмы, цветы.

Второй раз я приехала в Санта-Барбару, невероятное место в Калифорнии. Местные меценаты придумали себе развлечение — спонсировать летнюю музыкальную академию. Всем нравится классическая музыка, все с удовольствием ходят на концерты. Академия имеет возможность приглашать самых крутых американских педагогов — спонсирование щедрое. И студентам они дают хорошую стипендию. Мне пришло письмо, что на «полный пансион» взяли восемь пианистов со всего мира, в том числе и меня.

Я там училась три месяца, и об этом можно вспоминать всю жизнь. Академия находится в замке, живем на горе, в комнате есть балкон. В каждом классе — новые инструменты, рядом пляж и океан, у тебя есть свой шкафчик с кодом, где все можно оставить и пойти на пляж. Там так красиво! С утра шеф-повар делает тебе омлет с теми добавками, которые ты сам выбираешь. А главное — преподаватели. Высший класс! Я договорилась приехать и поступать учиться дальше в Джульярдскую школу.

Но появился наш с Андреем спектакль об Эдит Пиаф. Я не ожидала такого успеха: все билеты раскупаются заранее, овации, в конце зрители встают… В моей голове произошел полный переворот. К слову, с этим спектаклем мы ездили в Америку в турне по разным городам. И тоже очень хорошо нас принимали. Как раз в это время я написала свою первую песню, показала Андрею, он похвалил. Написала еще одну, дальше — записала целый альбом. Собрала группу музыкантов, и началось мое новое приключение в мире рок- и поп-музыки.

Песни для любимого

— Какие приоритеты у вас кроме музыки?

— Чувства. И без чувств нет музыки. Невозможно их разделить. Я очень рада, что мне так повезло с Андреем. Трудно назвать точную дату нашего знакомства: мы ведь учились в одной школе, он на пять лет старше меня. Мы два маньяка в музыке, в работе. Вместе мы уже много лет, но как будто вчера встретились.

И очень мне повезло с мамой, которая в меня верит и очень меня поддерживает. И папа был такой же. Моя мама специалист по информационным технологиям, но еще она рисует. Она меня научила готовить, заниматься хозяйством. Как своеобразную медитацию люблю мыть посуду, хотя есть посудомоечная машина. Готовлю с удовольствием. Правда, времени мало. Мы с Андреем не только даем концерты, но и создали свое агентство и должны быть все время начеку.

— Чему вас научила совместная жизнь с Андреем?

— Мне кажется, очень важно прислушиваться к себе. В совместной жизни бывает разное, и когда ты чувствуешь: где-то не так, надо честно и откровенно сказать своему партнеру, что тебя беспокоит. Это помогает. Мужчины часто даже не подозревают о том космосе, который у женщин в уме. Потому нужно говорить, а не держать в себе, не замыкаться, не обижаться.

— Что освоили новое ради Андрея?

— Ради него мне пришлось научиться гладить рубашки. Сначала это был мой кошмар, а сейчас даже нравится. Андрей старается всегда выглядеть элегантно, и я стараюсь соответствовать. Он меня часто удивляет: и в житейском плане, и в музыке, и в творчестве. Я тоже стараюсь его чем-то удивить и порадовать. У меня есть песни, которые я написала о нем, для него.

Меня восхищает его талант, что он может быть очень разным…

— Знаменитое выражение Маяковского «любовная лодка разбилась о быт» чаще всего соотносят с творческими парами. Вы с этим согласны?

— Я думаю, что в творческом союзе очень многое соединяет. Самое важное, чтобы у пары было общее и любимое дело, а не только чувства, страсть, эмоциональная наполненность, конечно, и дружба. Но если нет общего дела, то все как-то незаметно рассеивается. А общие интересы все закрепляют.

— Как на вас коронавирус повлиял?

— С финансовой точки зрения это было ужасно. А быть с Андреем с утра до вечера — очень даже хорошо. Первые недели мы ездили на природу, в лес, гуляли. А потом стали думать, что делать и как дальше жить. И когда разрешили первые концерты на 20 человек, мы уже были готовы — стартовал первый фестиваль Андрея Осокина.

Все пошло, и открылись новые варианты сотрудничества: у нас будут спектакли с известной актрисой Резией Калныней. Я осваиваю электронные инструменты с необычным звучанием. Мы создали музыкальный тандем с музыкантом и продюсером Ориоле и недавно выступили с программой «7 печальных звезд и луна Алабамы» в новом концертном зале OratoriO. То ли еще будет…

…

«Я училась во Французском лицее в Риге. Папа очень хотел, чтобы я учила французский язык, много мне помогал. Именно в лицее ко мне пришло ощущение французского языка почти как родного, зародился интерес к французской культуре, французской музыке. Когда я пою песни Пиаф, я никогда не стараюсь копировать или подражать ей… Когда появился наш с Андреем спектакль об Эдит Пиаф, я не ожидала такого успеха: все билеты раскупаются заранее, овации, в конце зрители встают…

Досье 

Катрина Гупало получила образование в Королевской музыкальной академии в Лондоне и в Западной академии музыки (Music Academy of the West) в Калифорнии, США. Она получила признание на различных международных конкурсах в Париже, Лондоне, Москве и США. Катрина является основателем и художественным руководителем концертного агентства Aira Laiviņa Artists. Она автор идей и режиссер спектаклей «100 лет с Пиаф» и «После полуночи / After Midnight», который получил высокую оценку британских критиков на фестивале Camden Fringe в Лондоне.

В 2018 году Катрина отправилась в свой первый концертный тур по США, выступила на фестивале Laima. Rendezvous. Jūrmala 2018 и в полуфинале Supernova 2018 с песней собственного сочинения «Intoxicating Caramel». Совместно с группой Katrina Gupalo & the Black Birds выпустила свой дебютный альбом «Gentle and Done». Недавно выпущенные песни «Юбки», «Фредди больше не будет петь», а также музыка Иманта Калныньша в интерпретации Катрины снискали большую зрительскую любовь.

фирменный рецепт

Острый и горячий салат авокадо

— Люблю это блюдо готовить вечером или ночью — это мое фирменное блюдо после концертов. Легкое, но и достаточно сытное блюдо, а главное — очень быстро, легко и вкусно!

Ингредиенты (на две персоны):

1 авокадо,

2 небольших перца чили,

4 стручка спаржи,

1 помидор,

1 сладкий перец,

половинка цуккини,

2 ст. л. манго чатни,

кинза.

Сначала на оливковом масле и на большом огне обжариваются нарезанные в длину плоды цуккини. Затем постепенно добавляются остальные ингредиенты: очень тонко нарезанная в длину спаржа, разрезанный пополам сладкий перец, разрезанные на половинки авокадо (без косточки), половинки помидора, перец чили. Когда все слегка обжарилось, по вкусу добавляется соль. Половинки авокадо вместо косточки заполняются манго чатни. Блюдо украшается мелко нарезанной кинзой. При желании можно фантазировать и менять ингредиенты — добавлять и другие овощи, сыр, оливки, а также, сервируя, добавлять свежие ягодки — например, чернику или красную смородину.

Людмила АНИСИМОВА

Фото: Александра Волк, Улдис Бертанс